КРЕПНУТ ИДЕИ САММИТИЗМА

К концу первого дня журналистам, аккредитованным на саммите глав государств СНГ в Ялте, внятно были озвучены лишь итоги трехсторонней встречи президентов Таджикистана, Казахстана и России

Зато доподлинно известно, что уже 20 августа в Бишкеке состоится встреча президентов Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана, на которой будет обсужден конкретный план действий, точнее, «противодействия агрессивным устремлениям международного терроризма в отношении Центрально-Азиатского региона». Во встрече по поручению Путина примет участие секретарь Совбеза России С. Иванов. Стороны, обсуждавшие эту проблему в Ялте, «выразили солидарность с усилиями Узбекистана и Киргизии по уничтожению бандформирований, вторгшихся на территорию этих стран».

Если судить по анонсам, данным пресс-секретарем Эмомали Рахмонова накануне встречи, роль руководящей и направляющей силы России в этом процессе не была окончательно оговорена заранее. Зафар Саидов концентрировал внимание на стремлении Таджикистана к экономической интеграции, переводе в практическую плоскость проблемы формирования зоны свободной торговли (по мнению Рахмонова, начинать нужно с таможенной пятерки).

Еле-еле удалось выяснить, что дислокация 201-й мотострелковой дивизии и федеральных погранвойск в Таджикистане «постепенно трансформируется в сторону создания военных баз». Пресс-секретарь таджикского президента заявил, что совместное патрулирование афганской границы дает очень хороший эффект. «Хотя нельзя говорить о широкомасштабных операциях, — подчеркнул Саидов. — Речь идет о нейтрализации отдельных небольших транснациональных групп».

А вскоре последовало высказывание об усилении взаимодействия между силовыми структурами азиатских республик.

Смысл на первый взгляд весьма обтекаемых фраз через несколько часов вылился во вполне определенный текст официального сообщения таджикского пресс-секретаря: Россия намерена вмешаться в центральноазиатский конфликт со всей своей прямотой и непосредственностью. То есть намеки на переговорный процесс, которые пытался делать Афганистан, можно уже не брать в расчет.

Конечно, не стоит идеализировать Кучму, Шеварднадзе, Лукашенко и прочих политических лидеров постсоветского пространства, но все же трудно удержаться от, возможно, скороспелого вывода: в условиях нарастающего недовольства действиями российской власти в ситуации с «Курском» Путина потянуло к «своим», практически не зараженным идеалами западной цивилизации, предполагающими безусловную ценность человеческой жизни.

Здесь не осудят ни за Чечню, ни за Пушкинскую, ни за «Курск».