СОДЕРЖИМОЕ ДОЛГОГО ЯЩИКА

Судьба законопроектов, поступающих в Госдуму, складывается по-разному. Одни стремительно пролетают через нижнюю палату российского парламента, другие надолго застревают где-то внутри. Причины, по которым документы попадают в долгий ящик, различны. В их многообразии попыталась разобраться «Новая», обратившись к пакету законов на весеннюю сессию.

Ведомственные нестыковки

Пример застрявшего документа — закон о противодействии терроризму. Он был разработан после трагических событий в Беслане, внесен десятью депутатами во главе со спикером Борисом Грызловым и шестью сенаторами, поэтому должен был быть принят в рекордно сжатые сроки. Однако после первого чтения в декабре 2004 года закон завяз в недрах нижней палаты. Его выносили на весеннюю сессию 2005 года, оставляли на осень, а приняли его во втором чтении лишь на прошлой неделе. Причиной такой затяжки стали более чем полторы сотни поправок, в том числе от президента, что и обусловило решение «не гнать лошадей».

Проблемы касались в основном статьи о режиме террористической опасности, где значительно расширялись полномочия силовых структур и ограничивались права мирных граждан.

После первого чтения президент рекомендовал перенести скандальную статью в закон о чрезвычайных ситуациях. «Надо сделать все юридически грамотно, — пояснил член Комитета по безопасности, бывший полковник ФСБ Геннадий Гудков, — чтобы не давать возможности чиновникам даже высокого ранга использовать страх перед возможностью проведения терактов для укрепления своего положения в регионе».

Есть мнение, что закон буксовал из-за нестыковки ведомственных интересов: МВД и ФСБ не могли поделить полномочия и ответственность. Косвенно это подтверждается тем, что похожая судьба постигла еще один «послебесланский» законопроект — о внесении изменений в законы РФ «О внутренних войсках» и «Об оперативно-разыскной деятельности». По мнению автора Андрея Головатюка, члена думского Комитета по обороне, ведомственные споры между силовиками — единственная тому причина.

Бюджетная экономия

Среди залежавшихся законов имеется множество предложений об изменениях в Трудовой кодекс, принятие которого в 2003 году спровоцировало массовые демонстрации работников бюджетной сферы по всей стране.

Летом 2004 года Курганская областная Дума внесла документ, устанавливающий размер компенсаций при нарушении сроков выплаты заработной платы. По мнению авторов, нарушители трудового законодательства в части оплаты труда — а это не только работодатель, но и учредитель — должны нести административную, уголовную и материальную ответственность.

Не прошло и двух лет, как законопроект вынесен на первое чтение, правда, при отрицательном отзыве правительства.

Два альтернативных законопроекта об оплате времени приостановки работ по инициативе работников при задержке выплаты зарплаты (один внесен Сахалинской областной Думой и депутатом ГД РФ Валерием Гальченко, второй — группой думцев, в числе которых значится нынешний глава Комитета по социальной политике Андрей Исаев) палата не может «переварить» с 2002 года.

В интерпретации Гальченко основная проблема в том, что по нормам 236-й статьи Трудового кодекса работник за каждый день задержки зарплаты получает 1/300 ставки рефинансирования Центробанка. На момент внесения документа эта сумма (исходя из размеров средней заработной платы) составляла 4 рубля в день. «Может ли работник прокормить на 4 рубля в день себя и семью? — задавались вопросом авторы, справедливо полагая: — От ответа на этот вопрос зависит судьба законопроекта». 32 Закса субъектов РФ идею законопроекта поддержали.

Альтернативный вариант предлагал четкие цифры — время простоя из-за задержек с выплатой зарплаты считать простоем по вине работодателя, и выплаты определить на уровне 2/3 зарплаты.

Ни тот, ни другой документы правительство не одобрило. По мнению Белого дома, простой из-за задержки зарплаты — это решение самого работника. Камнем преткновения стало то, что принятие какого-либо из документов потребовало бы расходов бюджетных средств. Для федеральной казны образца 2002 года дополнительная нагрузка составила бы 1,7 млрд рублей.

Интересы бизнеса

С 2001 года ждет своей участи внесенный российским правительством закон «О кредитной кооперации». Он прошел первое чтение еще в мае 2002 года. Суть документа — в облегчении для малого бизнеса доступа к финансовым средствам. Так как банки ориентированы прежде всего на работу с крупными заемщиками, малому бизнесу предлагалось создать систему кредитных кооперативов по принципу памятных многим касс взаимопомощи советских времен. Средняя сумма кредитов предполагалась на уровне 10—20 тысяч долларов.

За время нахождения в долгом ящике документ получил одобрение профильного Комитета по экономической политике, принимался во втором чтении, выносился на третье и вновь возвращался во второе. Правительство в лице Минэкономразвития обратилось само к себе с предложением ускорить принятие, так как проблему микрокредитования малого предпринимательства (особенно в агросекторе) решить так и не удалось.

По неофициальной информации, законопроект вошел в противоречие с интересами банковского сектора — часть банков хотела бы работать с системой микрокредитования малого бизнеса, но оговорив при этом для себя дополнительные преференции по налогообложению.

«Излишний» либерализм

С ноября 2004 года не выносился даже на первое чтение законопроект «Об информационной открытости власти». По оценке автора Владимира Рыжкова, принятие такого закона могло бы уменьшить «взяткоемкость» чиновничества примерно на 150 миллионов долларов в год. Предусмотрена была в документе административная и уголовная ответственность чиновников за отказ от предоставления информации.

По регламенту первое чтение законопроектов должно проводиться в течение двух месяцев после их поступления, но документ до сих пор не рассмотрен даже в Комитете по государственному строительству и конституционному законодательству, который возглавляет Владимир Плигин, позиционирующий себя как единоросс-либерал. В конце января на пленарном заседании Рыжков вновь поинтересовался судьбой документа, на что был получен ответ: возможно, он все-таки будет внесен в календарь на март. Но не наверняка.

Несоответствие моменту

Еще в 2002 году был внесен в Госдуму, а в июне 2003-го принят в первом чтении законопроект «О минимальных государственных социальных стандартах». Он носил рамочный характер и трактовался как популистский — на носу у депутатов были очередные выборы в Госдуму. Собственно, сами соцстандарты в законе практически не были прописаны, были лишь определены сферы, в которых они должны утверждаться: образование, здравоохранение, социальное обслуживание населения, ЖКХ, культура, оказание юридической помощи гражданам. После первого чтения акт был отложен и прочно забыт, тем более что правительство не только не поддержало идею, но настойчиво просило снять вопрос с рассмотрения как… неактуальный.

Однако на весеннюю сессию 2006 года документ был вновь заявлен Комитетом по труду и социальной политике. Дело в удачном совпадении — ранее неактуальный документ на 75% совпал с заявленными весной прошлого года президентом приоритетными национальными проектами. Это «Качественное образование», «Современное здравоохранение», «Доступное и комфортное жилье», «Эффективное сельское хозяйство». Попадание — три пункта из четырех. В том, что нынешнее правительство законопроект поддержит, можно не сомневаться. Предположительно во втором чтении закон будет принят в мае 2006 года.

Дожидается благоприятного момента под сукном и взрывоопасный законопроект, ужесточающий порядок въезда и пребывания на территории России иностранных граждан. Внесен документ, в основном изменяющий статью 26 закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», лично Владимиром Плигиным в конце 2004 года. В первом чтении документ был принят в январе 2005-го, а на второе чтение рекомендован еще в апреле 2005 года, после чего завис.

Одна из идей документа — «прививки» от политической неблагонадежности в виде отказа в визе за действия неуважительного характера «по отношению к РФ, органам государственной власти, государственным символам, к общепризнанным духовным, культурным или общественным ценностям». Предусмотрен отказ и за «иные неуважительные, недружественные действия в отношении Российской Федерации», что допускает самую широкую трактовку. Также предлагается отказывать в визе гражданам, больным различными инфекционными заболеваниями, включая СПИД.

В случае если в высших слоях политической атмосферы будет взят курс на ужесточение режима под флагом борьбы с влиянием иностранных спецслужб, то призрак «железного занавеса» может возникнуть в ходе весенней парламентской сессии. Если же хорошо знакомый с предметом президент Путин действительно не сочтет нужным реагировать жестко, то законопроект останется под сукном до более спокойных времен.