«ПРЕКРАТИТЬ ИСТЕРИКУ»

Крайними оказались двое... (Фото - EPA)

Самое время воспользоваться этим мудрым советом президента, который много сделал для того, чтобы демократическое движение в России оказалось в столь бедственном положении

«…Чужой — промахнется, ну а свой в своего всегда попадет». Булат Окуджава пел о минувшем и о своем, а оказалось — о сегодняшнем и о нашем. И ведь точно: «огонь по штабам» проигравших выборы правых ведут свои. Со знанием дела и с какой-то классовой беспощадностью. Это не полемика — это кистень. И не озабоченность судьбой демократии в России. Озабоченность предполагает «работу над ошибками», дискуссию.

Потому что думающее меньшинство (между прочим, миллионы человек) лишают исторической перспективы, а значит, и достойной благополучной жизни. Нам посылают сигнал: демократия стране не нужна. Действительно, трудно быть демократом в единой бюрократической России и жить на закавыченной родине под грохот националистических барабанов. Отсюда и растерянность демократического меньшинства: ЧТО ДАЛЬШЕ? Именно на этот вопрос нужен внятный, четкий ответ. Чтобы его найти, необходимо… А теперь — внимание: ПРЕКРАТИТЬ ИСТЕРИКУ! Самое время воспользоваться этим мудрым советом человека, который много сделал для того, чтобы демократическое движение в России оказалось в столь бедственном положении.

Дискуссия, которая разворачивается на страницах «Новой газеты», должна послужить обретению спокойствия и почвы под ногами. А потом и первый шаг можно сделать. В будущее, в прошлом мы уже были.

Итак, нынешняя Дума начисто лишена либерально-демократического измерения.

Причины поражения демократов не связаны с их думской неэффективностью. Напротив, именно в последние четыре года им удалось то, что не удавалось никому в предшествующее десятилетие.

Демократы продавили закон об альтернативной гражданской службе, добились 13-процентного подоходного налога, стронули с места армейскую реформу.

Проблема демократов, скорее всего, в том, что, осознав, что широкой народной поддержки у них нет, они включились в старинную византийскую игру — борьбу за уши царя. Президент Путин игру поддержал, и целая обойма либеральных экономистов была допущена к его ушам в качестве членов правительства и личных советников. Именно в этом качестве демократам удалось придать авторитарному президенту либеральный лоск. Прогрессивные законы пошли не снизу, а по согласованию с главным чиновником страны. Востребованные президентом в качестве «наушников», в роли народных представителей демократы были ему не нужны, более того — мешали. Их исчезновение из Думы делает Путина не только самым популярным в народе политиком, но и самым либеральным. При нынешнем парламенте более демократичной, нежели президент, реальной силы в стране просто не осталось. Для Запада же Путин попросту становится безальтернативным демократом.

Путин готов закреплять успех. Сразу после выборов он заявил, что идеи и кадры партий, потерпевших поражение на выборах, будут востребованы. То есть дорога к путинским ушам для либералов не закрыта.

Проигравшие не только не понесут потерь в личном плане, но и их идеи останутся в общественно-политическом обороте.

Если правые и яблочники примут предложение Путина, значит ли это, что либерально-демократические партии исчезнут? Отнюдь. Свято место пусто не бывает. «Старых правых заменят «новые правые». Уже некий Алексей Чаадаев выступил с идей создания новой правой альтернативы.

Что это будет?

В 1999-м на смену исторически первородным патриотам-державникам пришли новые патриоты, считающие свой век от воцарения Путина и самим своим существованием ему обязанные. Теперь и «новые правые» точно так же поведут отсчет российского либерализма от Путина, а его самого назовут прародителем. И патриоты, и либералы путинского призыва будут тотально лояльны к президенту, они никогда не станут оппозицией власти.

Ну а если «старые либералы» не примут путинский сценарий?

История российских партий, не имеющих думского представительства, плачевна. Они либо рассыпаются, а их члены рассасываются по более перспективным и респектабельным структурам (вспомните: Демократическая партия, «Демвыбор» и «НДР»…), либо, если они все-таки спаяны некоей идеей, стремительно маргинализуются (как это случилось с «ТрудоРоссами»).

Но у СПС и «ЯБЛОКА», положение не столь печально. Прежде всего у них действительно есть идеология, и уже в силу этого они имеют иммунитет от распада. Во-вторых, у них сохраняется, пусть и урезанное, парламентское присутствие в виде депутатов-одномандатников. В-третьих, либералы сохраняют западные контакты. В-четвертых, источники финансирования либеральных партий никуда не исчезли, деньги приходили в эти партии не под думский лоббизм, а под «демократический проект». И, наконец, у либералов есть сторонники, число которых измеряется не только электоратом, проголосовавшим за СПС и «ЯБЛОКО» на последних выборах. 15% (как минимум) их избирателей ушли не к единороссам и не к «Родине», они просто не пришли на эти выборы, но это не значит, что они никогда уже на них не придут.

Скажем, Аграрная партия выжила и не маргинализовалась при куда меньших стартовых преимуществах. В конце концов, либеральный новодел, готовящийся заменить «старых демократов», в ближайшие четыре года тоже не будет иметь парламентской трибуны.

Главный вопрос, который должен быть поставлен и решен в ближайшее время: готовы ли российские демократы начать борьбу за возвращение в Думу вопреки желанию президента или согласны быть хранителями вектора демократии в рамках дозволенного?

В случае готовности бороться первое, что необходимо сделать, — это объединиться. Речь идет о создании широкого форума демократических сил — пусть разных оттенков и даже противоположных взглядов.

Второе, что должно быть незамедлительно начато, — это борьба за административный ресурс на местах. При поддержке мэров, глав районов, а в случае успеха — и губернаторов в Думу-2007 как минимум удастся провести полноценную группу одномандатников.

И третье: необходимо четкое обозначение противника. Это должно быть не выхолощенное понятие «власть», не полувиртуальные силовики-заговорщики, не марионеточные фигуры, не имеющие собственной политической воли, а то, что стоит за этими эвфемизмами: президент Путин.

Только после осознания себя антипутинской оппозицией выяснится, что демократов по многим позициям могут поддержать и коммунисты, и региональные руководители, у которых Центр отобрал власть, и мусульмане, оказавшиеся людьми третьего сорта… Не надо брезгливо морщиться от этого перечня возможных попутчиков. Веротерпимость и децентрализация власти — это демократично, а коммунисты на фоне Путина уже сейчас выглядят поборниками демократии, а что будет дальше?

Конечно, то, что будет предложено обществу в качестве «новых правых», получит благословение президента. На чаадаевцев падет тень президентского рейтинга, но она не безразмерна, и то, что будет получено ими, отнимется у той же «Единой России». Пусть рейтинг Путина — 80 процентов (что далеко не факт), но ведь есть и оставшиеся 20. Если суметь их консолидировать, этого более чем достаточно, чтобы вернуть себе парламентский статус.

Наконец, должно усвоить, что антипутинская оппозиция — это не борьба против Путина как такового. Для роли просвещенного монарха он подходит более прочих. Антипутинская оппозиция — это борьба против самой просвещенной монархии как принципа управления Россией.

Орхан ДЖЕМАЛЬ

Дмитрий ОРЕШКИН, глава группы «Меркатор»:— И у СПС, и у «ЯБЛОКА» есть свой бренд. А это очень дорогая вещь, особенно в политике. Частная неудача не должна вышибать из-под них коня. Проигрыш, честно говоря, даже на пользу — заставит присмотреться, принять жесткие решения.

Не думаю, что СПС и «ЯБЛОКО» превратятся в карликовые партии, потому что спрос на их идеологию со временем будет только расти. Народ все больше будет пугаться растущего влияния федеральной власти. Раньше за СПС и «ЯБЛОКО» голосовали из-за идеологических симпатий, а не из-за собственных интересов. Избиратель голосовал сердцем. Но чем острее будет ощущаться курс на свертывание демократических свобод, тем острее будет вставать вопрос: или бежать из этой страны, или консолидироваться вокруг какого-то лидера, который способен защищать именно твои интересы — уже интересы, а не симпатии.

Потенциальный спрос очевиден, и он будет расти. Но здесь появляется другой вопрос: смогут ли «ЯБЛОКО» и СПС соответствовать спросу или же придется обращаться к новой когорте политиков?

Александр ГЕЛЬМАН, писатель:— То, как элита СПС и «ЯБЛОКА» встретила свое поражение на выборах в Думу, показывает, что интеллектуальные, идеологические позиции этих партий не были достаточно укоренены в жизненных интересах тех общественных сословий, которые они взялись представлять и защищать. Мы увидели, услышали целый ряд опрометчивых, поспешных, легковесных, даже истеричных заявлений, отречений, раскаяний. Мол, мы готовы на все, давайте быстренько объединимся, быстренько, оперативно выдвинем нового человека кандидатом в президенты «от нас всех» — и все, и хватит. Быстро пришли, быстро уйдем.

Наблюдать это со стороны неловко, стыдно.

Почти ни слова не прозвучало о главной причине поражения — о том, что правые партии не предложили конкретной эффективной программы устранения резких социальных контрастов в обществе, дальнейшее сохранение которых чревато куда более тяжелыми последствиями, чем поражение на парламентских выборах. Именно отсутствие такой программы, изложенной ясно, доступно, способной вызвать доверие людей, делает резкую критику политики президента Путина в связи с делом «ЮКОСа» поверхностной, недостаточно убедительной. Речь, конечно, идет не просто об отсутствии некоего документа, текста программы, речь идет об отсутствии реального устремления правых политиков строить новое демократическое общество на значительно более справедливых социальных основаниях, чем это делалось в последние десять-двенадцать лет. Без такой реальной устремленности, без такой конкретной озабоченности вряд ли исправит положение выдвижение единого кандидата от правых партий для участия в президентских выборах.

Для того чтобы представлять тех, кому сегодня хорошо, нужно больше думать о тех, кому сегодня плохо.

Сергей МАРКОВ, директор Института политических исследований:— «ЯБЛОКО» и СПС имеют возможность и сейчас, оказавшись вне Думы, влиять на политику, причем достаточно серьезно. Во-первых, именно сторонники СПС составляют либеральное крыло правительства. Во-вторых, у этих партий есть сторонники в СМИ. В-третьих, оценки лидеров СПС и «Яблока» получают огромный резонанс в международном общественном мнении. Есть, конечно, минимальная возможность влиять через одномандатников в Государственной Думе. Но это значительно меньшее влияние, чем резонанс от заявления Явлинского в мировых СМИ или на международных форумах.

— Без демократов деятельность парламента обессмысливается. Потому что суть демократии как раз и заключается в наличии оппозиции, в умении и готовности прислушиваться к мнению меньшинства. В нынешней Думе нормальной оппозиции нет.

Сейчас на роль демократов претендует кто угодно: КПРФ, «Родина», «Единая Россия». Но что это за демократы, от которых то и дело слышно: сажать, зажимать, контролировать. Когда-то большевики называли себя демократами, но говорили то же самое.

Больше всего от этой ситуации теряет сама власть. Те обязательства, которые она на себя взяла, непосильны для однопартийной системы, которая по факту сейчас установилась. Экономические и структурные задачи, которые власть перед собой поставила, можно решить только при наличии сильной оппозиции.

Демократы недолго будут отсутствовать в Думе. Я уверен, что через четыре года они вернутся, при этом позиции их, возможно, будут сильнее, чем раньше. За этот срок народ устанет от закручивания гаек. Но за этот срок необходимо преодолеть ту раздробленность, что есть сейчас. Необходимо переработать партийную программу, приблизить ее к реальной жизни, к земле и избавиться от ярлыка «западников».