ТОЛЛЕРЫ И ИХ КИЛЛЕР

Про дело Быкова стали забывать. Про Сосковца стали забывать. А зря. Скоро начнется самое интересное

«Дело Быкова» — еще недавно один из самых громких криминально-политико-экономических скандалов — плавно идет к завершению. Всем все ясно. Ну был в Красноярске такой криминальный авторитет. Ну «заломали» его наконец. Ну будет в декабре суд, который поставит формальную точку. И что тут интересного?Между тем, если мы с вами не хотим, как в 30-е годы, слепо верить всему, что скажут и напишут, а потом идти, куда укажут по Скотопрогонной улице, давайте попробуем определить, что же в действительности стоит за «делом Быкова». Кто знает — может, пригодится. Потому что история нашего Отечества нас учит: сначала приходят за очень большими, потом за просто большими, а потом — и за нами

Что о нем пишутНынешнее «дело Быкова» началось с сайта «Коготь-2», появившегося в интернете 19 февраля 1999 года и зарегистрированного на некую General Naebition Group (прочтите это английское название вслух — только, ради бога, не при детях и не при женщинах). Правда, в ноябре 1997-го была еще серия статей в «Известиях», но к 1999-му о ней все забыли.

Так вот, каждый интернетчик знает, как трудно раскрутить свой сайт. А для людей, от интернета далеких, приведу сравнение: открыть что-то типа «Когтя» — это примерно как наклеить несколько анонимных листочков на забор где-нибудь в районе Курского вокзала. Как вы полагаете, их хоть кто-нибудь заметит, даже если содержание будет сверхсенсационным?

А здесь — всего через пять дней, 24 февраля — о «Когте-2» объявили сразу две серьезные газеты. Причем, что еще более странно, в один и тот же день.

Пропуская всю остальную историю, перейдем ко дню сегодняшнему. Официальное обвинение Быкову по делу

№ 185334 — подготовка умышленного убийства. Но какого именно? В уголовном деле есть лишь один эпизод с неким Стругановым (Паша Цветомузыка).

Сегодня понятно, что вся эта история была оперативной комбинацией правоохранительных органов.

Которая обычно используется в качестве «затравки» при недостатке улик — чтобы появились основания официально начать следствие против особо изворотливой личности. А когда следствие начато, тут уже начинают разбираться во вполне реальных делах.

Но их-то как раз в деле и нет, хотя 28 января 2000 года бывший красноярский киллер, а ныне греческий заключенный Татаренков, публично по телевизору назвал имена девяти человек, убитых — как он сказал — по приказу Быкова. Этого абсолютно достаточно для начала расследования — и неважно, что потом Татаренков от своих слов отказался. Следствие обязано выяснить, какое из его двух заявлений — правда.

Ладно. Допустим, что Быков предусмотрителен, как Аль Капоне, и хорошо спрятал улики. Но как тогда объяснить обстоятельства первого ареста Быкова 29 октября 1999 года — на югославско-венгерской границе, когда он пересекал ее под своим именем? Очень странное поведение для предусмотрительного человека.

В общем, как говаривал герой всенародно любимого сериала: «Мелочи сходятся, Штирлиц, а я верю мелочам».

Так что же все-таки происходило в Красноярске на самом деле?

Кем он былЧитая материалы по делу Быкова (а их в российском интернете свыше 6000), постоянно ловишь себя на мысли: нам пытаются внушить одну из двух точек зрения. Либо «антибыковскую»: это очень крупный и очень опасный преступник. Либо «пробыковскую»: это талантливый предприниматель, ставший жертвой провокации конкурентов. Третьего не дано. Вроде как.

Но чем больше вникаешь в дело Быкова, тем больше хочется искать истину — нет, не посередине. А перпендикулярно.

Год назад, 12 июня 2000 года, журнал Fortune написал так: «Быков каким-то образом из начальника охраны завода превратился в члена совета директоров в 1996 году, как раз тогда, когда он получил платежи от Trans-World... Теперь Льву Черному придется ответить на вопрос стоимостью 1 миллион долларов: субсидировала ли Trans-World сами убийства или же только подозреваемого убийцу?

И похоже, иностранцы оказались гораздо ближе к истине, чем наши отечественные журналисты.

Похоже, что никакой Быков не магнат. И не хозяин Красноярска и Красноярского алюминиевого со своими 28% акций (неизвестно как полученными). А наемник. Или контрактник — называйте, как хотите.

Кто такие толлерыТе, кто нанял Быкова в начале его пути, — не киллеры. Они толлеры — от слова «толлинг». Знаете, что это такое?

Обычная схема работы завода — это когда он сам покупает сырье, его перерабатывает, а потом сам же и продает готовую продукцию. А толлинг («переработка давальческого сырья» по-русски) — это когда некая иностранная фирма дает алюминиевому (или любому металлургическому) заводу свое сырье, платит за переработку и забирает готовую продукцию. Ну вроде как пошив костюма в ателье из ткани заказчика.

Все это правда — только не вся. Потому что никто не объясняет, откуда это импортное сырье берется. И какой идиот повезет глинозем — обыкновенную глину, если по весу, — из-за границы в Красноярск. Расположенный, как известно, ровно посередине России, на равном расстоянии что от Калининграда, что от Владивостока. Такая глина в цену золотого песка встанет.

Так вот, «изюминка» такого толлинга в том, что глинозем — импортный только на бумаге. А в действительности он как начал в 1964 году поступать на КрАЗ из города Ачинска, что под Красноярском, так и продолжает по сей день.

Но пока вагон с глиной катится себе из Ачинска в Красноярск, его оформляют как проданный какой-нибудь мальтийской фирме, та его перепродает каким-нибудь киприотам и так далее. Бедная глина, проехав всего-то пару сотен километров по Транссибу, «по паспорту» вдруг оказывается иностранкой, совершившей чуть ли не кругосветное путешествие.

Понятно, что и все иностранные фирмы, участвующие в толлинге, — тоже иностранные лишь на бумаге. А владельцы у них — абсолютно русские. Точнее, номенклатурные.

Чтобы схема заработала, нужны два условия.

Во-первых, чтобы на двух заводах (скажем, Ачинском глиноземном и Красноярском алюминиевом) сидели «свои» генеральные директора. Именно эта должность дает право подписывать договора, кому за сколько продавать и у кого за сколько покупать. (Вот откуда модные ныне захваты заводоуправлений и «оргазмы» по-постсоветски» — вводы-выводы генеральных директоров в кабинеты.)

А во-вторых, нужен кто-то, кто любыми способами отбивает охоту задавать лишние вопросы про путешествия глины.

Прибыли у толлеров фантастические. 200, 500 долларов за тонну — а один только КрАЗ выпускает в год около 800 тысяч тонн. Итого — до 400 миллионов долларов в год с одного завода. В личные карманы тех 5—10 человек, кто «не сеет, не пашет, не строит», но теперь уже не «гордится общественным строем», а оформляет бумажки про толлинг.

И вот эти люди действительно неприкасаемые и непотопляемые. Вы думаете, Сосковец после отставки канул в небытие? Ничего подобного — он каждый день приезжает в свой офис: ни много ни мало — непонятно как ставшее фактически частным гигантское здание бывшего Министерства черной металлургии СССР, что в самом центре Москвы, на Славянской площади, д. 2, и формально записанное на некое акционерное общество «Интерметсервис». Вот там, прямо напротив администрации президента и в двух шагах от Кремля, в «ковровой зоне» на третьем этаже, и обитает главный толлер страны Сосковец.

А Быков? Какие-то киллеры?.. Работяги. Как шоферы, экскаваторщики, машинисты и так далее.

За что его вышвыриваютВ мирке номенклатуры интересы дела — не главное. Там заботу о них принято имитировать. Там еще с советских времен любой пост и любое дело — твоя личная кормушка, к которой тебя выносят аппаратные расклады. На время. Пока можешь, пользуйся. Но, приходя к кормушке, не забывай: настанет время, когда будешь от нее уходить. А потому не обижай номенклатурного предшественника, поступай с ним так, как хочешь, чтобы поступили с тобой, когда придет твой черед. И когда расклады изменятся, уступи место у кормушки следующему, как уступили тебе.

Именно в мир номенклатуры, мир толлеров и имитаторов не вписался Быков. И не мог вписаться. Он по своему менталитету как раз человек реальных, конкретных дел (куда уж конкретнее) — и мыслит их интересами.

Так вот, в 1999 году вслед за властью в стране менялась и команда номенклатурных толлеров на КрАЗе. И Быкову — как младшему, но полноправному члену прежней команды, — в полном соответствии с правилами номенклатурной игры предложили «отступной аккорд» — 250 с лишним млн долл.

Но Быков этих правил не понял. Вообразил, что он действительно собственник своих акций, уходить не пожелал и тем самым нарушил неписаные «понятия» номенклатуры — не менее жесткие, чем «понятия» уголовников.

Вот поэтому тот же Сосковец, который «свой», номенклатурный, и играет по правилам, спокойно сидит в своем дворце на Славянке, хотя одни его толлинговые схемы подпадают как минимум под пять статей УК (159-3, 163-3, 173, 178-2, 193) и тянут где-то лет на 15.

А Быков как «не свой» сидит в Лефортово. Куда он попал, заметьте, опять-таки вследствие имитации. На сей раз имитации убийства.

Что будет дальшеЧто было, то было. А ведь самое интересное, что будет дальше. Попробуем спрогнозировать.

Многим кажется, что Быкову конец окончательный. Судить его будут в Москве. А никаких иллюзий по поводу нашего правосудия ни у нас с вами, ни надо полагать, у самого Быкова нет. Это интеллигент Гусинский мог искренне верить в хороших адвокатов.

Между тем кое-какие признаки показывают, что история еще не окончена.

В сентябре 2000 года, в краткий промежуток пребывания на свободе, Быков дал интервью телепрограмме НТВ «Рублевая зона». И обронил там очень интересную фразу: «Мне надо учиться у своих врагов. Тому, как поступать со своими врагами». Похоже, бывший учитель физкультуры наконец-то понял, с кем и с чем он столкнулся и за кого его держали все эти годы.

Поставьте себя на место Быкова — что бы вы стали делать на его месте? Вот именно этим он сейчас и занимается. Тем, что умеет очень хорошо и что уже один раз проделал в Красноярске. То есть создает свои структуры, сети (называйте как хотите) по влиянию на правоохранительные, судебные и всякие прочие необходимые органы. Уже в Москве.

Иначе ему не выжить. В самом прямом смысле этого слова. Любой срок для него — не признававшего в свое время уголовных «понятий» и с легкостью «разбиравшегося» с ворами в законе — то же самое, что «вышка».

Помошники Быкова, пока их лидер сидит в Лефортово, не теряют времени зря и заводят связи где только можно. И тоже не только в очевидно необходимой ему среде судейских и прокурорских работников, но и в совершенно неожиданных местах. Например, говорят, что один из известных московских пиарщиков свел двух своих клиентов — Быкова и издательство, выпускающее глянцевые журналы для богатых людей о красоте жилья, роскошной мебели и так далее. И хотя имен нам не назвали, предположить, о ком идет речь, несложно. Всему московскому PR-сообществу памятен грандиозный скандал октября 2000 года, когда в интернете появились фотокопии проекта «Петрович» с бюджетом 1,5 млн долл. по «отмыванию Быкова добела». А на официальном сайте этого агентства официально сообщается о начале с 27 декабря 1999 года работы с издательством «Салон-Пресс», которое как раз и выпускает журналы и каталоги «лучших интерьеров России».

Ход кажется нелепым только на первый взгляд. Но если вдуматься, то «самые лучшие интерьеры» заказывают себе самые небедные люди, говоря попросту, именно та высшая номенклатура, с которой и схлестнулся Быков. А ведь в архивах этого журнала — самое интимное, что у нее есть. Не просто адреса реального, не по прописке, жилья, квартир и загородных дач, но и планы, фотографии и много чего еще, вплоть до мест размещения датчиков сигнализации. Это ж справочник киллера! Ну а через каталог мебели, принадлежащий тому же издательству, нетрудно выйти на более мелких сошек — тех московских чиновников, которым интерьеры не по карману, но купить мебельный гарнитур за десяток-другой тысяч у.е. (при зарплате 200—300) — запросто.

И наконец громкие имена международных брендов, публикующих здесь свою рекламу — Siemens, Ariston, Zanussi, Scavolini, «Шик» и так далее, — своей безупречной репутацией делают ровно то, что описано в одном из романов Агаты Кристи. Помните: отель «Бертрам» — самый благопристойный отель Лондона?

Точно определить, что и как будут дальше делать люди Быкова с плацдармами, за которые они уже зацепились, сказать трудно. Одно можно сказать точно: для умелых людей — это изумительные места. И по стилю, похоже, здесь работал кто-то из серьезных профессионалов-отставников спецслужб. Вспомните, например, как Виктор Суворов в своем «Аквариуме» описывает одну из операций ГРУ — покупку горных отелей в Австрии. Интересный человек туда приезжает, ничего не подозревая, а там его уже ждут.

Так что в недалеком будущем Москву может ожидать захватывающее столкновение между сибирскими мастерами реальных дел и нашими столичными имитаторами. В таком, знаете ли, бодром духе красноярских «алюминиевых войн» середины 90-х. Быкову терять нечего, а что в открытом столкновении его ребята переигрывают москвичей, он знает давно, с конца 94-го. Тогда на КрАЗ впервые прилетел из Москвы спецборт с людьми в камуфляже. И, как описывала Юлия Латынина тот случай, у ворот завода «выяснилось, что гости не готовы подставлять шкуру под выстрелы, а вот красноярцы, наоборот, готовы на все» («Совершенно секретно», 7 мая 2000 г.).

Впрочем, громкого побоища может и не случиться. Во-первых, потому, что наши московские чиновники — как судейские, так и правоохранительные, — еще меньше, чем московские охранники, готовы жертвовать своей шкурой. А во-вторых, потому, что помните: «Мне надо учиться у своих врагов. Тому, как поступать со своими врагами».

И тогда в декабре 2001 года тихо и без шума начнется суд. А где-нибудь в феврале—марте 2002-го или немного позже, что непринципиально, Анатолий Петрович Быков так же тихо и без шума выйдет на свободу.

А вот что тогда будет дальше — это уже совсем другая история.