СЕКРЕТЫ ИЗ ПОЛЫ ШИНЕЛИ

Несколько месяцев назад в Москву приезжал президент ФРГ господин Рау. Два десятка гражданских активистов были приглашены на беседу в один из залов гостиницы «Балчуг».

«Господа, — сказал седовласый президент, открывая встречу, — вы можете быть совершенно откровенны. Ничто из сказанного вами не пересечет порога этой комнаты». На что один из выступающих, посетовав на дурную привычку не соглашаться с президентами, заметил: «Мы затем и пришли сюда, чтобы то, что мы скажем вам здесь, получило самый широкий отклик в вашей стране. В нашей — в последнее время — возникли серьезные проблемы с эхом».

Вручили президенту и небольшой список: фамилии немецких журналистов, которым после их материалов о Чечне перестали давать въездные визы в Россию.

Не знаю, что он с этим списком сделал. Судя по последним событиям, ничего. Иначе трудно представить, каким образом так разгулялись наши органы безопасности, что прямо в «Шереметьеве» иностранных граждан, прилетающих с полученной законным путем визой, заворачивают оглоблями назад и отправляют восвояси, как это за последний месяц случилось с американкой Айрин Стивенсон и опять же немецким журналистом Гюнтером Вальраффом.

С американкой этой я очень хорошо знаком — сделал с ней не одну программу. Она в России тринадцать лет, любит ее, знает прекрасно, а занималась все эти годы профсоюзной солидарностью — помогала вставать на ноги независимым профсоюзам.

Что же до немца — так его знает весь мир, его имя вписано во все учебники по классическому журналистскому расследованию.

Но вот их завернули — и тишина!

Видимо, и у западных наших партнеров неладно стало с эхом. Похоже, что они опять не дыша смотрят на грозный оскал русского медведя.

Зарубежных комментариев я не читал, а в немногочисленных наших речь идет о некоем секретном списке нежелательных иностранцев, которых нельзя к нам пускать и которым нет нужды даже объяснить, почему или за что.

Напоминает мне это историю 25-летней давности, когда директора русского отдела библиотеки Нью-Йоркского университета, друга Вознесенского, Евтушенко, Симонова, в одночасье арестовали на тбилисском фуникулере и выслали из страны. И никакие силы не могли победить упрямство органов — больше ни в СССР, ни в Россию он не въехал. И только много лет спустя, когда сам я стал «выездным», я узнал, что этот редкой душевной красоты человек был, по несчастью, гомосексуалистом, что ему подсунули молодого любовника, взяли с поличным и три дня пытались завербовать.

Но узнал я об этом только от него самого: добиться хоть какого-то объяснения причин от властей предержащих не мог даже кандидат в члены ЦК.

Сегодняшняя власть неотступно, шаг за шагом, возвращает к жизни образ советского сфинкса, не отвечающего на вопросы и монополизировавшего право загадывать загадки.

Вот еще одна из таких загадок.

Новый Налоговый кодекс, как только исполнители освоят возможности, в нем заложенные, сделает практически бессмысленной или откровенно избирательной работу всех благотворительных организаций Запада в российских реалиях.

Практически свернул свои программы в России Сорос.

Тенденция на выдавливание иностранцев из России очевидна и недвусмысленна. Государство готово закрыть глаза на их попытки поддержать становление гражданского общества в России, но только на феодальный манер: когда-то крестьянин платил хозяину десятину, а фонды должны будут отдать ему 24 процента от любого гранта. Опять государство — хозяин, а мы — его ничтожные вассалы?

С налогами вообще доходит до анекдота. От проведения гражданского форума осталась значительная сумма — порядка 600 тысяч долларов. Все попытки разумно распорядиться ею натолкнулись на препятствие: три тысячи человек, приезжавших по приглашению оргкомитета на это грандиозное мероприятие, не заплатили, оказывается, 12% налога со стоимости билетов, и скорее всего благотворительные деньги, собранные с помощью Кремля с олигархов российских, уйдут в бюджет на оплату этого нелепого налога и штрафных санкций за его неуплату в 2001 году.

В конце прошлого года была создана Комиссия по правам человека при президенте РФ. В нее вошли десятки представителей различных независимых общественных организаций. Нас гордо именуют представителями гражданского общества, с нами встретился сам президент. Так вот, если дело и дальше будет идти таким чередом, то не пройдет и года, как правозащитные, благотворительные и иные некоммерческие организации встанут с протянутой рукой в очередь за государственным подаянием. Что останется от их столь ныне любезной властям независимости?

И все это следует шаг в шаг за чередой московских форумов, тольяттинских диалогов, пермских социальных ярмарок и прочих мероприятий, призванных продемонстрировать усиливающееся взаимодействие власти и гражданского общества. Что — правая рука не ведает того, что делает левая? Или «тенденция, однако», как говаривал мой знакомый якут, бригадир оленеводческой бригады из бывших милиционеров. Уж больно все это напоминает попытку протереть зеркальце заднего вида у велосипеда с квадратными колесами…