Вьетнамский театр кукол на воде. Фото Е. В. |
В Москве завершился Первый Международный фестиваль кукол имени Сергея Образцова
Ученые ручаются за трехтысячелетнюю историю кукольного театра. У Геродота есть описание обряда, во время которого носили гигантскую статую Юпитера. Внутри сидел жрец. На перекрестках Юпитер указывал дорогу, поворачивая голову направо или налево. В Средние века занятия кукольным театром считалось колдовским. И немудрено: марионеточники сами распускали слух о том, что куклы действительно живые, а нити нужны им для того, чтобы куклы не убежали со сцены...
Самыми хитрыми были французские балаганные актеры: когда из-за петиции актеров королевского театра им запретили играть, они стали работать с марионетками. Куклам запретили говорить и петь — актеры стали сажать в толпу «кума», который между делом рассказывал содержание спектакля.
После изгнания «кума» на сцену начали выносить плакаты, на которых было написано, что в данный момент происходит. Так что наимоднейший сегодня в Европе плакатно-немой театральный перформанс живых актеров имеет свои кукольные корни.
Итальянский Пульчинелла, немецкий Гансвурст, английский Панч, французский Гиньоль, индийский Видушака, русский Петрушка появились почти одновременно. Свой красный колпак, огромный нос, один-два горба, дубинку в руках и постоянные проблемы с Богом и разного рода органами они пронесли сквозь века и привезли на Первый Международный кукольный фестиваль Образцова. Считается, что самый желчный характер среди петрушек у Панча. В пьесе «Потоп», которая до сих пор иногда играется на улицах, Панч похлопывает по плечу Ноя и говорит:
— Погодка-то испортилась, мистер Ной!
Дэн Бишоп и Конрад Фридриксон привезли двух разных Панчей: Панч Бишопа – ужасный добряк, его колотушка – никакое не оружие, а атрибут комедии дель арте. Панч Фридриксона своими жесткими шутками выколачивает у зевак денежки: «Ты смеялся? Плати!»
Индийские марионетки из Раджастана в ярких карамельных нарядах не имеют общей крестовины, их хозяин Дади Пуданжи управляет ими с помощью множества отдельных ниток, не прибегая к ширме, что характерно для индийской традиции.
Вьетнамский театр кукол на воде ждали как сенсацию. В парке Дружбы на Речном вокзале выстроили специальный бассейн с непрозрачной водой – казалось, ее привезли из самого Вьетнама. Тростевые куклы, управляемые снизу, кланялись из лодочек и умиротворяюще мяукали. Пыхал огнем желтый дракон и наяривал вьетнамский оркестр. Публике, согласной и на выезд императора, и на шествие по воде монахов, объяснили, что куклы сеют рис и просят богов о хорошем урожае. Такая версия всем понравилась.
Успех водяного представления как театра уникальных форм мог бы закрепить, например, театр Анатолия Васильева, если бы привез из Тибета театр масляных кукол.
В таком театре на деревянную болванку налепляется толстый слой сливочного масла, художественно обработанный монахом. Древние скульпторы работали в холодном помещении, время от времени окуная руки в холодную воду, отчего быстро наживали ломоту в суставах и даже становились калеками. (Правда, сегодняшний зритель расценил бы такое самопожертвование как самоценное зрелище, слишком растянутое во времени.)
Да и ежедневное осознание себя самого как марионетки в руках кукловода не добавляет людям желания играть. А жаль.