ОДНА ЛИНИЯ ФРОНТА НА ДВЕ ВОЙНЫ

Если взглянуть на освобожденную территорию 2000 года, она очень похожа на позиции войск в 1995-м

Язабыл, что эта карта висит у меня на стене.

Фотографии моих друзей — живых и погибших. И эта карта.

В 1995 году она была секретной: там — чеченцы, там — русские... Граница между двумя жизнями. Граница между жизнью и смертью.

Я попросил нашего друга, бывшего полковника внутренних войск, воевавшего тогда и знающего ситуацию сегодня, пройтись по этой карте.

Он прошелся. Он, знающий каждое селение и каждую гору.

Вот что получилось: российские войска находятся там же, где были в 1995 году.

Вот Шатой. На карте видно, что к нему пробивались, но пять лет назад подобрались ближе, чем сегодня. «Неосвобожденными» остались Ушкалой, Улус-Керт, Нижние Курали, Ялхой-Мохк, Кири, Хал-Килой...

Давайте разберемся. Давайте...

Что важнее? Люди или страна?

Политическая карьера, конечно, может обеспечиваться гибелью нескольких тысяч солдат и десятков тысяч мирных людей. Но их мамы, их жены, их дети не думают о стране. Им стало жить одиноко.

Да, ребята рвутся в бой.

Но вот о чем я думаю: кто, кроме боевиков, с ними воюет?

Да, наемники. Но проникают они в Чечню не через Грузию, а в основном через Россию (конечно, за деньги, даже негры).

Да, террористы (Хаттаб, Басаев, Радуев и т. д.). Но разве их, террористов, безопасность не обеспечивали наши генералы?

«Новая газета» уже писала о том, как именно наши генералы дали зеленый коридор (как в «Шереметьеве») для вывода Хаттаба, Басаева и пятьдесят одного «КамАЗа» с боевиками из Дагестана. Мы писали об этом, но — новые данные: в день вывода террористов исчезло горючее для самолетов. Езжайте, ребята, мы вас не тронем?

Кто воюет еще?

Те, кого мы, то есть центр России, сделали бойцами. Чеченские дети, выросшие под бомбами в 1995 году.

Ребята погибают со словом «ура». Но за этим «ура» — деньги, о которых не знают умирающие ребята.

Приведу свидетельство полковника Генштаба С. К.:

«Я тогда был в резиденции Завгаева и Кошмана на «Северном» (аэропорт в Грозном, почему Завгаева и называли «стюардессой». — Ю. Щ.). Каждый день прилетали самолеты. Тут же к борту прижимались «КамАЗы», куда выгружали мешки с деньгами. За день проходило до десятка машин... Последнее совещание у Кошмана, где присутствовали 19 министров. Кошман говорит: «Здесь 55 миллиардов рублей. У тебя есть тейп. Бери деньги себе. Есть куда направить средства в твоем тейпе?» Тот что-то промычал. В кабинете разнесли мешки. Это был декабрь 96-го года».

Декабрь девяносто шестого... Пятьдесят пять миллиардов... Окончание первой чеченской войны. Кошман — вице-премьер 2000 года.

А ребята гибнут.

Еще раз. Кому нужна чеченская война?

Да, террористам.

Но ни один лидер террористов не уничтожен.

Кто же гибнет? За что? Почему?

Чтобы Кошман поделился деньгами? Чтобы вновь, как было пять лет назад, в период первой чеченской войны, из бюджета выделялись деньги на поддержку в Чечне «экологии и рыболовства»?

Чтобы снова ни одна наша спецслужба не выясняла, откуда у чеченцев самое современное российское оружие? (Сколько я ни обращался к нашим военачальникам с просьбой дать мне хотя бы один номер снайперской винтовки, сделанной в Туле в 1999 году и оказавшейся у чеченцев, — молчание в ответ.)

Что ОНИ делают...

Да, нельзя больше унижать армию.

Но эти слова говорят люди (типа Жириновского под аплодисменты его союзников из «медведей», коммунистов и ЛДПР), не отправляющие своих детей на войну.

Почему я против Путина?

Для него Родина — это власть, а не люди, живущие в нашем российском пространстве.

Для него Родина — это Волошин, Березовский и Чубайс.

Что должен был сделать нормальный кандидат в президенты России?

Назвать поименно всех погибших российских ребят.

Но они — меньшинство.

Меньшинство — погибшие и беженцы. Меньшинство — учителя и врачи, не получающие зарплату. Меньшинство — люди. Большинство — власть и офицер действующего резерва (как говорят его коллеги) Грызлов, поставленный Путиным во главе мифического «Медведя».

Вот почему смотрю я на эту карту 95-го года, пытаясь понять и не способный понять, почему у нас все одно и то же.

Только ребята гибнут. Еще одно поколение.