"Мне это все надоело!"

Следственный комитет проводит проверку по факту смерти заключенного в одной из колоний Иркутской области

Следственный комитет проводит проверку по факту смерти заключенного в одной из колоний Иркутской области. Правозащитники обнаружили его тело 15 декабря в одном из городских моргов с вбитым в грудь гвоздем и многочисленными следами побоев. В службе исполнения наказаний гибель заключенного связывают с актом членовредительства из демонстративно-шантажных побуждений. Представители региональной общественной наблюдательной комиссии говорят о пытках и превышении полномочий со стороны сотрудников колонии.

15 декабря заключенный иркутской колонии №19 Дмитрий Стряпков "подвергся жестокому избиению со стороны сотрудников администрации исправительного учреждения, после чего в знак протеста и с целью привлечь внимание прокуратуры вбил себе гвоздь в грудь и сделал несколько порезов на руках, за что, вместо оказания медицинской помощи и вызова прокуроров по факту попытки суицида и признаков доведения до суицида, был подвергнут повторно избиениям, в результате чего у него возникли множественные гематомы, которые привели к сердечной недостаточности и последующей остановке сердца" – такую информацию распространил накануне сайт "Гулагу.нет", сославшись на сообщения, поступившие на горячую линию, и свидетельства членов общественной наблюдательной комиссии Иркутской области.

"Позвонили мне ребята из ИК-19, заключенные, и сказали, что произошло что-то в штрафном изоляторе, какие-то непонятные события. Двоих осужденных вывезли и одного человека вынесли на носилках, – рассказывает член ОНК Иркутской области Ольга Шарафутдинова, – то есть до последнего было нам непонятно, живой это человек или не живой. Но мы узнали имя, фамилию и отечество осужденного, и я начала обзванивать морги. Он нашелся в одном из городских моргов. Я обнаружила, что он лежит на полу среди неопознанных тел. У него были порезы вен, гвоздь в груди, на бедрах как будто бы его тащили – покорябана кожа. Когда его развернули, на спине стали видны следы от палок".

Вечером 16 декабря члены ОНК Ольга Шарафутдинова и Наталья Хроменкова побывали в следственном изоляторе №1 Иркутска, куда срочно перевели двух предполагаемых свидетелей происшествия в 19-й колонии Дениса Коспринёва и Ивана Наумова. Они рассказали правозащитникам известные им подробности случившегося и заявили, что опасаются давления для принуждения к отказу от показаний о причастности конкретных сотрудников ИК-19 к смерти Дмитрия Стряпкова.

Когда его вытаскивали из камеры, его волочили по земле, но Дмитрий Стряпков был тогда в здравом уме и живой

"Они сообщили, что в этот день был обход по камерам, и в соседней камере что-то произошло, – пересказывает Ольга Шарафутдинова, – и Стряпков Дмитрий через камеру крикнул: "Тебя били?" Парень там сказал: "Да, били". После чего Дмитрий Стряпков, который умер, сказал: "Да сколько можно! Мне это все надоело!" Вырвал гвоздь из плинтуса и вбил себе в грудь. Долгое время дежурный не мог подойти к камере, после чего вызвали врача-стоматолога, который над ним походил, а потом говорит: "Ой, а у него же гвоздь торчит". Это было долгое время. Но ребята нам пояснили, что, когда его вытаскивали из камеры, его волочили по земле, Дмитрий Стряпков был в здравом уме и живой. Его избили 11-го числа, а после того, как он был вытащен из камеры с гвоздем в груди, нам уже неизвестно, что с ним происходило. Но они нам написали сейчас, что все-таки парень был живой, и дописали нам, что "в случае дальнейшего отказа от выше написанных показаний считать это давлением на нас".

В колонии и администрации изолятора от каких-либо комментариев отказались, но на сайте Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области во вторник вечером появилось сообщение, из которого следует, что заключенный совершил акт членовредительства, который "носил демонстративно-шантажный характер", и "несмотря на полный комплекс реанимационных мероприятий, скончался".

Мне постоянно приходят жалобы из ИК-19, там все плохо

Тем не менее у члена общественной наблюдательной комиссии Иркутской области Ольги Шарафутдиновой есть основания полагать, что ситуация намного сложнее, чем ее преподносят в региональном главке ФСИН:

– Мне постоянно приходят жалобы из ИК-19, там все плохо. Ребята очень боятся за свою жизнь, мне звонят родственники, звонят из зоны и просят о помощи. Жалуются на неправомерные действия сотрудников администрации, особенно на дежурного помощника начальника зоны, майора внутренней службы Данбуева Михаила Петровича. Много пишут писем, что непосредственно дежурный помощник начальник колонии Данбуев Михаил Петрович вызывает осужденных из ШИЗО, либо из отрядов, которые не работают, в дежурную часть, там включают музыку, подключают любительскую видеокамеру и начинают издеваться над осужденными. А ГУФСИН молчит. Мы описываем все в журналах, заключения пишем, а в ответ тишина. На некоторые объекты ИК-19 нас просто не допускают, – сказала Ольга Шарафутдинова.

В настоящее время по факту смерти Дмитрия Стряпкова ГУФСИН России по Иркутской области проводит служебную проверку, доследственную проверку начал и СК РФ по Иркутскому району.