Чеченский вопрос

В истории с шумным скандалом вокруг учебного пособия Вдовина-Барсенкова есть один вопрос, который пока никто не задал.

Вкратце напомню суть: двое ученых с истфака МГУ написали пособие по истории СССР. Учебное пособие — не учебник, это важно. В котором посчитали, сколько лиц «нерусской национальности» занимало в Союзе властные посты, аккуратно похвалили Сталина, и — это самая чудовищная, как выяснилось впоследствии, ошибка, — в одной из глав неосторожно помянули чеченцев, активно дезертировавших из армии в начале Великой Отечественной.

Учебник отрецензировал журнал The New Times, но разгромной рецензией сотрудники журнала, почти целиком посвященного борьбе за гражданские свободы, не удовлетворились и послали учебник Николаю Карловичу Сванидзе, возглавляющему в Общественной палате РФ комиссию по межнациональным отношениям.

Сванидзе пришел в ужас, собрал немедленно подведомственную комиссию, а также послал учебник еще одному знатоку межнациональных отношений — Рамзану Ахматовичу Кадырову, заботливо подчеркнув наиболее крамольные места.

Комиссия, на заседание которой Вдовина и Барсенкова не позвали, вынесла экспертное заключение, немедленно отправленное в прокуратуру.

Называется документ, кстати, «Ксенофобия, фальшивка, апология диктатора». Экспертное заключение. Подумайте об этом.

Уполномоченный по правам человека в ЧР пригрозил ученым грозненским судом и заставил каяться.

Общественность вскипела. Все бросились подсчитывать, сколько именно чеченцев дезертировало из рядов Советской армии, а ветераны антимасонского движения заодно — сколько евреев заседало в каждом сельсовете.

Такая вот, извините, история СССР. Буквально, СССР намекает нам, что его история все еще длится и мы внутри нее живем.

А теперь — внимание — вопрос.

Вопрос не к тем, кто поддерживает сейчас травлю ученых, прикрываясь какими-то благородными соображениями. Ну, например, они ведь действительно хвалили Сталина, а Сталин — злой плохой людоед. Или еще — ну, мы бы, конечно, поддержали профессоров, но там уже очередь сторонников из таких типов, с которыми рядом лучше не оказываться. Кровавые безжалостные русские фашисты и так далее.

Нет вопроса. Такие вещи говорят люди вполне взрослые. Если они неспособны понять, что речь не о качествах Сталина, а о том, имеем ли мы право читать книги и высказывать собственные мысли, — так значит, их уже не переучишь. Остается сострадать.

И к Николаю Карловичу Сванидзе вопросов нет. Николай Карлович прекрасно чувствует себя на государственных телеканалах. В стране, где не особо склонная к защите гражданских свобод власть сильнее, чем телевидением интересуется разве только углеводородами. Причем из года в год он не какую-нибудь там «Школу злонравия» ведет, не что-нибудь в стиле «извольте культурки, что ли тяпнуть», а информационно-политические программы, а также снимает исторические фильмы с идеологической начинкой. Такая возможность стоит не одной мессы. И подозревать такого человека в наличии каких-то взглядов, последовательности, порядочности, — даже как-то оскорбительно. Все равно, что непрофессионалом обозвать, например.

И к Евгении Марковне Альбац, главному редактору The New Times тоже вопросов нет. Она давно рвется к должности начальника интеллектуальной полиции нравов, это просто еще один шажок в сольной карьере.

И даже к Рамзану Ахматовичу Кадырову вопросов нет. Сильный он зверолов перед господом, и не позавидуешь тому, кто встанет на его пути. Какие уж тут вопросы?! Но один вопрос все-таки имеется, и вопрос этот, извините, чеченский.

Народ своему лидеру все же не равен. Ну, хотелось бы в это верить как минимум из эгоистических соображений. Помимо Рамзана Ахматовича, в Чечне имеются люди современные, живущие в двадцать первом веке, а не в феодальном средневековье. По крайней мере, декларирующие подобные желания.

Некоторые из них даже служат в администрации Р. А. Кадырова, некоторые — наоборот, издают оппозиционные газеты и борются за права жертв Р. А. Те и другие активно убеждают нас, что не надо верить стереотипам, не надо воспринимать население ЧР как банду агрессивных дикарей, живущих кровной местью и не выходящих из дому без отточенного кинжала.

Так вот, они сейчас молчат. Ни одного отзыва на происходящее мне, во всяком случае, видеть не довелось.

А теперь вопрос. Понимают ли эти люди, что враги чеченского народа во всей этой истории — вовсе не Вдовин с Барсенковым. Враг — как раз Николай Карлович Сванидзе. Это ведь он с полнейшим презрением манипулирует чеченским руководством, как белый колонизатор каким-нибудь африканским царьком лет двести тому назад. Зная наперед, что тот бросится за племенную честь в сражение, не задумываясь о последствиях. Размахивая, как дубиной, грозненским судом. И решит все проблемы белого колонизатора, не позволив тому даже пухлых ручек запачкать.

Это он мыслит стереотипами, плодит их и дает им подтверждение.

И если знают, отчего не расскажут кому-нибудь. Хоть тому же Рамзану Ахматовичу.