Свой чужой

В новом проекте «Губернаторы 3G» «Соль» изучает ставленников Кремля, пытаясь понять, что это за люди с государственными лицами уткнулись в айфоны и айпады.

Первый в списке — назначенный несколько месяцев назад главой Башкирии Рустэм Хамитов — типичный наместник медведевского призыва. Ему поручено бороться с коррупцией и вообще модернизировать (это в его мандате от президента). А кроме того, укреплять вертикаль и вообще не очень-то заигрываться (это — от премьер-министра).

Фото: Андрей Старостин / ИТАР-ТАСС

Этим летом Россия окончательно распрощалась с автономией национальных республик. Прощальным аккордом стала отставка бессменного президента Башкирии Муртазы Рахимова. Он, как водится, упирался: нагнетал националистические настроения, грозил Москве кулаком, вспоминал о выборности глав субъектов — в общем, применил все традиционные механизмы «переговоров» с Кремлем. Кремль ответил информационным залпом (серия компрометирующих материалов на центральных телеканалах) и — что важнее — перешел в пешее наступление (реанимировал уголовное дело о приватизации башкирского ТЭК). Рахимов бесславно сдался и ушел на покой. Бесславно, потому что вообще сдался, в отличие от Юрия Лужкова. А еще — потому что не смог, как Минтимер Шаймиев, оставить преемника.

Выбор Кремля был неожиданным: президент рекомендовал на пост президента Башкирии менеджера из «Русгидро» Рустэма Хамитова. Башкир по национальности, работал в республике на разных должностях (даже слегка конфликтовал с Рахимовым), принимал участие в ликвидации последствий ЧС на Саяно-Шушенской ГЭС. Про Хамитова было известно немного. Точнее, биография-то его всегда была доступна, но она не отвечает на главные вопросы: «Кто пристроил его в республику?» и «Чьи интересы он будет лоббировать?». До сих пор более или менее четкого ответа на эти вопросы не появилось. За два с лишним месяца руководства республикой Хамитов проявил себя как человек открытый и демонстративно дистанцирующийся от местных групп влияния. Глава Башкирии, как и положено медведевскому губернатору, ведет блог, много работает, строго выговаривает чиновникам и всем своим видом показывает, что занят делом — «решает проблемы».

Зеленое прошлое

Фото: Андрей Старостин / ИТАР-ТАСС

В окружении нового президента Башкирии рассказывают, будто Рустэм Хамитов, приехав на Старую площадь, где ему сообщили о скором карьерном взлете, грустно спросил: «За что?» К этому времени он уже десять лет не работал в регионе.

Родившись в Кемеровской области, на целине, куда его отец уехал из Башкирии по комсомольской путевке, Рустэм Хамитов успел пожить с родителями и в Сибири, и в Москве, и в Башкирии, пока в 13-летнем возрасте, наконец, окончательно не осел в Уфе. Окончив МВТУ имени Баумана по специальности «Двигатели летательных аппаратов», он вернулся по распределению в Уфу, работал на моторостроительном производственном объединении и в местном авиаинституте, где занимался испытанием двигателей и защитил кандидатскую.

В своем блоге в «Живом журнале» он добавляет, что учился хорошо («Одна четверка в аттестате и та по английскому»), занимался гимнастикой («И сейчас делаю стойку на руках»), играл в факультетском ансамбле на гитаре («Получалось хорошо, в Москве нас знали»), дружил с рабочими на заводе.

В политику Хамитов пришел в конце 1980-х: он был избран депутатом Верховного совета республики. К этому решению его подтолкнуло хобби: страстный любитель водных турпоходов, Хамитов исходил на плотах, байдарках и лодках все реки республики, пока однажды, в середине 1980-х годов, не услышал, что на юге Башкирии, на реке Белой, собираются построить плотину и Иштугановское водохранилище, затопив множество окрестных деревень и памятников природы. Вскоре в молодежной газете «Ленинец» было опубликовано подписанное Хамитовым письмо протеста против этой стройки. Экологическая и научная общественность протест активно поддержала, и проект заморозили на многие годы (вряд ли из-за протестов общественности). Хамитов стал известен в республике как один из наиболее авторитетных представителей зеленого движения, которое в то время пользовалось в Башкириии невероятной популярностью.

Тогда Хамитов впервые познакомился с Муртазой Рахимовым. Рахимова выбрали председателем Верховного совета, а Хамитова — главой комитета по охране окружающей среды. Рахимов руководил Уфимским нефтеперерабатывающим заводом, то есть хотя и занимал значимый пост в республике, но не входил в состав ее высшей номенклатуры. Поэтому ему необходимо было создавать эффективную коалицию, включающую в свой состав местных влиятельных политиков. Активный эколог, председатель парламентской комиссии стал закономерным участником такой коалиции.

Сам Хамитов объясняет свое продвижение по карьерной лестнице иначе: «Предлагал много идей, был активным. Заметили, двигали».

Фото: Роман Яровицын / Коммерсант

В 1993 году Муртаза Рахимов был избран президентом Башкирии. Он пригласил к себе на работу активного и инициативного Хамитова. В 1994 году второй президент Башкортостана был в правительстве первого президента министром по охране окружающей среды, природопользованию, предупреждению и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. По должности Хамитов входил в состав Совета безопасности республики.

В 1999 году Рустэма Хамитова заметил приезжавший в Уфу глава МЧС Сергей Шойгу. Он предложил ему должность руководителя департамента предупреждений и ликвидации чрезвычайных ситуаций в федеральном министерстве. По некоторым данным, на этот пост его рекомендовал Рахимов. Так или иначе, но на рубеже 1990-х Хамитов был человеком из команды Муртазы Рахимова, работавшим в Москве.

С 2000 года задачи Хамитова изменились. Кремль назначил его главным федеральным инспектором по Башкирии. В это время Москва как раз начала кампанию борьбы с излишним суверенитетом регионов, и Хамитов должен был построить ту саму вертикаль президента Владимира Путина в Башкортостане. Одной из основных задач Хамитова стал пересмотр целого ряда положений башкирского законодательства, противоречащего российским законам. И федеральный инспектор не мог не ступить в конфликт с местной администрацией, в каком бы аппаратном родстве он с нею не состоял.

Наибольшей остроты конфликт достиг, когда решалась судьба председателя Верховного суда Башкирии Марата Вакилова. После того как республиканский суд по иску Генпрокуратуры России в 2002 году признал недействительными ключевые «суверенные» положения башкирской конституции, местная верхушка устроила Вакилову настоящую травлю. В отношении него было даже заведено уголовное дело. Хамитов поддерживал судью, называя давление региональной исполнительной власти на судебную грубым нарушением принципа разделения властей, а также критикуя излишне националистическую политику президента Рахимова. В итоге судью Вакилова федеральный центр отстоял (он подал в отставку лишь в мае 2007 года, по истечении срока полномочий). А Хамитов в 2003-м уехал в Москву — уже окончательно и бесповоротно столичным чиновником, а не выходцем из Уфы.

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсант

В столице он поначалу занялся совершенно новым для себя делом: получил пост главы межрегиональной инспекции по крупнейшим налогоплательщикам Министерства по налогам и сборам, курировавшей ведущие энергетические компании страны. Но уже через год Хамитов занялся более близким ему природопользованием — будущий президент Башкирии в первой половине 2000-х возглавлял Федеральное агентство водных ресурсов. Там он стал одним из разработчиков принятого в 2006 году Водного кодекса, впервые разрешившего приватизацию водных объектов.

С госслужбы будущий президент Башкирии, по его собственному признанию, ушел сознательно. Последний год перед триумфальным возвращением в Уфу он провел на посту заместителя гендиректора ОАО «Русгидро», объединяющего крупнейшие гидроэлектростанции страны. В первую командировку он поехал на Саяно-Шушенскую ГЭС. «Утром собрался ехать из гостиницы на станцию, как пришло известие о крупной аварии, — вспоминает Хамитов в своем интернет-дневнике. — Поймал машину и заставил водителя ехать на ГЭС. С первого часа был на спасработах. Пригодился многолетний опыт работы в МЧС. И все равно было тяжко: огромные разрушения, люди под водой, родственники погибших и пострадавших. Был на станции месяц, «пахали» без сна и отдыха».

Равноудаленный

Фото: Максим Шеметов / ИТАР-ТАСС

Выбор Кремля был для местных элит неожиданным. Они ждали кого угодно, только не Хамитова. Москва, вероятно, сделала ставку на него, поскольку он всегда демонстрировал «равноудаленность» от всех местных кланов. Формула успеха оказалась простой: неангажированный, работящий, башкир по национальности. К тому же былой конфликт вокруг Верховного суда сошел на нет — в конце 2000-х глупо спорить о суверенитете, — и Рустэм Хамитов возобновил общение с Муртазой Рахимовым. Впрочем, волю центра он проводит с той же основательностью.

Уже в первый день после вступления в должность Хамитов фактически отстранил от работы ставленника Рахимова премьер-министра Раиля Сарбаева и взял на себя оперативное управление правительством. Заодно Хамитов пообещал решить животрепещущий и весьма болезненный для семьи Рахимова вопрос — «вернуть народу» два миллиарда долларов, вырученные контролируемыми Муртазой Рахимовым и его сыном Уралом от продажи активов башкирского ТЭКа.

Правительство он обновил наполовину, и его кадровыми решениями в регионе будто бы довольны. «Я им всем сказал, что интриг не допущу, доносов тоже, — пишет Хамитов в блоге. — К сожалению это практиковалось ранее. Я не буду слушать жалоб и нытья. Не буду прощать малейшей попытки вольного обращения с бюджетными деньгами. Жестоко за это буду наказывать. И что нам нужен результат, который выражается кратко — улучшение жизни людей».

Впрочем, он намерен в ближайшее время делегировать полномочия премьер-министра специально обученному человеку. Это должен быть «крепкий хозяйственник, который будет бороться с засухой, повышать качество жизни людей и не будет пытаться стравливать Башкирию с федеральным центром», заявил он в одном из интервью.

Кстати, во время борьбы с пожарами и засухой в Башкирии (природа, видимо, дала шанс бывшему спасателю проявить себя с первых дней) он резко отчитывал министров, которые, потупив глаза, смотрели в бумажки, грозился, что раз нужна сильная рука, то она будет.

С первых дней он начал проводить излишне открытую для отвыкшей от гласности Башкирии политику. Взялся вести блог — пишет, судя по стилю, сам. Уверяет, что читает все комментарии, удаляет только излишне агрессивную и пустую критику и даже расстраивается, вникая в проблемы людей: «Из-за компа часто вставал просто больным: письма о несправедливости, притеснениях, сложных условиях жизни любого могут выбить из колеи. Я по складу характера не могу спокойно читать о людских драмах, коллизиях и проблемах, тем более в таких количествах, поэтому подобные обращения адресовал своим помощникам для принятия мер».

О том, как он стал главой Башкирии, Хамитов говорит: «Я никогда не был карьеристом, не просил должностей, не интриговал и не «разводил», просто делал дело, — рассказывает о своем жизненном пути Хамитов. — На работу всегда приглашали или направляли. Так было с МЧС, налоговой службой, водным агентством. Так было и сейчас».