НАС ВЫЗЫВАЕТ ТАЙМЫР

Остается вопросом, успеем ли мы понять его позывные, все больше напоминающие сигнал SOS?

Совсем недавно министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу дал пресс-конференцию, на которой вкратце описал, с какими бедствиями и катастрофами придется, возможно, в ближайшее время столкнуться России. Речь шла и об эпидемиях, и о землетрясениях, и о техногенных катастрофах. Среди опасностей, грозящих россиянам, была упомянута даже астероидная. Список впечатляющий, но, откровенно говоря, далеко не полный. Бог с ними, с астероидами. Вот с ними-то как раз мы справимся, сомнений никаких нет, да еще, по обыкновению, остальной мир спасем от этой астероидной опасности. Не привыкать. У нас другая огромная проблема. Нам бы с собственной страной справиться. Вызов, который бросает нам космос, – детский лепет по сравнению с этим – вполне земным – вызовом.

Съездите сейчас в самый северный округ нашего государства – на Таймыр, и сами поймете, что астероидная угроза – просто детский лепет. Понятное дело, что на Севере жизнь вообще суровая. Тем не менее и за Полярным кругом люди устраиваются и, бывает, живут очень даже неплохо. О чем свидетельствует мировой опыт. Да и опыт самого Таймыра, между прочим, некогда тоже говорил об этом. Но это в прошлом. Сегодня очень все изменилось…

Стоит заглянуть, например, в поселок Усть-Порт. Это далеко не самый крупный населенный пункт на Таймыре. Впрочем, жителей здесь всегда было немного. Но их вполне хватало для того, чтобы Усть-Порт и местный совхоз «Октябрьский» были известны во всей стране. Именно здесь выращивали знаменитых и у нас, и за рубежом редчайших голубых песцов, добывали сотни тонн рыбы, разводили птиц и даже держали крупный рогатый скот, что в принципе довольно проблематично в заполярных условиях.

Если вы бывали в Усть-Порте лет восемь назад и увидите его сегодня после перерыва, то обязательно зададитесь вопросом: что за Змей Горыныч пролетел над поселком? Нет больше ни голубых песцов, ни других доходов. Остались, правда, школа, больница и, разумеется, местная администрация. А вокруг – тихо спивающееся население. Достаточно дать совсем немного водки и получить за это много рыбы. Вот и весь нехитрый принцип местного хозяйствования.

— Это называется «бесхозяйственность». Были у нас люди рыбаками, охотниками. Теперь работать им негде, и они пьют. Где поймают рыбку, отдадут за бутылку. А те мужики, которые вкалывают, и рыбу добывают, и оленей стреляют, для семьи стараются, им продать все это добро некому. Может быть, создали бы какую-то организацию, чтобы скупали избыток. За это хоть деньги какие-то у меня будут…

Это говорит коренная ненка Валерия Ямкина из Усть-Порта. Формулирует она четко, будто в Кремле сидит, но в Усть-Порте от этого ничего не меняется. Торгует, по признанию местных жителей, лишь здешнее начальство. А если начальство узнает, что кто-то из местных самолично куда-то продал рыбу или мясо, с такими немедленно проводится воспитательная работа. Может, попробовать жаловаться? Пробовали.

— Мы писали жалобы на своего руководителя, — вздыхает Валерия Ямкина. – Письма к нему и возвращаются. И начинаются эти разборки: кто там подписал, всех увольнять. Как вот людям жить? Они боятся, ничего не говорят…

И молча пьют, потому что помощи им ждать уже неоткуда.

Письма жалобщиков возвращаются к местной власти не случайно. Это напоминает систему. Достаточно заехать в легендарную Хатангу, чтобы понять – Змей Горыныч-то не над одним Усть-Портом пролетел, а видать, надо всем Таймырским округом одномоментно.

В советские времена о Хатанге много писали. И не только о том, что это центр самого крупного района, по территории сравнимого с Францией, хотя живут там всего лишь 8 тысяч жителей. Хатанга была общепризнанным центром оленеводства на всем российском Севере.

— Оленеводство сейчас практически вымирает. Нет никакой реальной программы его развития. Люди еще остались, старики, которые вели хозяйство при советской власти грамотно, держали стада по нескольку тысяч голов, а сейчас все врозь, пятьсот голов – это считается хорошо.

Так говорит коренной житель Хатангского района Николай Антонов. Он долганин. Долгане и ненцы – коренное население Хатанги, более 40 процентов.

— Если бы не Норильский комбинат, люди бы остались без тепла, без света. Топливо самолетом пришлось возить. Два года подряд. Пожалуйста, в поселках спросите. Новорыбная – школа. Зайдите. Сколько лет они в шубах учатся! В Сандаска… там окна забиты этими шкурами… Это же двадцать первый век!..

О чем думает в двадцать первом веке таймырское большое начальство, остается большой заполярной тайной. Может быть, надеется на какое-то чудо. Например, чудо иностранного происхождения. В прошлом году в Дудинке проходил конкурс на право разведки и разработки трех нефтегазоносных участков, расположенных на Таймыре. Среди претендентов была англо-сибирская нефтяная компания, акциями которой владеет фирма «Шелл». Конкурсная комиссия, состоявшая из представителей окружной администрации, отдала самое богатое месторождение англичанам. Растроганные англичане пообещали быстренько превратить Таймыр в северный Кувейт. Уже тогда, правда, ходили неприятные слухи, что «Шелл» скупает богатые нефтью земли по всей стране, но за разработку их не берется. Окружные руководители от этих вредных слухов отмахивались: уж больно нравилось им будущее положение таймырских нефтяных шейхов.

И вот совсем недавно «Шелл» объявила, что Таймыр более не является зоной ее интересов. Иными словами, «Шелл» с Таймыра ушла, оставив, надо заметить, за собой самое богатое Северо-Ванкорское месторождение. «Караул, обман!» – вскричала окружная администрация. А зря, надо сказать. «Шелл» все сделала по закону и исходя из своих английских интересов. Другое дело, что с таймырскими они, к удивлению местных начальников, не совпадают.

— Это можно было предвидеть и сказать, что сегодня западный капитал не готов в полной мере работать в регионах, работать с администрациями, которые ходят с протянутой рукой по Москве и просят у всех субсидий, — говорит генеральный директор «Норильского никеля» Александр Хлопонин. — Чудес не бывает. Сегодня реальный единственный источник, который может привлечь иностранный капитал на территорию Таймырского АО, – это Норильский комбинат.

Кстати, в том самом конкурсе на нефтяные участки «Норильский никель» тоже участвовал. Ему достались «кусочки» победнее, чем «Шелл». Но на них сегодня вовсю идут разведочные работы. И первая нефть появится уже через четыре года.

Несмотря на то что местная власть ревниво косится на Норильский комбинат, «Норильский никель» уже несколько лет своего рода палочка-выручалочка для Таймыра. Он реализует десятки целевых программ: прокладка линий электропередачи, строительство больниц и школ, закупка снегоходов и одежды для местного населения, вывоз таймырских детей на юг, елки для детворы, подарки к праздникам. Не говоря уже о северном завозе, с которым никак не в состоянии справиться администрация округа. И, кстати говоря, северный завоз на этот раз также под угрозой. Зима, как обычно, подкралась подло и неожиданно.

Администрация Таймыра только в самом конце декабря внесла в окружную Думу проект бюджета на следующий год. А вот куда тратились в округе деньги – это еще одна заполярная тайна.

— Мы хотим жить с чистым, прозрачным бюджетом, как это пытаются сегодня сделать на федеральном уровне, — говорит председатель Думы Таймырского автономного округа Виктор Ситнов. — А кое-кто опять не прочь устроить себе кормушку, скрыв в бюджете значительные суммы. Судите сами: на первое октября доходы окружного бюджета составили более 2 миллиардов рублей, из которых свыше миллиарда пришлось на налоговые платежи. Из этих денег израсходовано только чуть больше полутора миллиардов. Таким образом, профицит превысил полмиллиарда рублей. То есть 567 миллионов, или почти треть процентов доходов бюджета, недоиспользованы и осели на далеких банковских счетах, вместо того чтобы пойти на развитие региона. Плюс довольно значительная часть доходов используется нынешним руководством полностью непрозрачно. Если вычесть из бюджета недоступные для произвольных трат средства территориального фонда воспроизводства минеральных ресурсов (677 миллионов), то получится, что более половины «доступных» региональному руководству бюджетных денег остаются на счетах и расходуются по нерасшифрованным статьям.

Видимо, поэтому и приходится проблемы округа решать с помощью палочки-выручалочки. Сегодня же ревнивая окружная администрация повелела ей помощь всякую прекратить. Генеральный директор «Норильского никеля» Александр Хлопонин долго наблюдал за развитием невеселой ситуации и наконец решил сам баллотироваться на пост губернатора. И потому теперь всю реальную помощь «Норильского никеля» Таймыру местный глава администрации, желающий продлить свое пребывание на губернаторском посту, рассматривает исключительно как предвыборное вредительство.