Черный Гельман

Премьера нового клипа группы «аРрок Через Океан» с комментариями Мирослава Немирова.

Видео: канал arrockato

Как все было. Вот так.

Мы с Плотниковым делали песню про Сарданапала на стихи Лукомникова. Возились, придумывали всякие ходы, то и се. День, два и так далее. В Интернете, само собой. У меня в ЖЖ — мы же через энторнет работаем. Тут Плотников вдруг пишет: «Придумал офигительную басовую линию под рэп, хочу вставить в Сарданапала. Напой что-нибудь рэпом. Натараторь, как рэперы тараторят».

Нифига себе! Я, во-первых, тараторить не умею — язык толстый, совсем не помело, голос грубый, негибкий... Во-вторых — что именно тараторить-то? Вот так сходу придумать длинный текст — а если хипхоповать, то текст должен быть длинный. Пошел к книжным полкам — смотреть, может, что из книжки какой зачитаю. Из справочника, например, по электросварке, завалявшегося у меня еще со времен Ямбурга.

Первая книга, на которую упал мой взгляд, была «Стихи с предисловиями и без» Ивана Давыдова. Открыл ее — и как раз на странице со стихом про Гельмана она открылась. «А че — подумал я. — Можно попробовать это вот нарэповать: стихи хорошие, достаточной длины, вполне подходящие». Вот и стали мы с этим текстом работать.

Делали, делали, бились, бились, постепенно, в результате, коротенькая рэповая вставка разрослась до отдельной самостоятельной песни. По-моему, отличной. Ураган!

Ну а потом Птичка моя Гузель взялась делать клип. Делала, делала, по ходу делания освоила — Sony Vegas, научилась многим полезным штукам и дрюкам — и сделала.

По-моему, тоже получилось очень хорошо.

Вот.

Кто в Москве — приходите 3 ноября в «Икру» на концерт. Там мы ее тоже будем исполнять. Среди прочих наших величайших хитов.

А про Сарданапала тоже все-таки сделаем. Там и без хип-хопа отлично получается.

* * *

А история стихотворения такая, пишет Иван Давыдов:

«Однажды М. А. Гельман, директор Музея современного искусства в городе Пермь, почитал, что пишут о нем местные газеты, и удручился сердцем, — очерняли бездарно. И объявил конкурс по очернительству себя».

Вот Давыдов и написал стихи:

Три недели в Каме свистели раки,
Стефан Пермский, святитель, вертелся в раке,
Пермяки постились, потом разговелись тельным,
Спохватились — глядь, да уж поздно, блядь, — на вокзале Гельман.

Его брови дугой, он трясет серьгой, где еще найдется такой другой, а
вокруг него — бесов вертлявых строй, строят глазки да корчат рожи.
То ли он монгол, то ли он семит, но суров глагол и ужасен вид, слушать
боязно, даже когда молчит, а уж рявкнет — проймет до дрожи.

Подавайте, — воет он, окаянный, — дань
За двенадцать лет своего бесукльтурья тленного!
Обустрою ужо я вашу Тмутаракань
В соответствии с требованиями искусства современного.
И еще на завтрак мне требуется дитя,
А бесовской своре моей — красна девица,
А кто прекословить рискнет — проглочу, шутя,
Не что больше вам, пермяки, надеяться!

Говорят старики: Сила Гельмана велика.
Его стрелы смазаны спермою Кулика
(Ядовитее мир пока не видал зверька!)
И над Пермью иго его теперь на века.

Опахабят, сквернавцы, в натурщиц нарядят дев,
А чему подучат мальцов — и сказать сором.
Пермь погибла теперь, обратилась из града в хлев.
Наползли в нее черные черти со всех сторон.

И конкурс, кстати, выиграл.