Президент и спецпрокурор

В начале августа Конгресс США отправился в отпуск, но заседания Конгресса продолжаются. Раз в три дня в залах пленарных заседаний обеих палат разыгрывается одна и та же сцена.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ (открывает заседание ударом молотка). Прошу внимания. Клерк зачитает сообщение.

КЛЕРК СЕНАТА. Вашингтон, округ Колумбия, 8 августа 2017 года. Согласно параграфу 3 правила 1 постоянно действующих правил Сената, настоящим назначаю досточтимого Джона Корнина, сенатора от штата Техас, исполняющим обязанности председателя. Подпись: Оррин Хетч, временный председатель. (Постоянным председателем Сената по Конституции является вице-президент. – В.А.)

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ (стучит молотком). Согласно ранее утвержденному порядку, заседание объявляется закрытым до 3 часов 30 минут дня пятницы 11 августа 2017 года.

Вся процедура занимает менее минуты. В зале никого нет. Тем не менее заседание считается состоявшимся. В американском политическом словаре оно называется pro forma session – формальное заседание, заседание ради формы.

Конгресс идет на такой шаг в том случае, если существует вероятность, что президент примет важные решения в обход Конгресса. Это относится прежде всего к законопроектам, за которые проголосовали обе палаты и которые теперь лежат на письменном столе президента. Согласно Конституции, президент должен в течение 10 дней, исключая выходные, либо подписать закон, либо вернуть его Конгрессу со своими возражениями – наложить вето. Если президент не подписывает и не возвращает билль, он вступает в законную силу по истечении 10 дней. Однако в том же параграфе Конституции сказано:

Билль не становится законом только в том случае, если он не мог быть возвращен в Конгресс ввиду того, что последний отсрочил свои заседания.

В Америке это называется "карманное вето": президент оставляет билль без внимания, зная, что в этом случае он не станет законом.

То же самое относится к назначению должностных лиц правительства. Президент назначает их "по совету и с согласия Сената". Однако он "имеет право замещать все вакансии, которые откроются в период между сессиями Сената".

На этот раз у Конгресса были обе причины не прерывать сессию. Первая – это закон о санкциях против Ирана, Северной Кореи и России. В нижней палате за него проголосовало 419 членов против 3, в Сенате – 98 против 2. Это консенсус. Однако президент и госсекретарь были недовольны тем, что закон связывает им руки, не дает возможности политического торга со странами, для давления на которые он предназначен.

Палата представителей одобрила закон 25 июля, Сенат – 27-го. Президент задумался. Его вето Конгресс легко преодолел бы. Но 3 августа сенаторы должны были разъехаться до 5 сентября. Президент мог просто ничего не делать, и тогда осенью Конгрессу пришлось бы начинать все сначала. Однако прежде чем покинуть столицу, сенаторы решили провести в августе девять заседаний pro forma, тем самым лишив президента возможности применить "карманное вето".

Президент нехотя подписал закон 2 августа, подчеркнув при этом, что Конгресс "вторгается в компетенцию исполнительной власти, ставит в невыгодное положение американские компании и наносит ущерб интересам наших европейских союзников". К этому он счел нужным добавить:

Я создал потрясающую компанию, которая стоит многие миллиарды долларов. В значительной мере по этой причине я и был избран. Как президент я могу заключать с иностранными государствами гораздо более выгодные сделки, чем Конгресс.

Вторая причина – возможная смена руководства Министерства юстиции. Комментируя положение Конституции о назначениях единоличным решением президента, Александер Гамильтон писал:

Обычно право назначения принадлежит президенту и сенату совместно и может, следовательно, осуществляться только во время сессий сената; однако коль скоро неуместно обязывать его проводить непрерывную сессию в целях обеспечения назначения должностных лиц и поскольку вакансии могут возникать в перерыве между сессиями, и в интересах службы обществу их нужно заполнять без оттяжки, то, по-видимому, представляется необходимым включение следующего положения, в котором президент уполномочивается на единовластные временные назначения.

Полномочия таких должностных лиц продолжаются до окончания следующей сессии верхней палаты. В данном случае – до конца 2018 года.

В прошлом президенты, начиная с Джорджа Вашингтона, не раз пользовались этой лазейкой. Рональд Рейган назначил между сессиями 240 чиновников, Джордж Буш-старший – 77, Билл Клинтон – 139, Джордж Буш-младший – 171.

Однако на Буше-младшем эта практика и закончилась. В последние два года его второго президентского срока лидер сенатского большинства Гарри Рид проводил формальные заседания во время всех каникулярных перерывов в работе Сената. То же самое повторилось на втором сроке Барака Обамы. Президент счел действия законодателей процедурной уловкой. Но Верховный суд США подтвердил право Сената на такое толкование Конституции.

В случае с Дональдом Трампом намерения президента прямо противоречат смыслу положения Конституции, о котором писал Гамильтон. Он хочет не заполнить вакансию, а создать ее и единолично заполнить.

Президент недоволен министром юстиции Джеффом Сешнсом. Министр взял самоотвод от участия в расследовании "Рашагейта" – обвинений команды Трампа в предвыборном сговоре с правительством России. Сешнс сделал это не от хорошей жизни: он скрыл факт своей встречи с российским послом Сергеем Кисляком в то время, когда был советником кандидата Трампа. А когда этот факт стал известен, он исказил содержание разговора – во всяком случае Кисляк докладывал в Москву совсем иное. Оппозиция требовала отставки Сешнса. Поэтому министр счел за благо самоустраниться от расследования.

Дональд Трамп считает, что Сешнс поступил по отношению к нему "очень нечестно".

ДОНАЛЬД ТРАМП. Я разочарован министром юстиции. Он не должен был брать самоотвод почти сразу же после вступления в должность. И если он собирался взять самоотвод, он должен был сказать мне об этом до того, как он занял это место. И я просто-напросто выбрал бы кого-нибудь другого.

Иными словами, он рассчитывал, что лояльный ему министр будет контролировать ход расследования, а министр подвел его. Джефф Сешнс кротко отвечает на критику, что готов подать в отставку, если такова будет воля президента, но по собственной воле уходить не будет, потому что он все сделал правильно.

ДЖЕФФ СЕШНС. Я понимаю его чувства по этому поводу, это большая досада для него. Но я убежден, что принял верное решение – решение, соответствующее установленным законом правилам, а если министр юстиции не следует закону, он не может эффективно руководить Министерством юстиции.

В настоящее время "Рашагейт" курирует первый заместитель министра Род Розенстайн. Именно он решил, что по этому делу необходим специальный прокурор, и поручил расследование бывшему директору ФБР, а ныне партнеру частной адвокатской фирмы Роберту Мюллеру. Это решение возмутило президента, который считает все обвинения в свой адрес вздором и "величайшей в истории охотой на ведьм". Вот фрагмент его недавнего выступления в Западной Вирджинии.

ДОНАЛЬД ТРАМП. История про Россию полностью сфабрикована. Это всего лишь оправдание величайшего в истории американской политики поражения. Вот что это такое. Для них это просто повод улучшить самочувствие, когда им нечего сказать... В нашем избирательном комитете не было русских. Мы выиграли не благодаря русским. Мы выиграли благодаря вам. Мы выиграли, потому что миллионы американских патриотов проголосовали за то, чтобы вернуть себе свою страну. Вы видели каких-нибудь русских в Западной Вирджинии или Огайо или Пенсильвании? (Штаты, большинство в которых получил Трамп. – В.А.) Здесь вообще присутствуют русские? Русские есть?

Президент и его адвокаты усиленно намекают на конфликт интересов Мюллера. Однако по закону президент не имеет права отменить решение о назначении спецпрокурора или заменить Роберта Мюллера другим юристом. Это прерогатива министра юстиции. Но и Джефф Сешнс не может сделать этого, поскольку он взял самоотвод от "Рашагейта". Это право перешло к его первому заму Роду Розенстайну. Но Розенстайн говорит, что пока не видит оснований для отстранения Мюллера. А если заменить Сешнса, новый министр не будет связан самоотводом.

Вот для чего президенту мог понадобиться перерыв в сессиях Сената. И вот почему Сенат формально не уходит в отпуск.