Война и гламур. Премьеры Венецианского кинофестиваля

Венецианский фестиваль в последние годы ничуть не уступает Каннскому по части гламура и мегазвезд. Вот и сейчас на Лидо от них просто нет проходу. Началось с фильма открытия "Битлджус, Битлджус" Тима Бертона: на звездную дорожку вышли Вайнона Райдер и Дженна Ортега, Уиллем Дефо и Моника Беллуччи. А потом, что ни день, премьеры фильмов и сериалов представляли снимавшиеся в них Кейт Бланшетт, Анджелина Джоли, Николь Кидман, Эдриен Броуди, Брэд Питт, Джордж Клуни…

Пиками этой гламурной экспансии стали фильмы "Мария" Пабло Ларраина и "Плохая девочка" Халины Рейн. В первом случае гламур попытались спарить с авангардом, во втором – с эротической провокацией. Героиня "Марии" – легендарная оперная дива Мария Каллас в предсмертный период парижского затворничества. Чилиец Ларраин завершил этой картиной трилогию о культовых фигурах ХХ века, начав ее с Жаклин Кеннеди. Джеки в коротком эпизоде появляется и в "Марии", ведь они оказались соперницами в борьбе за сердце Аристотеля Онассиса. Но даже этот периферийный сюжет тянет фильм в сторону мейнстрима и типового байопика – а ведь Ларраин имеет амбиции авангардиста. Но тут он оказался в плену шаблонной голливудской эстетики еще и потому, что пригласил на главную роль Анджелину Джоли, не слишком подходящую по психофизическим данным. В итоге получилась не трагедия хрупкого ангела и не пародийная деконструкция попсового мифа (как в "Спенсере" про принцессу Диану, героиню второй части трилогии), а тягучая сентиментальная драма.

В глубине души начальницы прячется "плохая девочка", любящая, когда ее унижают

Не вполне состоятельной оказалась и претензия Халины Рейн в "Плохой девочке" на смелый поворот темы харассмента. Теперь, на волне победы феминизма, в роли абьюзера, злоупотребляющего служебной властью, выступает героиня Николь Кидман. Большой босс в компании по робот-технологиям, она выглядит самодостаточной и недоступной – пока на ее пути не появляется дерзкий интерн, годящийся ей в сыновья. В глубине души начальницы прячется "плохая девочка", любящая, когда ее унижают и превращают в послушную собаку. Именно это необходимо ей, чтобы получить оргазм, недостижимый с мужем – театральным режиссером (Антонио Бандерас). Действительно, какой оргазм в благополучной семье, где муж поглощен творчеством, любящая дочь – лесбиянка, и все, как у людей?

Когда-то Кидман снималась в рискованных ролях, сотрудничала с Ларсом фон Триером, но потом сделала выбор в пользу мейнстрима. Сейчас она совершает запоздалый камбэк, но выстрел актрисы оказывается холостым, а радикальность фильма – мнимой. Кидман смело демонстрирует на крупных планах тело и лицо со следами косметических вмешательств. Но и в таком виде остается посланницей глянца; чтобы стереть его, нужен режиссер масштаба Триера или Гаса Ван Сента, а не Халины Рейн.

Между тем Венецианский фестиваль, хоть и может на первый взгляд показаться обителью гламура, не забывает, в каком сотрясаемом войнами мире мы обитаем. Несколько фильмов из программы этого года непосредственно отражают брутальные военные конфликты и страдания огромных масс людей. Причем отражают их с разных сторон и в разной оптике. Непосредственно с трагедией 7 октября прошлого года на границе с сектором Газа связан сюжет игровой ленты "О собаках и людях" израильтянина Дани Розенберга. А с российским вторжением 24 февраля 2022-го – "Медовый месяц" украинки Жанны Озирной. Длящийся три с половиной часа фильм Горана Хуго Олссена называется "Израиль – Палестина на Шведском ТВ 1958 – 1989": это хроника освещения событий на Ближнем Востоке и эволюции отношения к ним шведского общества.

"Русские на войне": так назвала свою документальную работу Анастасия Трофимова – россиянка, ныне живущая в Канаде. Как сказано в фестивальном каталоге, она "получает беспрецедентный доступ, чтобы проследить за батальоном российской армии в Украине…., завоевывает доверие пехотинцев и в течение года сопровождает их". Премьера этого интригующего и, вероятно, шокирующего фильма еще предстоит. А своеобразной "рифмой" к нему обещает стать документальная лента "Песни медленно горящей земли", снятая украинкой Ольгой Журбой.

самые большие почести Лени Рифеншталь получила в России

Документальные фильмы своей горячей тематикой потеснили массив игрового кино. К ним примыкают и те работы, в которых осмысливается прошлое, исследуются корни современных войн, обсуждаются шансы их предотвращения. В 1932 году на эту тему возникла переписками между двумя большими умами ХХ века -- Альбертом Эйнштейном и Зигмундом Фрейдом, а почти сто лет спустя известный израильский режиссер Амос Гитай снял об этом картину, назвав ее "Почему война".

И, конечно, событием Венецианского фестиваля был обречен стать фильм Андреса Вейля "Рифеншталь". В свое время о самой знаменитой кинематографистке Третьего рейха уже была снята документальная картина, но, видимо, новое время требует повторения горького урока. Парадоксально, что самые большие почести Лени Рифеншталь получила в России, посетив в 2001 году фестиваль "Послание к человеку" в Петербурге. Это как бы окончательно легитимизировало ее в глазах культурного сообщества. Но сегодняшний контекст побуждает заново подвергнуть анализу вопрос о том, как ведет себя художник в роковые моменты истории. И хотя Венеция склоняет к элегии и ностальгии, именно она еще до войны стала местом триумфов Рифеншталь: тут был награжден ее одиозный "Триумф воли". Так что обращение к этой противоречивой фигуре на новом витке истории имеет для этого фестиваля особенный смысл.

Один врач – записной патриот, другой – гуманист

Среди игровых фильмов многие тоже прямо либо косвенно связаны с войнами. О Первой мировой рассказывает режиссер Джанни Амелио в "Поле боя". Действие целиком разворачивается в госпитале для раненых итальянских солдат под занавес войны, в 1918-м. Ими занимаются два врача. Один – записной патриот, который в каждом больном видит уклониста и готов отправить обратно на фронт хоть слепого, хоть безногого. Другой врач – гуманист, понимающий порочную бессмысленность войны; он намеренно ухудшает диагнозы своих подопечных и делает все, чтобы они избегли передовой. Но тут на госпиталь и близлежащую округу надвигается новая беда: пандемия "испанки". Трудно не увидеть в этом фильме актуального месседжа, даже если дело портит архаичный тяжеловесный киноязык.

Не выдержав стресса иммиграционных допросов, девочки впадают в кому

В программе "Горизонты" показали "Тихую жизнь" грека Александроса Авранаса, снятую в Швеции и посвященную мытарствам в дебрях шведской бюрократии пары политэмигрантов из России. Супругов Сергея и Наталью играют Григорий Добрыгин и Чулпан Хаматова, имеющие непростой эмигрантский опыт. Актеры строят рисунки своих образов на сжатых эмоциях, которые в какой-то момент вырываются наружу. Не менее важную нагрузку несут на себе юные дочери главных героев: именно они должны свидетельствовать о том, как их отца избили агенты российских спецслужб. Не выдержав стресса иммиграционных допросов, девочки становятся жертвами загадочного недуга и впадают в кому. При кажущейся фантастичности этого сюжета, он взят из реальности и основан на подлинной истории, случившейся в Швеции с российскими политическими беженцами.

Еще одну картину, связанную с Россией и даже снятую в Петербурге, собирались показать в Венеции: она называется "Антиквариат" и поставлена грузинским режиссером Русудан Глурджидзе. Однако в последний момент фильм, рассказывающий об антигрузинской кампании 2006 года, был снят с программы. На пресс-конференции грузинские авторы рассказали о конфликте с российскими сопродюсерами и том, как они вопреки их желанию вывезли копию в Венецию. Однако россияне подали юридический иск, и до решения суда показ картины было решено отменить.