Между Лениным и Кадыровым

Владимир Путин вдруг высказался о Владимире Ульянове-Ленине – надо было как-то реагировать на речи старого приятеля по кооперативу "Озеро" Михаила Ковальчука. Академик намекнул, строчкой из Пастернака, что Ильич сначала думал, а потом делал: "Он управлял теченьем мысли и только потому – страной".

Раздражение Путина выплеснулось в раздраженную антиленинскую тираду. "Управлять течением мысли – это правильно, нужно только чтобы эта мысль привела к правильным результатам, а не как у Владимира Ильича. А то в конечном итоге эта мысль привела к развалу Советского Союза, вот к чему. Там много было мыслей таких: автономизация и так далее. Заложили атомную бомбу под здание, которое называется Россией, она и рванула потом. И мировая революция нам не нужна была".

Волнует президента не столетней давности "красный террор", не разрушение в эпоху ленинского "военного коммунизма" экономической основы цивилизации, не Голодомор и колхозное крепостничество – о чем логично было бы говорить сейчас, когда кризис работает на КПРФ, – а весьма спорная вина большевиков в распаде старой Российской империи и СССР.

Владимиру Путину стоило бы на себя посмотреть и подумать о вине в революции 1917 года и крахе империи старой монархической власти. Вспомнить самодержца Николая II и отвергнутые им, отложенные и замороженные реформы. Получал ведь царь предупреждения в виде 1905 года, но им не внял, хотя под давлением восстаний и террора неохотно пошел на ограниченную либерализацию. Но даже культурных прав нерусских национальностей признавать не хотел, не отменял открытую дискриминацию евреев. Владимир Путин тоже получил предупреждение масс, в 2011–2012 годах. Не только этому предупреждению не внял, но с момента своего третьего восшествия на кремлевский престол лишь усилил репрессии, наглухо закрутил политические гайки и усугубил ситуацию. Между тем Путину стоило бы подумать и о том, что тот же Владимир Ленин был более гибким политиком: столкнувшись с угрозой утраты власти и подавив в 1921-м Кронштадтское, Тамбовское и Западно-Сибирское восстания, он срочно пошел на экономические уступки недовольным крестьянам, введя НЭП.

Владимир Путин осудил "мировую революцию", толкавшую послереволюционную Советскую Россию к постоянному конфликту с внешним миром, но сам-то он недавно вступил на похожий на коммунистическое мессианство путь конфронтации, начав аннексией Крыма и агрессией в Донбассе новую открытую мировую "холодную войну" с Западом. При этом как минимум частью путинского окружения движет вполне революционный ревизионизм, предполагающий под прикрытием ядерного оружия собирание "русского мира" из частей стран СНГ и утверждение очередной Российской империи в новых границах.

Стоит разобраться и с тезисом о подложенной под Россию Лениным "атомной бомбе" и об "автономизации". Владимир Путин раньше путал германского ревизиониста Эдуарда Бернштейна ("движение – все, цель – ничто") с революционером Львом Бронштейном (Троцким). Сейчас он путает Ленина со Сталиным. Ленин был против автономизации, а Сталин – за нее. По сталинскому плану все тогдашние республики (Украина, Белоруссия и Закавказская федерация) должны были стать автономиями в составе РСФСР. После жесткого спора в элите СССР был создан по ленинскому плану как более устойчивая конструкция. Это был союз псевдосуверенных государств уже складывавшихся в нации этносов. Более слабым этносам достались "автономии" – не только, кстати, в составе Российской федерации. Часть автономий РСФСР в Средней Азии потом выделили в отдельные республики. Разделили натрое и Закавказскую федерацию.

Видимо, нынешний президент хотел бы получить в наследство от советских вождей унитарное государство, это и показывает его политическая практика. В путинской России почти не осталось Российской Федерации. Путин лишил большую часть "субъектов" РФ каких бы то ни было политических и экономических прав. Все пронизано вертикалью центральной власти, назначением из центра воевод и наместников. Губернаторы – фактические назначенцы, прямые выборы мэров повсюду отменяются. С протянутой рукой местные начальники бродят по столичным коридорам власти. Более чем в половине регионов долги уже давно больше доходов.

Остались с реликтами федеративных прав три крупные республики – Татарстан, Башкирия и Якутия-Саха. Сохранить "особые отношения" с центром им позволил очевидный рост национального самосознания, укрепление в 1990-е годы опирающейся на население собственной элиты, игнорировать которую даже Путину сложно. На подходе к такому статусу были и некоторые республики Северного Кавказа (Дагестан, Кабардино-Балкария), но они оказались обескровлены гражданской войной разных группировок в исламе, в которой Москва поставила на традиционалистов, и нынешние победители из местной элиты теперь оказались заложниками московских силовиков.

"Национальный лидер" сердится, но ему, видимо, не дано понять: именно он, исказив и изуродовав конституционную федерацию, заложил под нынешнюю Россию даже не атомную, а водородную бомбу

Кроме того, есть и печальный плод двух современных кавказских войн – "Российская конфедерация", состоящая из Чечни и остальной страны. Аналоги вы можете найти в Российской империи. Было входившее в ее состав и имевшее свою конституцию, парламент и валюту Великое княжество Финляндское. Были реально оккупированные, управлявшиеся русским посланником, но формально не входившие в состав России, жившие по средневековым законам Хивинское и Бухарское ханства или Урянхайский край (нынешняя Тува). Вот и решайте, на что похожа кадыровская Чечня, которая удерживается в поле РФ потоком федеральных денег и почти полным невмешательством в ее "внутренние дела", включая фактическую легализацию собственной армии, полиции и применения якобы"шариатского права" с пытками и телесными наказаниями.

При этом Рамзан Кадыров активно вмешивается в дела остальной "унитарно-федеральной" России. На это указывает и гибель его оппонентов, и убийство у стен Кремля Бориса Немцова офицером чеченских формирований, возмутившее даже путинских силовиков. Показная лояльность Кремлю средневекового режима, строительство в Грозном мечетей и фонтанов, роскошь двора падишаха при нищете его подданных, крутые тачки и золотые пистолеты Кадырова обходятся тающему на глазах бюджету России все дороже и дороже. Не Чечня ли с ее неуправляемым, хотя и внешне подобострастным вожаком, которого Кремль должен, ненавидя, ласкать, вызывает сегодня у Путина публичный разлив антиленинской желчи? "Национальный лидер" сердится, но ему, видимо, не дано понять: именно он, исказив и изуродовав конституционную федерацию, заложил под нынешнюю Россию даже не атомную, а водородную бомбу.

Запал, угрожающий распадом современной России, уже подожжен открытой поддержкой сепаратизма и дестабилизации в соседних государствах. Пока Кремль держит регионы в узде: где-то жесткой унитарной хваткой, где-то особыми правами элиты, а в Чечне – только выплатой дани, уже исключительно за внешние атрибуты: трехцветный флаг да портреты Путина в Грозном. Но если Абхазии, Крыму, Приднестровью или донбасским "республикам" можно в разгар политического кризиса в собственной стране отделяться с иноземной помощью, почему российским "автономиям", особенно Чечне, нельзя будет это сделать в момент ослабления центра? Эту грядущую катастрофу сторонникам курса Путина трудно будет свалить на Ленина и Сталина. Она станет результатом нынешней антиконституционной политики Кремля, превратившего Российскую Федерацию равноправных субъектов в унитарно-конфедеративное образование, склонное к агрессии в отношении постсоветских стран.

Михаил Соколов – политический обозреватель Радио Свобода

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции Радио Свобода