МУЖЕСТВО ОФИЦЕРА МИЛИЦИИ, ОТКАЗЫВАЮЩЕГОСЯ ОТ ОРДЕНА «МУЖЕСТВА»

Когда совесть не позволяет получить государственную награду

Из рапорта на имя заместителя министра внутренних дел Республики Дагестан полковника Шпигуна Г.Н. (того самого Геннадия Шпигуна, который, уже будучи генералом, был похищен и убит в Чечне): «После увиденного собственными глазами, как разыгрывалась эта трагедия в селении Первомайском, моя совесть не позволяет получить какую-либо награду…». Под рапортом — подпись заместителя начальника отдела управления уголовного розыска МВД Республики Дагестан подполковника милиции Умаханова. И дата — 2 февраля 1996 года. Что же так потрясло офицера милиции, почему он принял столь необычное решение — отказаться от ордена Мужества?

Январь 1996 года. После отступления из Кизляра банда Радуева окопалась в дагестанском селе Первомайском, держа под прицелом сотни заложников. Переговоры с Радуевым и другими бандитами — Атгериевым и Исрапиловым — об освобождении людей вел подполковник Умахан Умаханов. Ему приходилось по нескольку раз в день бывать в логове боевиков. В Первомайском Умахан понял, что один из их руководителей, Атгериев, имеет больше полномочий, чем все остальные, включая Радуева.

— Я, — рассказывает Умахан, — убеждал Атгериева, что штурма не будет, что боевикам дадут беспрепятственно уйти в Чечню. Просил его отпустить женщин и детей. Атгериев вел себя очень жестко, говорил: вы наших ни женщин, ни детей не пожалели…

Офицеру милиции все же удалось убедить лидера боевиков вывести 18 женщин с детьми.

В плену у радуевцев находились новосибирские милиционеры. Над ними боевики издевались, угрожали расстрелом. Умаханов предупредил Атгериева и Радуева, что, если они кого-то из милиционеров расстреляют, начнется штурм. Особо согласовывать подобные вопросы времени не было, и Умаханов ради спасения людей взял ответственность на себя. Милиционеры были спасены и вызволены из неволи.

Когда полковник милиции Николай Гончаров, откомандированный в Дагестан из Краснодара, предложил себя в заложники вместо женщин и детей, а радуевцы это предложение приняли, Умаханову пришлось идти освобождать и полковника Гончарова. И это ему удалось сделать.

Но офицеры милиции, спасавшие заложников, не знали, что в это же время подразделения Министерства обороны и ФСБ готовятся к штурму. Руководивший операцией директор ФСБ генерал Барсуков заявил, что заложников больше нет, и через громкоговоритель предъявил боевикам ультиматум. Но в это время радуевцы удерживали еще около сотни человек.

В этот момент Умаханов узнал, что полковник Гончаров вновь пошел к бандитам и в очередной раз обменял себя на нескольких заложников.

— Этот удивительный русский офицер милиции, — рассказывает Умахан Умаханов, — жертвовал собой ради наших дагестанских женщин и детей. Я не мог оставить Николая в беде. Счет шел на минуты. Меня предупредили, что если я еще раз появлюсь в стане боевиков, то уже не выпустят. Когда я подъехал к их блокпосту, рядовые боевики меня узнали и беспрепятственно пропустили. На этот раз ни к Атгериеву, ни к Радуеву я не пошел, а от их имени сообщил тем, кто охранял полковника Гончарова, что отведу их к Атгериеву.

На самом деле этим хитрым маневром подполковник Умаханов вывел Гончарова и еще нескольких заложников за радуевский блокпост, к своим. Фактически — в момент начала штурма.

Через минуту боевики спохватились. Атгериев закричал в эфир, что враг Чечни и ислама подполковник Умаханов погибнет от рук чеченца-смертника.

Штурм позиций боевиков был организован плохо. В результате многим боевикам удалось уйти, в том числе всем руководителям теракта в Кизляре и Первомайском — Радуеву, Атгериеву, Исрапилову. А многие остававшиеся у бандитов заложники погибли.

— Руководители этой бездарно проведенной операции пренебрегли человеческими жизнями. Десятки невинных заложников погибли. На душе у меня была боль за людей, которых не удалось спасти. И было стыдно.

Поэтому подполковник милиции Умахан Умаханов отказался получать орден Мужества, к которому был представлен начальством.

Через шесть лет после этих событий на судебном процессе в Махачкале по делу Радуева начальник отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков МВД Дагестана полковник милиции Умахан Гаджимамаевич Умаханов выступал в качестве свидетеля.

На суде были зачитаны несколько записок с угрозами смерти Умаханову и членам его семьи, подписанные Атгериевым (последний признал свое авторство).

Это были не просто угрозы. Террористы многократно пытались убить Умаханова, его жену и троих малолетних сыновей. Когда несколько лет назад полковник Умаханов работал начальником милиции города Хасавюрта, к двери квартиры, которую он снимал, была прикреплена противопехотная мина. Только счастливый случай спас тогда Умаханова и его семью от гибели.

Из донесения от 22 декабря 2001 года командира мобильного отряда МВД РФ в Республике Дагестан полковника милиции Владимира Гребенникова: «Сообщаем, что 21 декабря 2001 года службой криминальной милиции мобильного отряда МВД РФ в РД в результате доверительной беседы получена оперативная информация о том, что после выступления в суде над Радуевым С. начальника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков МВД РД полковника Умаханова из Чеченской Республики направлена группа в составе 4 человек с целью ликвидации вышеуказанного руководителя и членов его семьи за денежное вознаграждение в 20 тысяч долларов США…».

До 1997 года прослуживший в милиции на тот момент два десятка лет, награжденный двумя боевыми орденами, несколькими медалями подполковник милиции Умахан Умаханов не имел своего жилья. Восемнадцать лет он с семьей прожил в общежитии, в 12-метровой комнатушке. Он, отец троих детей, постоянно рисковал жизнью в схватках с бандитами. Имел пулевые и ножевые ранения, контузию и… в итоге полное равнодушие начальства к своей судьбе.

Только после того как за подполковника Умаханова и его семью вступились журналисты, милиционеру выделили трехкомнатную квартиру на окраине Махачкалы.

В августе 1999 года полковник милиции Умахан Умаханов возглавил ополчение горных андийских сел Ботлихского района Дагестана и вместе с простыми крестьянами и чабанами не дал бандам Басаева и Хаттаба проникнуть вглубь Дагестана.

Тогда народ попросил у властей наградить своего героя высшей государственной наградой — званием Героя России. Представление было подписано старейшинами и главами администраций всех сел Ботлихского района. На это министр внутренних дел Дагестана Адингерей Магомедтагиров ответил, что полковник Умаханов награжден в 1994 и 1996 годах двумя орденами Мужества, получил от главы МВД России генерала В.Б. Рушайло именное оружие и досрочное звание полковника. На этом основании министр внутренних дел Дагестана и отказал в представлении Умаханова к званию Героя России.

А главная причина, как мне рассказывали дагестанские милиционеры и журналисты, была в другом. Просто министр увидел в честном и мужественном офицере конкурента, претендента на свое место.

Но Умахану и на нынешней должности — начальника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков — забот хватает. «Офицер должен всегда оставаться офицером. Кому же, как не офицеру милиции, защищать людей от подонков и убийц? Я никогда не видел своего отца, кроме как на фотографии: за несколько месяцев до моего рождения он погиб от рук бандита. Возможно, поэтому я и сделал свой выбор в жизни. Через меня ни один бандит и убийца не пройдет. Это мой принцип. Даже если это будет стоить мне жизни, я на поводу у бандитов не пойду. Хотя, конечно, я очень не хочу, чтобы три моих малолетних сына остались сиротами».

Недавно мне позвонили из Дагестана друзья. Сообщили, что в полковника Умаханова в очередной раз стреляли. Слава Богу, и на этот раз он остался жив.