Если завтра война?

Писатель Андрей Филимонов о том, что делать, когда градус массовой истерии и ожиданий ядерного Апокалипсиса зашкаливает

В Томской области, в Чаинском районе, есть деревня Гореловка, о которой известно, что она уцелеет после конца света. Информация об этом поступила сразу из двух источников, так что сведения надежные, прошедшие двойную верификацию. Во-первых, еще сорок лет назад на лекциях о международном положении местным жителям объясняли: в случае ядерной войны, товарищи, можете спать спокойно, ваш район никого не интересует, крылатые ракеты противника к вам не прилетят. Во-вторых, в конце девяностых, когда у нас начали вводить ИНН, один священник из Бердска имел пророческое видение: "Вся земля гореть будет, и только Гореловка останется".

​Узнав о видении батюшки, несколько семей из его прихода по-быстрому продали свои квартиры и отправились в обетованную деревню на поселение.

Вот и я тоже, читая на этой неделе новости об очередном витке конфликта вокруг Сирии, задавался вопросом: не пора ли в Гореловку? У США, если верить твиттеру Трампа, наготове "быстрые, новые, умные ракеты". У России, как мы знаем из недавнего выступления Путина, – "Сарматы", "Кинжалы" и "Авангард". В связи с чем наши шансы превратиться в радиоактивный пепел растут быстрее, чем курс доллара на валютной бирже. Бомбоубежищ на всех не хватит, да и тоскливо там, в каменном мешке, душно и бесперспективно. Лучше уехать туда, где сливаются небо и земля и волчица воет на звезды, как говорил Венечка Ерофеев.

Таких заповедных укромных мест в Сибири гораздо больше, чем бомбоубежищ в Москве и Вашингтоне вместе взятых. Когда в XIX веке царское правительство строило Транссиб, местные патриоты писали в газетах о том, что дорогу надо бы делать не вдоль страны – от Урала до Тихого океана – а поперек, покрывая Сибирь сетью широтных железнодорожных путей. Это, мол, хорошо для экономического развития края. Но правительство не прислушалось к аргументам сибирских патриотов. Транссиб имел другую цель – хоть как-то связать огромную страну в единое целое. Поэтому у нас до сих пор более-менее развитая инфраструктура тянется узкой полосой вдоль Транссибирской магистрали, а к северу от нее раскинулось зеленое море тайги, в котором затеряны архипелаги обитаемых островов. И это вселяет надежду, особенно когда градус холодной войны вдруг повышается до точки кипения. В такие моменты заброшенность территорий кажется более ценным ресурсом, чем нефть и газ.

Это вселяет надежду, когда градус холодной войны вдруг повышается до точки кипения. В такие моменты заброшенность территорий кажется более ценным ресурсом, чем нефть и газ

Бывший губернатор Томской области, а ныне сенатор Совета Федерации Виктор Кресс однажды рассказывал мне, как в бытность главой района объезжал свои владения на "уазике" и не мог попасть в некоторые деревни, потому что дороги, ведущие туда, зарастали – некоторые двухметровыми лопухами, а другие – настоящим лесом. Причиной такой запущенности было то, что тамошние жители годами не ездили на "большую землю". За ненадобностью. И даже если бы внешний мир в одночасье поглотила геенна ядерная, то в глухих деревнях об этом узнали бы не сразу, а узнав – не особенно огорчились.

Для того и уходили в тайгу староверы и духоборы, чтобы спастись. Причем задолго до изобретения атомной бомбы. Свои поселения они называли – Терпение, Гарь, Гореловка. Интересно, что эти названия встречаются не только в России. Их можно найти на карте Канады, куда русские духоборы эмигрировали в позапрошлом веке, спасаясь от религиозных преследований на родине.

Я не был в канадской Гореловке. Подозреваю, что с дорогами у них там всё хорошо, получше, чем в Томской области. Но это всего лишь внешнее отличие, за которым скрывается глубокое внутреннее сходство. Гореловки всех стран объединяет отсутствие интереса к "последним известиям". Там никто не подписан на твиттер Трампа и не слышал грозных речей из кремлевских башен. В начале этой недели соцсети разогрели ожидания войны до уровня массовой истерии. К концу недели сетевые эмоции улеглись, возникло ощущение, что хвост в очередной раз вилял собакой, а мы зачем-то принимали это близко к сердцу.

В отличие от нас, активных юзеров, Гореловка прожила это время спокойно, вообще ничего не заметив. Лично я завидую этим людям, которым не страшен ни твиттер, ни фейсбук, ни крылатая ракета. "Первородный грех – может, он и был – там никого не тяготит. Там даже у тех, кто не просыхает по неделям, взгляд бездонен и ясен..." – писал об этих людях Веничка Ерофеев.

Но даже если на наши головы опять посыплются угрожающие ретвиты, я все-таки не поеду на Север, в Чаинский район. Потому что во время работы над этой колонкой было мне откровение, что каждый может обрести состояние внутренней Гореловки, которая будет спасена. Для этого достаточно выключить соцсети и включить мозг.