КАРАУЛОВ И КАПУСТА

Сытов и его коровы

Председатель держит корову в заложницах

Корова Зорька, дочка ее Дочка и корова семьи Бесчастных с колхозной капусты попали в заложники.

Бесчастную корову выпустили под расписку, Дочку выгнали на другой день как бесперспективную, а несчастная Зорька шестой месяц познает тяготы и лишения коллективного хозяйствования. И уже родила в плену сына...

Беда случилась, когда желтая трава была намного ниже щиколотки, пастух при стаде был один, коров было семьдесят, а кочанчики на колхозном поле были смех какие. Чтобы не соврать, стряслось все 20 сентября.

Пенсионеры Сытовы — Евгений Васильевич и Римма Александровна — по привычке утром выгнали Зорьку и Дочку в стадо.

В полдень жизнь начала подбрасывать материалы для уголовного дела по ч.1 ст. 330 УК РФ...

...Каждое утро Сытовы выходят из квартиры с ведрами и спускаются с крутой обледенелой горки к деревянному сарайчику, чтобы «обиходить» Дочку.

Корова «после ЧП» испаскудилась и «в настоящий момент стала козой», но кормежки и зачистки требует по-старому.

— Вот гляди, что сделали с коровкой. — Сытов гладит Дочку по спине — Дочка приседает, Сытов касается вымени — Дочка подскакивает.

Соседи, работающие на ферме, сказали, что ее выпустили на другой день, 21-го. Сытовы нашли ее только 23-го — голодную, перепуганную, недоеную, с маститом.

— Обрати внимание, — Сытов перевернул бидон с молоком над трехлитровой банкой, наполнил банку, — тут двадцать восемь рублей.

Перевернул еще раз: получилось на 9.33 и позавтракать кошке Муське, принципиально беременной всю свою жизнь.

Ну и вечером бидон такой же. А ведь «до ЧП» Дочка отпускала 15—16 литров. И Зорька — двадцать один.

В капусте коров застал Караулов, усатый дородный председатель. Старика Сытова вызвали в колхозный гараж — коровью КПЗ.

«Там был составлен акт на потраву капусты на сумму 10, 5 тыс. Я этот акт подписал и попросил, чтобы Караулов А.Н. отпустил коров, но он мне ответил: «Когда уплатишь деньги в сумме 7 тыс. рублей, тогда и отдам тебе коров» Я с этим условием был не согласен. (...) Он не отдал моих коров» (из письма Сытова Е.В. в редакцию).

А согласен был Сытов платить «если надо, по суду и по следствию».

Вечером старики пошли к председателю на квартиру. Караулов «вышел, как бурмистр, руки в боки».

— Я ему сказала: «Саш», — вспоминает Римма Александровна, — не стала уж Александром Николаевичем называть, думаю, так лучше сжалится. «Саш, — говорю, — отдай коров»... А Бесчастный пришел и сказал, что если ему не отдадут его корову, то он позовет крутых. И Бесчастному он отдал, а нам — нет...

А Дочку вроде только потому и выгнали с фермы на улицу, что не давала себя выдоить.

Сытов ведет показывать пленную корову. До этого ходил только раз, через день после Зорькиного отела: хлопнул стакан и поплелся на ферму. (Римма Александровна вспоминала: «Вернулся, рассказывает: «Хороший теленочек. Черно-беленькой. Как Зорька». Сам плачет, и я плачу. И как ни вспомним про коровок, так ревака, ревака…»).

На полпути к ферме Сытов останавливается и указывает в капустную даль: во-о-о-н там поле. Идти до него от пастбища коровам часа полтора. Ну если бегом побегут – час. То есть бегать регулярно коровы не могли, потому что при них «пастух приставленный», и, значит, случай стоит рассматривать как исключительный. Испортить столько капусты (см. «Подсчет капусты») за один набег – смешно, товарищ председатель. И какая там была капуста! Стыдно и разговор заводить!

Сытов открыл «пальчик» нитроглицерина и положил таблетку под язык.

— Я ночь не спал, видишь ли. Я тебе откровенно скажу: щас в силу вошел капитал. Я ведь проклинаю знаешь кого? Зюганова Геннадия Алексеевича... Андреевича? Андреевича. Чего это он сник, я ж тридцать лет был в партии?!

Пройдем еще метров триста, Сытов — таблетку под язык. У него «бессрочная инвалидность II группы по сердцу».

— Твои батюшка или дедушка если живы, скажут тебе: когда нервотрепка такая, нужно стопочку обязательно выпить. И сейчас пойду погляжу на нее… Прослежусь... Денег нет, а все равно: займу — и куплю... Займу. И куплю!

Да, Сытов Е.В. любит выпить, но кто сказал, что это повод отбирать у него корову?

Заявление Сытовых о привлечении председателя Караулова к уголовной ответственности зарегистрировано в УВД округа Муром еще 30 сентября. «И только 6 декабря принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления. Вывод об отсутствии события преступления обоснован в постановлении тем, что Караулов А.Н. и работники СПК «Панфиловский» неоднократно предлагали Сытовым забрать коров, однако Сытовы отказывались». (Из постановления об удовлетворении жалобы Сытова Е.В. заместителем муромского городского прокурора Кошелевым 24 декабря 2002 г. Выделено мной. — Ю.С.).

Зорька уже три месяца находилась в заключении, пока наконец завели уголовное дело за самоуправство.

Прошло еще два месяца, и следователь Новоселов, который сейчас ведет «капустное» дело, заявляет, что «вообще-то самоуправство очень трудно доказывать», «вопросы есть как к одной, так и к другой стороне», «рассмотрение дела уже продлено на месяц» и он «не торопится делать выводы».

А председатель Караулов постепенно увеличивает размер компенсации «за потраву капусты».

Сытовы, чтобы догнать показания председательского счетчика, вынуждены подать «на матущерб» – 61 708 руб. (стоимость коровы Зорьки, сына ее бычка и утекшего в колхозные закрома молока) и «на моральный» – 150 тыс. руб.

Дело, к сожалению, приобретает районный размах…

Пришли на ферму.

…Сытов гладил свою Зорьку, плакал и ругался, плакал и ругался. Нет, он даже не ругался. Он матерился! И плакал.

Как коровка-то исхудала! Довели-иии, .., .., .., .., …ди!

Доярки все понимали. Только одна сказала: «Опять выпили, Евгений Васильич».

…У теленка как по заказу случился жидкий стул.

— Дрище-е-ет!!! – причитал Сытов.

— Почему «дрищет»?! Нормально какает, — ответила бригадир Нина Маслина.

— Какие они у вас плохие! Разве это телята?! Это… Это – котята!

— Плохие подыхают. А у нас за прошлый год только один случай вынужденного забоя, — языком сухих цифр слизала все обвинения бригадир.

— Пойдем отсюда! — взмолился Сытов.

— А доит его корову лично бригадир. Вручную! Даже дояркам не даю. И кормим так: шесть килограмм сена-соломы, пять килограмм концентрата, полтора килограмма жмыха-а! – кричала вдогонку бригадир Маслина.

— …ди! — подытожил Сытов.

Теленок, рожденный в неволе, повторно обделался.

ПОДСЧЕТ КАПУСТЫ

Что такое компенсация в 10, 5 тыс. рублей (на трех коров)?

Килограмм капусты стоил (в среднем по району) 4,80 руб.

Значит, уничтожено по «первому счетчику» 2187,5 кг. Одна корова уничтожала в среднем (10 500 : 2187,5 : 3 : 30) 24,3 кг капусты в минуту.

А что такое компенсация в 52 тыс. рублей (на двух коров)?

180 кг капусты в минуту на одну особь.

На двоих Зорька и Дочка испортили за полчаса 10,8 тонны капусты.

Всего в прошлом году колхоз убрал 3,5 тонны капусты.

Александр КАРАУЛОВ, председатель СПК «Панфиловский»

— Скажите, как вы считали ущерб, причиненный коровами капусте?

— Эти три коровы постоянно ходили на капусту. Мы гоняли их с поля постоянно и предупреждали их. Но сил больше не хватало… Исходили из урожайности 150 центнеров с га (70 центнеров. — Ю.С.) На площади 1,6 га было испорчено тридцать процентов капусты.

— Откуда тридцать процентов?

— Ну шли специалисты по полю, смотрели, считали. ВилкИ сразу видно, где закусаны. Корова откусывает половину и идет-идет…

— И сколько вилков было закусано?

— Ну не знаю, где-то тридцать процентов…

— Почему размер ущерба все время менялся – 10,5 тыс., 27 тыс., 38,5 тыс., 52 тыс.?

— Было только 10,5 тысяч. На глаз сразу посчитали. А потом, через два дня, специалисты собрались во главе с главой сельской администрации Меркутовой, все уже снова пересчитали – получилось 52 тысячи… (глава Меркутова ничего об этом не слышала. – Ю.С.)

— А почему вы одну корову отпустили, а вторую нет, раз обе виноваты?

— Мы не отпускали. Это… убежала она. Задрала хвост и понеслась…