Санкции насмешили рынки

Мировые финансисты не верят в серьезность намерений США и ЕС наказать Россию, несмотря на громкие заявления официальных лиц

Финансовые рынки в западных странах ответили на введение Соединенными Штатами и Европейским союзом санкций против нескольких российских функционеров резким взлетом курсов акций, несмотря на заявления американских официальных лиц о подготовке новых санкций против России. Означает ли это, что Уолл-стрит и большой бизнес не верят в эффективность мер воздействия на Кремль, принятых в ответ на попытку раскола Украины?

Пресс-секретарь Госдепартамента США Джен Псаки посвятила значительную часть ежедневного брифинга во вторник попыткам убедить журналистов в том, что меры, о которых было объявлено в понедельник – лишь начало продолжительной процедуры наказания российских граждан и институций за российское вторжение на Украину.

- Нет сомнений в том, что объявленные вчера меры – это лишь начало, а не завершение процесса. Мы готовим дополнительные санкции, – объявила Джен Псаки. По ее словам, указ, подписанный президентом Обамой, уже дает основания для введения новых мер наказания как против чиновников, так и против российских предприятий. Мало того, в ответ на настойчивые вопросы о том, почему Владимир Путин не стал объектом санкций, будучи очевидным инициатором отделения Крыма от Украины, пресс-секретарь Госдепартамента заверила репортеров, что никто из российских функционеров не исключен из числа кандидатов в объекты американских санкций.

О том, что власти США начали консультироваться с ведущими американскими компаниями на предмет потенциальных финансовых и иных санкций против России, стало известно новостной службе Bloomberg. Она цитирует чиновника министерства финансов США, сообщившего о том, что финансовое ведомство уже предупреждает большой бизнес, что ведение дел с Россией сопряжено с серьезным риском. Пока, по сведениям Bloomberg, американские компании и бизнес-лобби вполне патриотично воспринимают идею санкций, дескать, мы можем понести потери, но мы понимаем необходимость таких мер.

В то же время, если судить по реакции финансовых рынков, в том числе и в России, они словно насмехаются над администрацией Барака Обамы, объявившей в понедельник о введении первой порции санкций.

Могут ли рынки ошибаться в оценке ситуации? Вопрос американскому экономисту, сотруднику Гуверовского института в Калифорнии Михаилу Бернштаму.

Это не санкции, это несерьезное мероприятие. Это все не касается экономических сфер.

– Пока и американское, и европейское правительства, если пользоваться вашим выражением, ведут себя точно так: "насмехаются над санкциями". Это не санкции, это несерьезное мероприятие. Это все не касается экономических сфер. Если бы затронуты были банки, например, Центральный банк России, если бы затронуты были крупные предприятия, в которых государство обладает значительным пакетом акций, например, "Роснефть", то можно было бы говорить о санкциях. Поэтому рынки так и отреагировали на это событие. Они ожидали большего. Если будут введены другие санкции и они отразятся на реальной экономической сфере, тогда только можно будет говорить о том, насколько они значительны.

– Европейцы опасаются, что штрафные санкции в адрес России могут ударить по ним. Во вторник российский министр иностранных дел предупредил о том, что Россия ответит своими контрмерами на санкции. Есть ли у западных столиц сравнительно безболезненный способ наказания российских властей?

– Я думаю, что как раз точечные санкции могли бы сработать, если западные, главным образом, западноевропейские банки перестали бы возобновлять краткосрочные долги российских частных и государственных предприятий, которые составляют сейчас свыше 650 миллиардов долларов. На европейской экономике это не отразилось бы, а по российской экономике был бы нанесен колоссальный удар, в России бы произошла рецессия.

– А способна ли Москва нанести ответный ощутимый удар по Западу, или она в действительности накажет еще больше саму себя?

– Она может попытаться. Например, целый ряд западных компаний владеет акциями российских предприятий, как, скажем, один из крупнейших нефтепроизводителей BP, владеющий двадцатью процентами "Роснефти". И если Россия национализирует компании, в которых есть западный капитал, и западные акционеры потеряют свою долю, то это будет ощутимо. Но такого рода меры исключат Россию из мировой торговли, упадет импорт, последствия будут для нее очень значительными, – говорит профессор экономики Михаил Бернштам.

В начале этой недели США и ЕС обнародовали список из примерно 30 российских официальных лиц, которые будут подвергнуты санкциям в связи с событиями вокруг Украины и Крыма. В заявлении Госдепартамента США отмечается, что "американский список" расширяет указание президента США ввести санкции в отношении лиц, работающих в оборонной промышленности России, а также на любое частное лицо или юридическое лицо, которое действует от ее имени. "Список ЕС" опубликован "Официальным журналом" Евросоюза – в нем российские чиновники, которым запрещено выдавать въездные визы и чьи финансовые активы будут заморожены.

У ближайшего соседа России – Белоруссии – уже более трех лет действуют санкции в отношении 240 человек, включая президента Александра Лукашенко. Насколько действенным оказалось давление западных стран на официальный Минск? Обозреватель Белорусской службы РС Юрий Дракахруст сравнивает санкции против режима Лукашенко с нынешними санкциями, введенными против российской политической элиты после аннексии Крыма:

– Когда и почему были введены эти санкции против белорусских высокопоставленных лиц?

– Первые санкции были введены еще в 2004 году в отношении нескольких чиновников, которые подозревались в похищении и убийстве оппозиционеров в конце 90-х годов, но уже в таком промышленном, что ли, масштабе санкции были введены после президентских выборов 2010 года, когда в Минске состоялся жестокий разгон послевыборной манифестации и в тюрьму попали десятки людей, в том числе кандидаты в президенты. Под этими санкциями находится 240 белорусских чиновников, политиков, журналистов, бизнесменов, включая и Александра Лукашенко. По своей природе это были такие же санкции, как и те, которые введены сейчас в отношении российских политиков, то есть это запрет на въезд в страны ЕС и в США и заморозка финансовых активов этих людей, если они будут найдены в этих странах. Я не исключаю, что сейчас Александр Лукашенко горько усмехается, думает: я демонстрацию разогнал, вроде никого не убил, ну, несколько десятков человек посадил и у меня 200 человек под санкциями. Путин, мягко говоря, взял кусочек чужой страны, и там то ли 20, то ли 7 человек.

– А действуют ли в отношении государства Беларусь экономические санкции?

– Да. В 2007 году, правда, только США, ввели санкции против концерна "Белнефтехим". Это очень крупный холдинг, в который фактически входят все нефтехимические предприятия Белоруссии. Эти санкции действуют до сих пор. В прошлом году, если я не ошибаюсь, или в 2012 году ЕС ввел экономические санкции против некоторых фирм, так называемых "кошельков" Лукашенко, то есть против частных бизнесменов, которые, как считается, финансируют белорусский режим. Масштабных санкций в общем-то нет, но санкции против "Белнефтехима" – это очень серьезно, потому что это большой кусок белорусской экономики.

– Я слышал, что в связи с этими санкциями было заявление посольства США в Минске насчет Будапештского меморандума начала 90-х о гарантиях Украине и Белоруссии. В чем смысл этого заявления сейчас?

– Действительно такое заявление было. Как раз когда были введены экономические санкции, белорусский МИД обратился к США с нотой, в которой ссылался на этот самый Будапештский меморандум. Там идет речь о том, что страны-гаранты не будут применять в отношении Белоруссии и Украины меры экономического действия, потому что, я напомню, тогда и Беларусь, и Украина отказались от своего ядерного оружия. И что это нарушение меморандума. Ответ американского посольства звучал так, что эти санкции не нарушают меморандум и, что очень важно, этот меморандум не носит юридического характера. Это не юридические обязательства. В теперешней ситуации с Украиной это звучит довольно, я бы сказал, значимо. Из этого заявления следует, что США не считают для себя эти обязательства по меморандуму юридически обязательными.

– И снова о санкциях против высокопоставленных кремлевских чиновников. Если их сравнивать с санкциями против белорусских высших руководителей государства, то насколько оказались эти санкции эффективными? Существуют ли критерии оценки эффективности этих санкций?

Эти санкции не заставили Лукашенко пойти навстречу требованиям, из-за которых санкции были введены.

– Довольно сложно сказать по двум причинам. Я говорил о том, что первоначально после манифестации в тюрьму попали около 50 человек. У кого-то были приговоры, кого-то отпустили. В течение трех лет, как действовали эти санкции, кого-то отпускали, когда они писали заявления о помиловании, например, как бывший кандидат в президенты Андрей Санников. Теперь за решеткой остается 10 человек, которые признаны политзаключенными, в том числе и бывший кандидат в президенты Николай Статкевич. Но, как видите, прошло три года, и вот этот главный камень преткновения не исчез, то есть эти санкции не заставили Лукашенко пойти навстречу требованиям, из-за которых санкции были введены. Но, с другой стороны, не следует забывать, что в 2012 году (была конкретная цифра) Россия только всякими льготами по нефти и газу предоставила Белоруссии субсидий в размере 10 млрд долларов. Сложность положения России заключается в том, что у нее нет "сверх России", которая бы финансировала ей ущерб от возможных санкций. Разумеется, в этом случае мы уже можем говорить только об ущербе от больших серьезных экономических санкций. Потому что то, что белорусские чиновники не имеют возможности ездить в Европу, они это как-то переживают. По крайней мере, тот камень преткновения, который куда менее серьезен, чем аннексия чужой территории, даже в этом Минск на окончательные уступки до сих пор не идет, - подчеркивает политолог, обозреватель Белорусской службы Радио Свобода Юрий Дракахруст.