Учите матчасть

В Тюмени ученого судят за «экстремизм». Точнее сказать, преподавателя ТюмГУ Андрея Кутузова обвиняют в том, что он якобы написал и распространил на митинге против произвола сотрудников Центра по противодействию экстремизму листовку с заголовком «Ментов к стенке!». По мнению тюменской ФСБ, листовка содержит признаки «экстремизма» — то есть за нее полагается до трех лет колонии.

Судят Кутузова уже третий месяц. Обвинению в лице прокуроров Анатолия Копеко и Дениса Щеглова приходится нелегко.

Прежде всего, 29-летний Андрей Кутузов — кандидат филологических наук, а листовка содержит грубые стилистические, пунктуационные и орфографические ошибки. Их наличие подтверждает экспертиза профессора ТюмГУ (впрочем, они видны даже человеку, не обремененному специальными знаниями в области русского языка и стилистики).

Остальные эксперты Управления ФСБ Тюменской области говорят довольно странные вещи.

Эксперт-лингвист криминалистической лаборатории РУ ФСБ Свердловской области Светлана Мочалова, например, ссылается на учебник одиозного декана соцфака МГУ Владимира Добренькова. По Добренькову, милиция является социальной группой, а доказательство этого факта — как раз один из ключевых пунктов обвинения (закон об экстремизме запрещает ненависть именно к социальным группам). О том, считать ли милицию (или любой другой орган власти) таковой — спорят уже много лет. Вокруг этого социологического нюанса крутится сейчас вся заварушка с арт-группой «Война». Между тем, группа ученых из Нижегородского государственного университета по заказу правозащитной ассоциации «Агора» провела социсследование и пришла к выводу, что сотрудники милиции социальной группой не являются. Более того, в Екатеринбурге уже есть решение суда, из которого следует аналогичный вывод. То есть странно апеллировать к определению соцгрупп из учебника Владимира Добренькова — как к каноническому.

Мочалова сообщила также, что ей удалось определить пол, возраст и род занятий автора листовки (получается вылитый Кутузов). Пол, например, она установила по следующим признакам текста: общественно-политическая тематика, выступление от имени группы лиц, наличие четкой логической структуры текста, последовательность и конкретность изложения, использование лексико-семантических парадигм со значением «борьба». Видимо, исходя из того, что женщины не умеют логически мыслить (включая, видимо, и саму Мочалову), не высказываются на общественно-политические темы и вообще всегда выступают только от первого лица.

Коллега Светланы Мочаловой — эксперт-психолог регионального центра судебной экспертизы Минюста Ольга Усова, отвечая на вопросы адвоката, выдавала фразы типа: «Центр Э следит за чистотой информационного поля коллективного бессознательного» и ссылалась на программу «Словодел» (второе название — «Диатон»). Эта программа, размещенная на сайте vedium.ru (который, кстати, предлагает еще и «научную защиту от вампиризма и порчи»), помогла Усовой насчитать «25 процентов попадания» текста листовки в «отрицательное семантическое поле коллективного бессознательного». Защита представила публикацию в «Вестнике Нижегородского государственного университета», где программа «Диатон» названа «псевдонаучным инструментарием», однако судья отказалась приобщить статью к делу.

Обвинение подвели не только эксперты, но и пингвины. Те, которые символизируют свободное программное обеспечение. На предпоследнем заседании суда защита обвиняемого предложила осмотреть вещественные доказательства. В частности, некий диск, якобы изъятый у Кутузова во время обыска в апреле 2010 года. Всего было изъято 104 «болванки», список их сотрудники ФСБ составить не потрудились, поэтому теперь доказать, что изымали в числе прочего и этот носитель, они не в состоянии. Впрочем, дело не только в отсутствии описи.

На диске содержатся файлы с макетом «экстремистской» листовки в формате odt (то есть OpenOffice). Так вот, дата создания и изменения файлов odt, выставляемая самой программой OpenOffice — 17 июня 2010 года — то есть уже в то время, когда компьютер Кутузова находился в ФСБ у следователя.

Но это еще не все бедствия, постигшие обвинение. Дело в том, что Кутузов, как и многие российские активисты, убежденный пользователь свободного программного обеспечения. И на обоих его компьютерах, изъятых ФСБ, стоит Linux. А диск записан программой Nero Burning ROM, которая работает только под Windows. То есть на родном компьютере Кутузова записать этот диск было невозможно.

Вчера адвокат обвиняемого Алексей Ладин заявил ходатайство об отводе мирового судьи Елены Гариповой, ведущей процесс. В течение трех месяцев защита настаивала на перепроверке сомнительных доводов обвинения, но тщетно. Адвокат также просил вызвать в суд следователя Анатолия Сухарева, чтобы допросить его о диске. Судья ходатайства отклонила.

Одно время на официальном сайте МВД был раздел «Статистика». Среди прочего там размещалась информация о преступлениях «экстремистской направленности». Каждый месяц, начиная с января 2009 года, фиксировался их неуклонный рост: от 39 дел в январе 2009-го до 450 августе 2010-го. Не так давно МВД обновило структуру сайта. «Статистики» там больше нет. Мы больше не знаем, сколько еще в стране дел по «экстремизму», вроде Кутузовского. Между тем, департамент по противодействию экстремизму — единственное подразделение МВД, которое расширяет штат в рамках реформы милиции. Все остальные, напротив, сокращают на 20 процентов.

По иронии судьбы, Андрей Кутузов был одним из инициаторов общественной кампании за расформирование департамента по противодействию экстремизму. Тюменский Центр «Э» уже пытался привлечь его к уголовной ответственности в 2009 году, но тогда дело было закрыто за отсутствием доказательств, а на одного из сотрудников центра, напротив, завели дело за избиение свидетеля.