ВЕНДЕТТА НА ВОЛГЕ

Эта история напоминает классический советский детектив. Есть пострадавшая, подозреваемый, толковые оперативники и вежливые следователи. А еще – второе дно, которое непременно должно открыться ближе к концу лихо закрученного сюжета.

Провинциальная российская политика никогда не отличалась византийским изяществом. И правила игры здесь соответствующие: можно натравить на непонятливого конкурента прокуратуру и налоговую полицию, закрыть на время предвыборной кампании бизнес его сторонников. Запретов было немного. Главный формулировался просто: «нельзя трогать родственников».

Но в Нижнем Новгороде и это правило было нарушено. Историю российской политической вендетты открыли автомобильный наезд и последовавшая за ним больничная травля матери влиятельного нижегородского политика и бизнесмена Дмитрия Савельева.

Поздним февральским вечером пенсионерка Савельева, задержавшись в гостях у дочери, направлялась к себе домой. Дошла до ближайшей автобусной остановки, что расположена аккурат напротив опорного пункта милиции, и встала рядом, на тротуаре. А потом увидела серебристую машину, бешено мчащуюся по противоположной стороне улицы Касьянова. И все.

Спас Нину Ивановну бордюрный камень, принявший на себя основной удар автомобильного железа. А когда выяснилось, чьей родственницей является потерпевшая, в прокуренном воздухе опорного пункта повисло слово «политика»...

Строй силовиков

Сын Нины Ивановны, Дмитрий Савельев, известен в Нижнем Новгороде не меньше, чем губернатор Ходырев. Удачливый предприниматель, депутат Государственной Думы, владелец медиахолдинга. Вот только в кириенковскую систему «властной вертикали» он не «вписался». Рассорившись с полномочным накануне последних губернаторских выборов, Савельев моментально стал его главным политическим противником. Страшно обидевшись, Сергей Владиленович совершенно по-детски обозвал Савельева, по аналогии с заклятым врагом Бориса Немцова, «собственным Климентьевым» и развернул против него полномасштабную информационную войну.

Понятно, что на выборах перевесил задействованный на полную катушку «административный ресурс». Губернатором Савельев &127;не стал, зато сохранил медиахолдинг, объединяющий несколько популярных в Нижнем изданий и телеканал. То есть, выражаясь языком политических аналитиков, оказался той самой «третьей силой», которая могла существенно повлиять на рейтинги нижегородских политиков.

А за чужаками права на собственное мнение и независимую политику обычно не признаются.

Нижний Новгород – настоящая вотчина российских «младореформаторов». То, что действующий губернатор относится к числу их идейных противников, никакой роли не играет. Политическая власть в Нижнем принадлежит Сергею Кириенко.

С его назначением на должность полномочного представителя президента от былой федеральной вольницы в Нижнем не осталось и следа. Сергей Владиленович оказался руководителем жесткого склада. Каток «властной вертикали», выстроенной по кремлевским рецептам в отдельно взятом округе, оказался ничуть не милосерднее пресса губернаторского самодержавия. Первыми тяжелую руку Кириенко ощутили нижегородские «органы». По свидетельству людей осведомленных, при Владиленовиче они стали работать не то, чтобы лучше, но заметно боязливее.

А дальше в сферу влияния Кириенко перекочевало все остальное – от ведущих клиник до предприятий транспорта. Губернатор верно скатывался на незавидную роль завхоза. Спорить с окружным начальством ему было не по силам. Тем более, что это начальство подтянуло весьма дружные ряды сторонников из самых разнообразных кругов.

Сбивший Савельеву парень не стал дожидаться милицейских расспросов. После столкновения он выбрался из покалеченного «БМВ», убедился, что сбитая им пожилая женщина жива, и скрылся в неизвестном направлении. Оперативникам осталось только обыскать брошенную иномарку и допросить свидетелей наезда. Впрочем, попервоначалу этого оказалось вполне достаточно. Владельца иномарки нашли сразу. Правда, к досаде сыщиков, он к происшествию никакого отношения не имел. По словам хозяина «БМВ», машину угнали за несколько часов до наезда. Зато личность угонщика удалось установить в рекордно короткие сроки. Оказывается, парня, чьи приметы точно совпадали с описанием скрывшегося преступника, в этом районе знает каждая собака. Он, судя по собранному участковым пухлому «личному делу», — наркоман и разгильдяй. Да ко всему прочему еще и значится в близких знакомых безутешного владельца похищенного «БМВ». А по некоторым данным, и вовсе его родственник.

Взяли голубчика через четыре дня после наезда: задержали на квартире у знакомых. Объяснять, в чем дело, ему не стали, а сразу препроводили в Нижегородский отдел ГИБДД. Как говорится, отправили дело по подследственности. Тамошние сыщики, собственно, наездом на пенсионерку Савельеву и занимались. А в ГИБДД подозреваемого отпустили – за недостатком улик, но при полной уверенности в его вине. Тем более, что хозяин «БМВ» свое заявление об угоне после задержания знакомого молниеносно отозвал. Навестить Нину Ивановну сыщики не удосужились, а потому уголовное дело за неимением других подозреваемых благополучно растворилось в обычной милицейской «текучке».

По мнению родственников, выжившую в автокатастрофе Савельеву едва не добили врачи областной клиники имени Семашко. Ее соседи по палате полностью с этим согласны.

Хамство медсестер и нянек – дело для российских больниц привычное: забыть, к примеру, часика на два про неубранное из-под лежачего больного судно или послать незатейливым матерком назойливых родственников с их передачами. Другое дело – уровень заведующего отделением. Здесь грубят редко, зато так, что помнить об этом будешь всю оставшуюся жизнь.

Клиника имени Семашко – фирма солидная. Для обеспеченных больных – хозрасчетное обслуживание по умеренным ценам. Правда, все это – не для политических противников и их родителей. Видите ли, руководство больницы тоже имеет свои убеждения.

Вначале оказалось, что в так называемых «платных палатах» места для Савельевой нет. Они, видите ли, предназначены для «юридических лиц». А Савельева — лицо физическое, а потому, несмотря на разорванную почку, сотрясение мозга и прочие травмы, может претендовать только на общую палату. Это в столице родственников депутата Госдумы лечат по-человечески. В Нижнем все гораздо демократичнее. Подумаешь, сын – политик. Зато он не с теми дружит. А в помощи Савельевой никто не отказывал и специально вроде бы никто не вредил.

Вскоре после перевода Савельевой из реанимации в урологию выяснилось, что родственников к Нине Ивановне пускать запрещено. Персональный карантин ввели по личному распоряжению заведующей отделением урологии. Да еще больную Савельеву демонстративно не замечали медсестры, врачи и нянечки. Сказали один раз, жестко и безапелляционно: «Тебя положили? Хорошо. Вот сама себя и обслуживай». И с тех пор не подходили вообще. В туалет лежачую Нину Ивановну носили соседи по палате. Лечения она не получала вовсе. Только благодаря вмешательству Дмитрия Савельева мать удалось перевести в другую клинику, где ее окружили вниманием и назначили процедуры.

В сводках нижегородской милиции покушение на Нину Ивановну Савельеву числится в графе дорожно-транспортных происшествий. Правда, занося этот случай в разряд обычных, следователи осторожно признают, что «версия политических мотивов происшедшего не исключена». Иначе не получается, слишком много несостыковок в самих обстоятельствах автомобильного наезда. А если вспомнить некрасивое поведение врачей больницы имени Семашко и близость выборов в Законодательное собрание, то картина получается удручающая. Сама Нина Ивановна сразу после выписки из клиники имени Семашко была переведена в другую больницу.

Понятно, что никто из аппарата полпреда в больницу не звонил и не давил на следствие. Просто у нас в России вновь стало модным угадывать тайные желания начальства, понимая их в меру собственной испорченности и интеллекта.

Когда-то аббревиатура ЧСИР — член семьи изменника Родины — означала невозможность получения образования, трудоустройства и должного медицинского ухода. И не потому, что из НКВД поступали подобные распоряжения, а потому что казалось: подобное отношение будет власти приятно и властью отмечено.

Означает ли эта история, о которой мы рассказали, что где-то в чиновничьих мозгах рождается новая аббревиатура: ЧСПП — член семьи политического противника?