Риттер из Суворова

Алексей Риттер – активист, живущий в городе Суворов Тульской области. Он занимается городскими проблемами, несколько лет назад, накануне митинга против высоких тарифов на вывоз мусора, на Риттера было совершено нападение. В 2023 году он выдвигался в муниципальные депутаты, и накануне выборов сына Риттера забрали в армию, по словам активиста, силой, незаконно, с целью оказать на него давление.

Жизнь активиста в маленьком городке – в фильме платформы "Окно".

О Суворове

[Власти] решили продвигать наш город как что-то, связанное с именем генералиссимуса [Суворова]. Внешне город можно оценить, наверное, почти на четверку. Нужно жить и развивать что-то вокруг, там, где ты живешь, где родился. Не выбирать место жительства по принципу, где лучше, – везде должны быть равные условия. Можно привести в пример Советский Союз, когда условия более соответствовали тому, о чем я говорю. В [России] много разных уровней жизни получается. В городах, в которых есть какие-то градообразующие предприятия, более-менее жизнь теплится. И есть города, аналогичные по населению, но в них нет предприятий, где люди могут более-менее приличную зарплату получать. У нас в районе, по-моему, около 29 тысяч жителей. В самом городе около 19 тысяч, то есть преобладает городское население, село загибается – в этом я убедился, проводя агитационную кампанию в качестве кандидата в депутаты. На селе у нас все очень плохо: ни жителей, ни дорог, ни работы, ни каких-то других благ цивилизации. И власть этим заниматься не желает, а тем, кто пытается помочь все это возродить, мешают, выставляют их, наоборот, как каких-то вредителей.

О призыве сына в армию

У моего сына с детства имеется хроническое заболевание, которое дает право получить отсрочку и даже быть признанным негодным к военной службе. 30 ноября его хитростью выманили из квартиры в Туле, где он проживал. Была районная комиссия, которая по беспределу провела ему освидетельствование. Насильственный призыв, то есть насильственным путем призвали его в армию. Потом сын рассказывал, ему подсовывали различные документы, он, даже не читая, в его психологическом состоянии механически все подписывал, в итоге оказалось, что он теперь является военнослужащим. Я уверен, дело не в том, что надо было призвать моего сына, а в том, чтобы мне, оппоненту администрации и чиновников, надо было любым способом навредить, тем более в преддверии выборов. Степень жестокости и циничности зашкаливает. При чем здесь дети? Это не призыв, на каждый район спускается своя норма, в Суворовском районе норма была на осенний призыв 13 новобранцев, и до похищения моего сына план был выполнен, даже перевыполнен, с нашего района призвали уже 16 новобранцев.

Это все было проведено за день до муниципальных выборов, в которых я участвовал. Если пытались так на меня воздействовать, чтобы я снял свою кандидатуру, это на меня не подействует. Я думаю, служба в армии – это не какое-то наказание, ради которого я должен идти на какие-то жертвы. Я сам заканчивал военную кафедру, звание – лейтенант запаса. К службе в армии отношусь положительно, но скорее к контрактной службе. Каждый мужчина должен защитить свою страну – когда ей что-то угрожает. Но когда твоя страна кому-то начинает угрожать и манипулировать такими понятиями, как патриотизм, долг Родине, я к этому отношусь отрицательно. Сейчас, исходя из внешнеполитической ситуации, которая у нас сложилась, тех, кто встал во главе государства, мало интересуют все проблемы правовые, с отсрочками связанные, с желанием или нежеланием кого-то идти служить.

Это не конец истории. Сын уехал, ему не позволили взять никаких документов – у него целая папка медицинских документов, связанных с призывом, по результатам обследований. Возможности предоставить документы в призывную комиссию он был лишен. В военной части начались новые неприятности. Это все происходило уже во время выборов, со мной связался один из сотрудников медсанчасти войсковой части, где оказался мой сын, сообщил, что Герман в тяжелом состоянии, у него температура 38 с небольшим, поднималась выше 39, что у него приступ. Мне сообщили, что вызвали скорую, его будут отправлять в городскую больницу Москвы. Мне стало известно, что в части бушует эпидемия менингита, что в части карантин, одну из казарм закрыли, организовав там импровизированный лазарет, чтобы отсечь всех заболевших от остальной массы военнослужащих, один призывник умер от менингита. [У сына была] тошнота, он по телефону еле со мной разговаривал, говорил, себя усилием воли заставляет не выключаться. Никакого нормального медицинского ухода там нет на территории части, какими-то таблетками их там подкармливают.

О политике

Есть такая поговорка: если ты не занимаешься политикой, то она начинает заниматься тобой. Я это уже ощутил, понимаю, без этого уже никуда не денешься. Как можно теперь уйти в сторону? Я уже больше года являюсь членом тульского "Мемориала". Выяснилось, что мои предки из близких колен – прадед и дед – были репрессированы. Дед был репрессирован на 15 лет лагерей в 1941 году, прадед был репрессирован в 1946 году, после войны. Диссидентство не зависит от каких-то генов, это все возникает от окружающей обстановки. Чтобы решать какие-то вопросы, нужны рычаги. Муниципальные, местные органы власти – это самый подходящий на начальном этапе способ влияния на общественные процессы. Естественно, мы все верим в позитивные перемены, иначе ради чего мы живем? И одно дело верить, а другое дело верить и что-то для этого делать.