Суд да дело

Здание суда в Перми, где слушается дело о пожаре в «Хромой лошади», новое, в пять этажей, модернизированное. Есть гардероб, лифты, деревянные скамеечки. И серые стены. В коридоре на пятом этаже — пострадавшие, адвокаты, журналисты. Сидят по скамейкам, жмутся к стенкам. Процентов 70 собравшихся — женщины за пятьдесят. Мужчин меньше, и они тоже немолоды, некоторые даже с усами. В «пострадавших», как их называют судейские, трудно узнать людей, о которых много говорили и писали прошлой зимой. После трагедии сообщалось, что в злосчастном клубе были в основном молодые люди, а еще люди обеспеченные. Ни тех ни других нельзя узнать среди пришедших в суд.

Все ждут, когда пустят в зал заседаний.

Секретарь объявляет: «Пострадавшие, заходите». Спустя несколько минут: «Теперь СМИ».

Зашли, сели, не досчитались адвокатов — кто-то опаздывает. Объявили перерыв. Вышли обратно, в коридор.

Одна из женщин не выдерживает тишины. Она начинает жаловаться на то, как плохо слышит судью. К ней подходит девушка с микрофоном:
— Вы пострадавшая?
— У меня сын — пострадавший. 45 процентов кожи обгорело, — женщина начинает плакать.
— На каждое заседание ходите? — осторожно продолжает девушка.
— Нет, сегодня в первый раз.
— Зачем?
— Послушать.

Приехали опоздавшие. Секретарь объявляет: «Пострадавшие, заходите. Теперь СМИ».

Зашли, сели. Выяснили, что у одного из обвиняемых — руководителя пиротехнической фирмы, отвечавшего за организацию фейерверка в «Хромой лошади», Сергея Дербенева — адвокат уже день как лежит в роддоме. Нового адвоката подсудимый Дербенев не хочет. И пока его защитник рожает, он готов сам представлять свои интересы в суде. Судья объявляет перерыв и удаляется, чтобы обдумать заявление Дербенева. Все выходят в коридор.

Пожилые мужчины — некоторые из них даже с усами — раздраженно ворчат: «Они это все специально, чтобы время потянуть».

Женщины успели сдружиться и, собравшись у лавочек, начинают обсуждать последние новости. У кого-то есть свежая газета, а там статья про переназначение Олега Чиркунова на пост губернатора Пермского края:
— «Семь важных дел» вот.
— Да что эти «Семь дел». Реклама одна. Читать тошно.
— Вот у нас дорогу строили на Чкалова. Пока строили, у нас чего только не случалось то с теплом, то с водой. Фонтаны хлестали.
— Вообще я считаю, что президент таких не должен назначать. У него же семья в Швейцарии!
— Как в Швейцарии?
— В Швейцарии. И бизнес там. Как такой руководить-то может?
— А прическа-то какая!
— Да, диковат. И взгляд такой.
— Постеснялся бы в таком виде на люди-то ходить.

С губернатора женщины переходят к обсуждению своих болезней, а также знакомых окулистов и гинекологов.

Журналистов поблизости нет. Даже девушки с микрофоном. Они отправились к подсудимому Дербеневу:
— Почему нового адвоката не хотите?
— Мне нужен человек, который сможет квалифицированно меня представлять. Однодневки мне не нужны. А кто за раз 120 томов уголовного дела освоит? Никто ж с самого начала не знал, что мой адвокат будет рожать. Беременность сколько бывает? 9 месяцев! А у нас все это сколько уже тянется? 10 месяцев!

Дербенев уверен, что пока идет судебное заседание, его адвокат успеет все: и матерью стать, и его защитить — обвиняемых еще не скоро начнут допрашивать.

Секретарь объявляет: «Пострадавшие, заходите. Теперь СМИ».

Зашли, сели. Суд решил не оставлять подсудимого Дербенева беззащитным. Нового адвоката ему найдут, а значит, кому-то придется изучать все 120 томов уголовного дела. Из-за этого судебное заседание откладывают на неделю. Все расходятся. В том числе зрелые женщины и немолодые мужчины. Даже те, что с усами.