АРЕСТ С ОТСРОЧКОЙ

Рисунок С. Аруханова

Продолжаем рассказывать о суде над гольяновской преступной группировкой, которую создал и возглавил полковник ФСБ

Пресечь уголовный разгул гольяновской ОПГ можно было едва ли не сразу, когда во главе ее стал еще подполковник тогдашнего Министерства безопасности РФ (МБ) Игорь Кушников, – в 1993 году. Он прокололся крепко, со временем о странных связях начальника 3-го отдела стало известно руководству МБ. Казалось, что предателя ждет либо немедленное увольнение, либо арест. Но все обошлось, и банда, руководимая аналитиком спецслужб, действовала без помех еще четыре года, а Кушников и того больше – пять лет.

Всвоем первом материале о гольяновской братве («Настоящий полковник», «НГ» № 27) я рассказал только об одном эпизоде из преступных будней подчиненных полковнику бандитов. По сравнению с тем, что они натворили еще, тот их разбой можно даже назвать деликатным – например, известного в столице торговца золотыми часами Каненгисера обобрали на общую сумму 5 миллиардов рублей, а самого не только не убили, но даже не покалечили. Все просто – какой же дурак будет резать курицу, несущую золотые яйца? А Кушников, как можно уже догадаться, был ох как неглуп.

Теперь приготовьтесь к злодействам куда более жутким и даже кошмарным – если верить следствию, их тоже придумала светлая голова полковника, занимавшегося в тогдашнем ФСК трудами вроде бы даже интеллигентными – аналитикой и информацией. А тут черт знает что – убийства, взрывы, похищения, которые наш полковник вершил, как уверяет обвинение, «используя служебные полномочия сотрудника ФСК РФ».

«Добейте его в больнице!»В начале 1995 года братьям Шенковым, Максиму и Илье, вдруг понравилось помещение магазина, которым владела какая-то хилая фирма «АБВ» какого-то там Казанджяна. Место — просто загляденье: в самом центре, на 1-й Брестской, д. 29/22. Доложили Кушникову, тот минуту подумал и велел Илье магазин забрать. «А с хозяином как?» – поинтересовался младший Шенков. Но на дурацкие вопросы Кушников не отвечал.

15 января вечером Илья позвонил на квартиру хозяину полюбившихся площадей, представился и ласково предложил разным там черномазым из города убираться, а магазин отдать ему – завтра с братвой наведается.

А теперь смотрите, что придумал полковник и как его план претворялся в жизнь. Ранним утром 16 января к квартире возле метро «Спортивная» собираются сам Кушников, Максим Шенков и четыре боевика. Шенков ставит задачу: Казанджяна убить сегодня же, всем находиться на пейджинговой и телефонной связи.

Через 20—30 минут к уже знакомому нам по первой статье боевику Богачеву звонит коллега Бурий (и тот, и другой сейчас в судейской клетке) с приказом Шенкова (сегодня считатется ненормальным): мигом подъехать к автостоянке на ул. 1-й Брестской – там их ждет Кушников. И точно: подъезжают, а там уже сам полковник на авто «Опель-фронтеро». Рядом – Максим Шенков. Как потом показал на допросе Богачев, Кушников вынул из своей машины сумку черного цвета и достал из нее автомат АКС калибра 5,45 с глушителем и здоровенную винтовку «the Marlin mod.9» с оптическим прицелом.

В 12.20 Кушников увидел белую «Гранд-чероки» Казанджяна и заорал в рацию: «Едет!». На 1-й Брестской тут же загрохотали выстрелы – одиночные из винтовки и длинная очередь из автомата.

На следующий день подвели итоги: Казанджяну попали в живот, ранение смертельное. Пока в реанимации, но надежд мало.

«Не подохнет – добейте его в больнице», — завершил посиделки полковник.

Казанджян с трудом выжил, но о магазине больше не вспоминал, – крутые ребята, страшные. Да еще, как говорят знающие люди, под крышей ФСБ – знал бы раньше, последние штаны бы отдал, не то что магазин.

Еще раз оговариваюсь: все это утверждает обвинение, приговор суда еще впереди.

«Он меня убивал!»Перед следователем Сергей Карташов – его чудом спасли в «Склифе» (глубокие ножевые ранения грудной клетки, печени, предплечья, головы). Рассказывает: вместе со своим компаньоном Николаем Горбуновым он в 1993 году создал ТОО «Возрождение». На Башиловской улице они торговали видео— и аудиотехникой, дела шли удачно.

Как водится, стали к нему захаживать крепкие ребята с нехорошими намеками, и Карташов стал искать надежную крышу. Так он познакомился с Игорем Вугиным – тот слыл мастером спорта по карате. Понятное дело: Игорь Робертович не сам прикрывал Карташова от залетных бандитов, он просто передал его под опеку братьев Шенковых. А за услуги потребовал 20 процентов прибыли, вроде терпимо.

(Тут я пострадавшего перебью и напомню, что речь идет о том самом Вугине, которого продержали в СИЗО более полутора лет и с извинениями освободили вчистую. Но об этом позже.)

А пока идет 96-й год, приходит лето, и Карташов вдруг сдуру говорит Вугину, что денег больше платить не будет, а если наедут бандиты – поможет милиция. Ненормальный?

В тот же день к Карташову прикатывает Илья Шенков со своими головорезами – наглого торговца спеленывают по рукам и ногам, увозят в какой-то подвал и учат уму-разуму. Выйдя на волю под клятвы делиться уже под 40 процентов прибыли, Карташов тут же мчится в РУОП Северного округа: спасайте! Ну да, разбежался – а свидетели где? А фамилиии похитителей? Чудак, да и только: до сих пор не понял, что Шенковы ходят под Кушниковым, а тот подобных вольностей не прощает – даром, что ли, полковник в самой ФСБ?

И доигрался: 28 октября около 8 часов вечера Карташов и Горбунов едут на машине по Большому Коленчатому переулку и резко тормозят: дорога перекрыта невесть откуда взявшимся «Фордом».

Сейчас, на допросе, Карташов четко помнит одно: руку с ножом в распахнувшейся дверце автомобиля. И первый удар – в висок. Горбунов среагировал чуть быстрее, нож, зависший над ним, смог отбить, а уж потом не сдюжил – получил восемь ударов заточенным лезвием.

Карташову показали для опознания фотографии – он уверенно указал на Сергея Бурия: «Он меня убивал!».

А вот тут я уже поберегу нервы читателей и свои собственные: наиболее наглые злодейства банды только назову.

6 марта 1996 года обвиняемый Бурий по указанию Максима Шенкова тремя выстрелами в голову убил некоего Кочеткова (Кочана), вместе с Богачевым вывез труп в Можайский район, облил его бензином и сжег. Причина: тот переметнулся из гольяновской группировки в измайловскую. Обвинение уверено, что и это преступление организовал Кушников.

Весной 1997 года братья Шенковы узнали, что часть прибыли с Измайловского рынка уходит в руки Маковского, которого знали как человека профессора Блеера (конкурент Шенковых). 14 мая Максим Шенков и Сергей Бурий выследили Маковского у метро «Щелковская». Боевики стреляли в него одновременно – всего в тело противника вошли 8 пуль, смерть наступила сразу. И здесь организатор все тот же – Кушников.

Скандал в ОВД «Павелецкий»Чтобы у читателя не сложилось мнение, что на фоне всего этого кошмара полковник Кушников не более чем обычный головорез, повторю еще раз: он, как и положено аналитику ФСБ, все эти убийства и покушения на убийства лишь детально разрабатывал. За это – отдельный поклон от подчиненных бандитов: никто из них не прокололся, за долгие годы не загремел на нары. Ни одно преступление не было раскрыто по горячим следам.

Более того – в обстоятельствах чрезвычайных Кушников мог быть обходительным и деликатным, рисковать хоть и авантюрно, но в меру и осторожно.

В самом начале бандитской карьеры полковника с ближайшим его соратником Александром Сонисом происходит конфуз, едва не закончившийся драмой. Но сначала о Сонисе (Карлик, Малыш). Он знает Кушникова давно: отец Сониса работал (да и сейчас работает) в ЭКУ ГУВД (экспертно-криминалистическое управление) — специалист редчайший. Как-то с полковником-аналитиком ФСБ пересекся, с тех пор дружат. Когда Игорь Леонидович взял под свое начало банду, Карлик уже там трудился и попал к нему под крыло.

И вот на тебе: 12 ноября 1993 года инспектор ГАИ ЮАО Климов в районе Дербеневской набережной останавливает автомобиль «Вольво», за рулем которого Саша Сонис. Тот вместо прав сразу сует под нос гаишнику удостоверение: МБ РФ. Климов как на грех оказался парнем въедливым – попросил водителя выйти из машины и обомлел: за поясом у того торчал готовый к бою пистолет ПМ. Карлик в крик: я, мол, секретный сотрудник министерства безопасности, оружие мне положено, да все зря – зануда инспектор доставил его в ОВД «Павелецкий».

Тут за него принялся начальник группы расследования Шум, как на грех тоже бдительный. Удостоверение ВС № 12565, по его мнению, поддельное, три тысячи долларов в кармане задержанного – странные, а пистолет вообще на статью тянет. А потому Шум тут же вынес постановление о возбуждении уголовного дела по ст. 218 УК РСФСР (незаконное ношение оружия) и запихал Сониса в обезьянник. Тот опять в крик: немедленно звоните в МБ подполковнику Кушникову.

Тот немедленно примчался в отдел, был холоден и слегка улыбчив. Протянул бдительным стражам официальный запрос на бланке МБ: немедленно передать ему в руки все материалы на задержанного, удостоверение, пистолет, 3000 изъятых долларов и самого Сониса.

Начальник ОВД Нарин на допросе в прокуратуре вспоминал: около 23 часов к нему домой позвонил дежурный, рассказал о лопухнувшихся коллегах и начинающемся скандале – «начальства понаехало – жуть». Нарин тут же примчался на службу и с ужасом увидел четырех офицеров МБ и трех из ГУВД. Один из гостей представился: начальник 3-го отдела МБ РФ Кушников. Взял обалдевшего начальника под руку и прошептал на ухо: ты мне секретного агента раскрыл, понял?

Уже потом, когда пошли допросы гольяновских, показания следователям давал непосредственный начальник Кушникова с 1993 по 1997 год Зубков В.Д. Он подтвердил, что о вольностях тогдашнего подполковника в ОВД «Павелецкий» руководству стало известно лишь в марте 1994 года, было проведено служебное расследование, а вот о результатах свидетель запамятовал. Придется напоминать мне: после авантюры с освобождением бандита Кушников превратился в полковника, защитил диссертацию и даже попал в резерв на выдвижение.

А ведь какой шанс давался тому же Зубкову уже тогда: просто вчитаться хорошенько в материалы скандала в милиции, потребовать у Кушникова показать бумаги на Сониса, глянуть в липовое его удостоверение, поговорить со своим подчиненным как чекист с чекистом, похолодеть от ужаса и мигом помчаться с докладом к начальнику всей Лубянки: у нас предатель! Не поговорил. Не посмотрел. Не побежал...

Зато на том же допросе произнес фразу, повергнувшую следователей в ужас: «По службе Кушников имел доступ ко всем документам, имеющим отношение к проблемам борьбы с организованной преступностью в экономической сфере, любой степени секретности».

Когда Кушникова через четыре года все же арестовали – чудеса начались сразу же. Дело сначала возбудила прокуратура Восточного округа, там среди фигурантов увидели офицера ФСБ и от греха подальше сплавили тощую пока папку в Главную военную прокуратуру. Там тоже не лыком шиты – отправили окаянные бумаги в ФСБ, откуда они мигом возвратились обратно. Не буду гадать, какие во время этих путешествий полковничьего дела шли пожелания, советы и указания, кто с кем и о чем договаривался, но вот итог: в ГВП дело взяли да и прекратили по амнистии.

Дальше будут еще нежданные исчезновения: Максима и Ильи Шенковых, Вугина, а уже в дни сегодняшние начнут, как по команде, отказываться от предыдущих показаний самые знающие свидетели.