Это наше белое гетто

Россию — хоть ее, может, уже и нет в помине — пока все-таки можно опознать по внешнему виду.

Фото: Иван Козлов / Соль

На прошлой неделе интернет-газете «Соль» исполнился год. Такой, значит, информационный повод. Вам, правда, наверняка кажется, что мы существуем дольше. Это все из-за того, что мы все время находим поводы для праздника. Полгода «Соли». Восемь месяцев «Соли». Полгода бумажной «Соли». И так далее. Ну, в общем, просто поверьте: прошел ровно год. 20 апреля 2010 года «Соль» впервые вышла в эфир. Кстати, кажется неслучайным, что 20 апреля — еще и день рождения Адольфа Гитлера. Впрочем, это, наверное, не слишком существенно.

Какие-то просятся в начало этого текста цифры. Написано за это время, например, более восьми тысяч заметок. Уволено четыре нерадивых сотрудника. Ежедневно сайт посещают 50 тысяч человек из Москвы, Петербурга, Перми, Екатеринбурга и других российских городов. Потрачено денег — ну, скажем так, много. Достаточно для того, чтобы довести инвестора до слез. Или до желания больно нас поколотить.

Цифры придают любому, даже самому бессмысленному тексту убедительности. К сожалению, они почти ничего не сообщают об успехах или неудачах проекта, то есть о том, как у нас реально обстоят дела. А вообще, хотелось бы рассказать. Мы ведь, помимо того, что пытаемся заработать денег, еще и проводим эксперимент. Для того чтобы эксперимент был небессмысленным, необходима какая-то внутренняя работа.

Общие соображения — они, наверное, такие. Сейчас, год спустя, кажется, что эксперимент под названием «Соль» российскому рынку не то что полезен, но даже — не хочется скромничать — необходим. Санитарная функция «Соли» — в том, чтобы говорить от лица региональных (а согласитесь — неприятное все-таки слово) медиа. Чтобы устанавливать одну горизонтальную связь в мире вертикальных. Потому что ведь если не мы, то кто? Газета «Наш район»? Ничего, кстати, личного.

Российский региональный медийный рынок устроен сегодня таким изощренным образом, что он обязательно себя через несколько лет похоронит. Регионы (а их совокупность — и есть Россия), с одной стороны, отключены от национальной (то есть московской) повестки. А с другой стороны, и не пытаются включиться в нее, не верят в ее реальность. Но убеждены в ее иллюзорности. Беда ведь не только в том, что через десять лет остановится последняя типографская машина, печатающая газеты. И главные редактора местных газет с ужасом узнают об этом — последними. Беда в том, что через десять лет сама медийная среда изменится, скорее всего, настолько сильно, что региональные СМИ — в том виде, в каком они существуют сейчас, — попросту обесценятся. Перестанут элементарно приносить доход. И утратят свою привлекательность для основного спонсора — местной власти. Если телевизор больше не обеспечивает рейтинг, то зачем он нужен?

Но это так, фантазии.

Реальность: в России «Соль» — по-прежнему единственное СМИ, которое хотя бы артикулирует попытку сделать федеральную газету в провинции. Иными словами, мы осторожно предполагаем: есть ли вообще Россия? Помимо само собой разумеющейся Москвы. Потому что, если верить телевизору, Россия — это один сплошной курьез. События реальные, важные — абсолютно естественным образом прописаны исключительно в столице.

Так вот. За этот год мы в какой-то мере поняли, насколько Россия (уместно даже написать «Россию» в кавычках) истончилась, растворилась, расползлась.

Еще на этапе запуска мы размышляли о том, что вот сейчас попробуем найти «информационную повестку России» — противопоставляя ее Москве. Год бились — и не нашли. Мозаика не складывается, а если складывается, то в странную, если даже не страшную картинку. Скажем, никакой региональной повестки в России больше нет. Я имею в виду макрорегионы. Нет «уральской повестки», «дальневосточной», «поволжской» и т. п. Жителя Перми мало интересуют события Екатеринбурга (или большого Урала). И наоборот. «Российские события» (условный выпуск федеральных новостей) воспринимаются как занятный телесериал. Местные СМИ, жестко ориентированные на локальное потребление, окончательно дефрагментируют картинку. Да, я склонен их винить в расползании страны. Каждая региональная газета живет в своей внутренней России, игнорируя Россию политическую, экономическую, географическую; словом, большую Россию. Я немного утрирую, но лишь во имя того, чтобы картина стала очевиднее.

Вероятно, мы уже проскочили тот момент, когда можно было остановить этот процесс полураспада. Понятно же, что за последние 20 лет отношения между Москвой и Россией перестали быть отношениями «метрополии» и «колонии». Или «столицы» и «провинции». Нет. У нас, пожалуй, две страны: Россия и Москва. Причем последняя существует наверняка, а на счет первой уверенности уже нет.

Россия сегодня — понятие математическое. В смысле, сумма местностей. Может быть, из-за того, что география перестала быть главным фактором ее исторического развития — Россия ведь до второй половины ХХ века росла и не мыслила себя вне этого бесконечного расширения. Может быть, из-за усиления Московского княжества. Не так это и важно. Применительно к нашим делам — сегодняшняя информационная осада России, осуществляемая Москвой (извините за патетику), сильно ухудшает положение дел. Сильно вредит России.

Вот «Соль» — это проект, который пытается найти швы, еще стягивающие страну. Найти если не общие какие-то, что ли, идеи, то хотя бы проблемы. Национализм, гопники, одноэтажная Россия, коммунисты, бомжи, ненависть, фобии, общая болезненность. Из этого складывается пусть не очень осмысленный, но все-таки горизонт. Складывается какая-то общность.

Опять же — вроде бы важно, что мы находимся не в Москве, а где-то, Бог знает где. В энной России.

Нравится ли мне, что получается? Да очень редко, если честно. Сомневаюсь ли я в жизнеспособности «федерального СМИ с немосковской пропиской»? Еще как, в сто раз больше вашего. Но вот эти редкие материалы, в которых удается ухватить исчезающую Россию за хвост — они, наверное, стоят того, чтобы.