ЛУКАШЕНКО МОРЯТ ГОЛОДОМ

К этой драме, начавшейся более полугода назад в маленьком белорусском городке, так и просился подзаголовок вроде «Истории одной голодовки». Но история еще слишком далека от окончания. И никто не знает, как она закончится. Потому что главный герой будто бы сознательно ведет ее к трагическому финалу. Несмотря на многочисленные письма друзей, сослуживцев, политических деятелей и просто жителей его города с просьбой остановить голодовку. На этот раз — сухую…

В городе Волковыске Гродненской области живут меньше 50 тысяч человек. Мелкий город — мелкое предпринимательство. Волковысский предприниматель Николай Автухович несколько лет назад организовал небольшой таксопарк. Бывший «афганец», он обеспечил работой таких же бывших солдат той войны. А горожан — надежными и недорогими такси. А в 2003 году вышел очередной президентский декрет, запретивший предпринимателям «иметь более трех наемных лиц».

Вообще борьба белорусского государства с предпринимателями — явление давнее. Едва ли не десять лет назад Александр Лукашенко в своем обычном, логически необъяснимом запале назвал их «вшивыми блохами». С тех пор завертелось: декреты, постановления, законы и местные директивы превратили деятельность предпринимателей в непрерывное и тяжелое выживание. У них есть собственное общественное движение, время от времени его лидеров сажают в тюрьмы — в общем, обычное для Беларуси дело.

Почему предпринимателей пытаются уничтожить — понятно. Если все госслужащие работают по контрактам, которые продлеваются (или не продлеваются) каждый год, и потому им легко затыкать рты угрозой его непродления, то предприниматели — публика относительно свободная. Такие власти не нужны. И потому вся государственная машина подвергает репрессиям не только открытую оппозицию, но и предпринимателей как оппозицию латентную.

Автухович в 2003 году, после выхода того декрета, устроил своих водителей на работу в фирму «Ника-транс». Как законопослушный гражданин, он согласился не «иметь более трех наемных лиц». И дальше фирма «Ника-транс» по договору о возмездном предоставлении услуг предоставляла предпринимателю Автуховичу своих сотрудников-водителей для работы на его такси. Пусть сложнее, запутаннее, но работа продолжалась — абсолютно прозрачно, со сдачей выручки в банк. 14 октября прошлого года Автуховича арестовали.

Обвинение предъявили обычное для предпринимателя — уклонение от налогов. Якобы договор о возмездном предоставлении услуг с фирмой «Ника-транс» был специальной схемой уклонения от налогов, а по закону будто бы Автухович должен был создать собственную фирму. О том, что работать именно по такой схеме его вынудило государство, правоохранительные органы как-то забыли. Николай Автухович не искал дорогостоящих адвокатов, не пытался давать взятки. Будучи уверенным в собственной невиновности и понимая, что следствию, как и государству, на его невиновность плевать, Николай объявил голодовку.

Он голодал в Гродненском СИЗО 74 дня. Сначала его просили прекратить голодовку родственники. Потом — сослуживцы. К исходу второго месяца, когда врачи сказали, что в организме Автуховича начались необратимые процессы и каждый день может стать последним, жители Волковыска написали письмо Александру Лукашенко. Под этим письмом подписались больше тысячи человек — для Волковыска невероятное количество: «Мы, нижеподписавшиеся воины-интернационалисты и простые жители Волковыска, знаем Николая Николаевича Автуховича как честного и принципиального человека, который всегда держал свое слово. Мы знаем его как воина, прошедшего пекло войны в Афганистане, награжденного десятью правительственными наградами, в том числе и боевыми — орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За отличие в воинской службе». Мы обращаемся к Вам с просьбой спасти жизнь этого человека… Ни один житель города не сделал для Волковыска столько полезного, сколько сделал Автухович. Кроме того, сам Автухович никогда не афишировал это. Он просто делал добрые дела».

Потеряв 38 килограммов, Автухович оказался в тюремном госпитале. 26 декабря ему изменили меру пресечения и перевели под домашний арест. Но это был не жест доброй воли и уж тем более не милосердие Лукашенко. Просто под Новый год возиться с доходягой, который в любой момент может умереть, — головная боль. И Николай вернулся домой. Впрочем, ненадолго.

Суд был назначен на 9 февраля. Однако обвиняемый в суд не явился. Он просто исчез. Впрочем, как настоящий солдат, ветеран войны, Автухович не пропал без всяких объяснений. Он написал прощальное письмо-рапорт генпрокурору… «Я, гражданин Республики Беларусь, предприниматель Автухович Николай Николаевич, делаю официальное заявление о том, что не могу, не хочу и не буду больше терпеть беззакония против нарушения конституционных прав простых людей. Чиновники, как беспомощного зверя, загнали меня в угол, чтобы надолго запрятать в тюрьму. За три года репрессий чиновники должны были понять, что я их не боюсь, потому что правда на моей стороне. Бороться за эту правду буду всегда, пока не восторжествует справедливость. А те, кому это не нравится, и есть те самые коррупционеры и трусы. На колени перед произволом не встану.

Я использовал все законные возможности доказать, что я ни в чем не виноват. Поэтому я принял решение, что сам буду доказывать свою невиновность, при этом я буду руководствоваться только моральными принципами, а не оружием. Мое оружие — это правда. Сильнее правды ничего нет. Правду не утаить»…

Автухович, ставший к тому времени одним из символов сопротивления, не бросился к правозащитникам, журналистам и политикам. Никого не попросил о помощи. Он просто исчез, оставшись воином-одиночкой, предпочел борьбу один на один: Николай Автухович — против государства.

В те предвыборные дни во всех отделениях милиции, куда ежедневно попадали активисты оппозиции, можно было увидеть паспортную фотографию Николая Автуховича: он был объявлен в розыск, и ориентировки висели в каждом «околотке». В них было написано: «Автухович Н.Н. негативно относится к существующему политическому строю и Главе государства».

Второй раз Николая арестовали 8 апреля. В Минске, на улице. Вернули в гродненскую тюрьму. Автухович снова объявил голодовку. А с 23 мая перестал пить воду. Во время судебных заседаний он терял сознание. 6 июня Автуховича прямо из зала суда увезли в больницу с диагнозом «острая почечная недостаточность». Тогда жители Волковыска стали писать письма уже не Лукашенко — самому Автуховичу: «Николай Николаевич! Обращаясь к Вам, мы хотим одного — не дайте заказчикам Вашей травли возможности победить Вас. Поймите, Ваша смерть нужна им. Не будет Вас — и они перестанут трястись от страха. Нельзя допустить, чтобы эти негодяи спали спокойно…».

Николай Автухович отказался от госпитализации и вернулся в тюрьму. Судебное разбирательство отложили. Впрочем, с судом, обвинением и государством вообще давно все понятно. Нет человека — нет проблемы. Но Автухович, я верю, не так прост. Он выживет.

Лидеры оппозиции, общественные деятели, предприниматели, бывшие «афганцы» — все просят Николая Автуховича прекратить голодовку. Он, слабеющий с каждым днем, часто теряющий сознание, не прекращает. И трудно сказать, что перевешивает в отношении белорусов к этой голодовке: страх за жизнь достойного и отважного человека или восхищение тем, что его уже не остановить?

Я знаю, что вся эта история многих даже раздражает. Потому что немногие обнаруживают в себе такую же готовность идти на любые жертвы ради идеи, принципа или подобной нерациональной штуки. Да что там — почти никто… Но Автуховичу плевать, раздражает он или вызывает восхищение. У него иная задача. Он вышел на смертный бой с государством. Он один, а их — тьма. Но он должен выиграть этот бой.