ГОРЕ БЕЗ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

Минувшее воскресенье в Красноярске было мрачным: исполнился год с самого чудовищного происшествия в его истории — пропажи пятерых детей и обнаружении их потом в колодце сожженными почти до пепла.

Через год политики устроили на этом прахе пляски. Сначала провели митинг на площади Революции, где путались в именах мальчишек и датах, потом на месте обнаружения останков организовали православную панихиду. При том, что из пятерых пацанов двое были мусульмане, а один некрещеный. При том, что нет еще полной ясности в том, чьи тела найдены.

Для оппозиционных сил годовщина трагедии, еще не исчерпанной (мальчики не похоронены, прах не отдан родителям), стала таким же поводом заявить о себе и своих протестных настроениях, как повышение квартплаты.

Однако прав отец Максима Тауманова, одного из погибших. Он сказал: «Не могу осуждать этих людей. Они пытаются обратить внимание на нашу беду». Так. Ведь все идет к тому, что мы так и не узнаем, что в реальности произошло у Теплой речки.

Обещания, которые публично давали замгенпрокурора Владимир Колесников, губернатор Александр Хлопонин и фигуры помельче, оказались никчемными. Давно прошли те две-три недели, по истечении которых Колесников обещал выйти с новостями о расследовании; истекли сроки, когда Хлопонин обещал передать родителям останки детей для захоронения и дать ответ на главный вопрос: что произошло — несчастный случай или убийство?

Там, где нашли останки ребят, еще несколько лет назад была игровая площадка для детей. Сегодня — лунный индустриальный пейзаж. Зато в Красноярске проблемами несовершеннолетних занимаются 7 (семь) госструктур. На ребенка — по одному клерку. А горожане тем временем все чаще говорят одно: правду нам не скажут никогда.

Нам рассказывали, что «тела обгорели до скелетирования», и тут же: «признаков насильственной смерти» не обнаружено. Как это? Следом выступал Колесников и говорил, что детей убили. Дальше милиционеры опровергали замгенпрокурора: мол, несчастный случай. Прошел месяц и еще одна неделя с момента обнаружения «фрагментов тел», и нам заявили, что вообще-то экспертиза ничего однозначного не показала. И останки отправляют в Москву. Хотя задолго до этого прокуратура края убеждала нас, что расследованием занимаются столичные правоохранительные органы, к делу о гибели детей привлечены лучшие экспертные учреждения Москвы. Потом говорили, что останки исследуются в Лондоне. Назывались новые сроки. Они проходят, и — ничего. Говорят, что останки перевезены в Новосибирск. Потом и это опровергается.

Нам сообщили, что российские специалисты просто не способны установить причины гибели пятерых мальчишек с улицы Глинки. Эти самые специалисты говорят, что в Лондоне смогут сделать только то, что уже сделано в России, но за большие деньги.

Сначала родителям лгали о сроках экспертиз, потом пообещали отдать прах детей, родные начали готовиться к похоронам, а потом прокуроры сообщили, что похорон не будет — останки передают на новые исследования.

На сегодня известно, что установлена причина гибели лишь одного из мальчишек — острое отравление угарным газом. Но и его, Димы Макарова, идентифицированные останки хоронить не позволили. Следовательно, названная причина гибели — лишь версия? Опознанных останков Сафара Алиева вообще нет, о принадлежности фрагментов пятого тела говорят лишь предположительно.

Изначально было ясно: Российское государство и, в частности, его правоохранительная система настолько дискредитированы в общественном сознании, а гибель мальчишек вызывает так много вопросов, что к каким бы выводам ни склонилось следствие, они будут подвергнуты сомнению.