«Сталин с нами»

Владимир Тольц: 5 марта Россия как бы мимоходом отметила 55-летие смерти Сталина. В Москве Зюганов и его сторонники возложили к могиле диктатора революционно-красные гвоздики, в Питере около десятка немолодых людей почтили память «гения всех времен и народов», потоптавшись возле «Ворот Победы», на которых пару лет назад восстановлен барельеф Сталина, заваренный в 1960-х наглухо в порядке «борьбы с культом личности». А еще ВЦИОМ опубликовал свои данные о том, что более трети россиян считают, что «вектор развития страны» при Сталине был «правильным». Но при этом лишь 4% из них хотели бы жить в то «правильное» время. В общем, память о Сталине жива, но ни всенародной, ни однозначной ее не назовешь. Современным особенностям бытования этой памяти и посвящена наша сегодняшняя передача.

Общественная память о Сталине в стране, которой он более четверти века правил, живет и развивается в разных, не часто, но причудливо пересекающихся плоскостях. Одна из них – сугубо академическая: продолжающаяся публикация комплекса документов, связанных с жизнью и деятельностью Сталина, подготовка их многотомного научного комментированного издания, а также монументальный издательский проект – 100 научных монографий по истории сталинизма. К концу года планируется и проведение серьезной ученой конференции-дискуссии по проблемам этой истории. И, как я понимаю, одна из серьезных проблем ее устроителей – «отсечение» от активного участия в ней самодеятельных энтузиастов - интерпретаторов «сталинской темы», авторов заполонивших российские книжные прилавки сочинений об «убийцах Сталина», его любовницах, его якобы раскрываемых сочинителями «тайнах», «замыслах» и величии. Надо признать, что, прежде всего именно на основании этой дилетантской и спекулятивной продукции, а вовсе не под влиянием современных научных изысканий, и формируются бытующие в массовом сознании представления о Сталине и его роли в истории – «сталинский миф». Ну, конечно и корыстолюбивые воспеватели нынешней власти, желающие выслужить свое на льстивых параллелях ее «вертикали» с «эффективностью» сталинской системы, тут свое подливают.

Андрей Грачев: Миф этот будет всегда под рукой у людей, которые захотят этим воспользоваться. Миф очень удобный, как инструмент политический для любой политики, которая захочет опереться на идею сильной власти, на идею лидера-спасителя, да даже просто на позицию сильного государства, необходимой бюрократии, монопольной власти. Видите, сколько причин, соответственно клиентов у этого мифа. А для того, чтобы воспользоваться, достаточно просто его достать, сдуть с него пыль, нафталин и почистить, конечно, от досадных напоминаний о том, что помимо блеска и величия там были и кровавые пятна.

Владимир Тольц: Так считает историк и журналист Андрей Грачев.

Говоря о современном сталинском мифе, нельзя не отметить и роль «важнейшего из искусств» – телевидения, щедро окормляющего россиян окрошкой из обрезков рассуждений серьезных историков и выстроенных на их основании спекуляций «сталиноведов»-дилетантов, натужными воспоминаниями склеротизированных мемуаристов, который порой и вспомнить-то нечего, а еще затейливой комбинацией документального видеоряда и фантазий интерпретаторов, а также художественным (и не очень) осмыслением сталинской темы. Это, пожалуй, основная питательная среда мифа.

И еще одна сфера, где он бурно расцветает и одновременно при этом разрушается – Интернет. Правда, следует признать, что на сдвиги в массовом восприятии Сталина эта сфера пока имеет ограниченное воздействие.

Там, на множестве сайтов, концентрирующих внимание на истории сталинизма, свои проблемы, часто – свои корифеи, своя логика доказательств, свои выводы, довольно любопытный, впрочем, переплетающиеся и с той, как выражается моя коллега Анна Качкаева, «документалкой», которую показывают по ТВ, и с тем, что пишут сталиноведы-любители, в своих пестреньких книжонках. Ну, вот, к примеру, недавняя публикация на сайте stalinism . ru – сочинение некоего «военного историка» А. Б. Мартиросяна, опубликовавшего уже не только книжки с повторяющейся в названии фразой «Британская разведка против СССР», но одну из самых сталинистских, но слабо покупаемых биографий Сталина, в аннотации которой сообщается, что автор « взял на себя труд развеять 200 наиболее ходовых мифов антисталинианы, разоблачить ряд "документальных" фальшивок ». Статья Маритросяна называется «Как умер И. В. Сталин?». Вдохновлена она полугодовой давности передачей в программе Алексея Пушкова «Посктскриптум». Мысль там была простая: Сталин умер, скорее всего, оттого, что был стар и немощен. Для борца с «ходовыми мифами антисталинианы» это не подходит: где ж тут тайны, которые он привык раскрывать « с помощью оригинальной методики анализа недавно рассекреченных документов Генштаба, ГРУ и СВР России, специальной военной, научно-исторической, мемуарной литературы, архивных документов СССР, США и ФРГ »? – Это, как вы понимаете, цитата… Тайны (да и их разоблачение) автор быстро находит. Но не в рассекреченных советских и иностранных документах, а в сочинениях собратьев по разуму, например, Юрия Мухина – главного редактора газеты «Дуэль», часто обвиняемого в антисемитизме и разжигании межнациональной розни. Этот, по словам Мартиросяна, «известный современный исследователь» утверждает, что Сталина отравили «партократы». Маритросян идет дальше: он предполагает, что одной из причин было обнародованное в 1950 г.решение советского правительства « повысить официальный курс рубля, а исчисление курса рубля вести не на базе доллара, (…) а на более устойчивой золотой основе ». Более того, на неизвестном историкам международном экономическом совещании весной 1952 года.

Сталин предложил создать свой «общий рынок». Более того. На совещании была озвучена также и идея введения межгосударственной расчетной валюты. Учитывая же, что инициатором замысла создания альтернативного долларовой зоне торговли фактически трансконтинентального «общего рынка» был Советский Союз, то и межгосударственной расчетной валютой в таком «общем рынке» все шансы имел стать именно советский рубль, определение курса которого за два года до этого было переведено на золотую основу.

Владимир Тольц: Ясно, что главным владельцам мировых долларовых запасов это было не в жилу… (Ну, а кто они, это вы сами можете определить, руководствуясь известным алгоритмом «если в кране нет воды…») Вот они, сговорившись с партократами, и отравили вождя… (дальше рассуждения, как они могли это сделать…)

Признаюсь, то обстоятельство, что эти «изыскания» не завоевали популярности, особой скорби у меня не вызывает. Но вот другой пример:

Важная дата в истории нашей страны. Ровно полвека назад советские граждане узнали о смерти Иосифа Сталина. Тогда кончина вождя народов восприняли как трагедию века. А спустя несколько лет 53-ий уже называли годом больших перемен.

Владимир Тольц: Сейчас, когда на сайте 1-го канала российского телевидения появилась надпись «Событие, завершившее эпоху! 5 марта 1953 года умер Сталин», уместно вспомнить о дискуссии по поводу оценки этой сталинской эпохи, развернувшейся несколько лет назад в Сети. Блоггеры задались вопросом, откуда почерпнута следующая, приписываемая Черчиллю оценка сталинского вклада в историю:

Он был выдающейся личностью, импонирующей нашему жестокому времени того периода, в которое протекала его жизнь. Сталин был человеком необычайной энергии, эрудиции и несгибаемой силы воли, резким, жестким, беспощадным как в деле, так и в беседе, которому даже я, воспитанный в английском парламенте, не мог ничего противопоставить... В его произведениях звучала исполинская сила. Эта сила настолько велика в Сталине, что казался он неповторимым среди руководителей всех времен и народов... Его влияние на людей неотразимо. Когда он входил в зал Ялтинской конференции, все мы, словно по команде, вставали. И странное дело - держали руки по швам. Сталин обладал глубокой, лишенной всякой паники, логической и осмысленной мудростью. Он был непревзойденным мастером находить в трудную минуту путь выхода из самого безвыходного положения... Это был человек, который своего врага уничтожал руками своих врагов, заставлял и нас, которых открыто называл империалистами, воевать против империалистов... Он принял Россию с сохой, а оставил оснащенной атомным оружием.

Владимир Тольц: Впервые этот якобы черчиллевский панегирик Сталину был обнародован в антиперестроечном манифесте Нины Андреевой «Не могу поступиться принципами» в 1988 году. «Перестойщики» в ЦК были обеспокоены. Работавший в ту пору в Идеологическом отделе ЦК, руководимом Александром Яковлевым, Андрей Грачев вспоминает:

Андрей Грачев: Самого Александра Николаевича Яковлева в момент выхода номера «Советской России» с письмом Нины Андреевой не было в Москве. Был он, если я не ошибаюсь, в Монголии, во главе какой-то делегации. Не было в Москве и Михаила Сергеевича Горбачева, который опять-таки, если не ошибаюсь, был в самолете, направлявшемся в Югославию. А была газета, которая вышла, которую прочитал я, прочитали другие люди, с которыми я работал, с которыми регулярно общался, которые действительно в то время служили под Александром Николаевичем Яковлевым в расширенном Идеологическом отделе. Поскольку не было ни указующего перста, ни начальника, который бы дал команду, мы взяли инициативу на себя. Речь шла буквально о следующем. Прочитав текст этой статьи, она ведь недаром появилась именно в тот момент, когда и Горбачев, и Яковлев находились вне Москвы, на хозяйстве оставался второй секретарь ЦК Лигачев. Так вот, появившись в «Советской России», а по тем временам всем было понятно, кто читал такие газеты, тогда далеко не плюралистическую прессу, было понятно, что она появилась с чьей-то санкции. Прочитав манифест Нины Андреевой, который был весь пропитан антиперестроечным духом, мы и несколько моих коллег по идеологическому отделу решили выяснить, отвлекаясь от политических характеристик, насколько добросовестен этот текст, на что опирается его автор, действительно ли существуют те самые цитаты, которые она приводит. Речь шла не только о цитате Черчилля, об оценке им Сталина, но и цитатах из классиков, о характеристике Маркса контрреволюционных народов и прочем. Но, конечно, восторженная, по словам Нины Андреевой, оценка Черчиллем Сталина была ключевым, узловым моментом в этой статье. Поэтому собравшись вчетвером, двое моих коллег по идеологическому отделу, плюс доктор исторических наук, ныне покойный, к сожалению, Дадиани, хорошо знавший этот наш исторический период, попросту распределили между собой куски андреевской статьи для того, чтобы в течение небольшого времени перечитать те источники, на которые она ссылается. Я уже не помню, кому из нас четверых выпала почетная миссия поискать у Черчилля этот тост восторженный в адрес Сталина. Не исключаю, что Дадиани. Мы были довольны, что именно он, будучи доктором исторических наук, принес нам тогда подтверждение тому, что эта цитата, источники которой вообще теряются в условном наклонении, кроме того еще искажена даже по сравнению с той ссылкой на ее пересказ, который приводит Нина Андреева.

Владимир Тольц: Сегодня разбираясь в том, что проделали в 1988 Грачев и Дадиани сотоварищи, понимаешь, что не найдя соответствующего пассажа в собрании речей Черчилля, они залезли в Британскую энциклопедию и там нашли нечто схожее (фразу про соху и бомбу) в статье, принадлежащей перу биографа Троцкого (а это уже было по советскому счету компроматом!) Исаака Дейчера (Он, правда, и про Ленина со Сталиным писал, но сами понимаете, что мог писать человек, который в молодости был троцкистом!) А теперь подумайте, каково было Егору Кузьмичу Лигачеву услышать на Политбюро, что в статье, опубликованной при его попустительстве используются троцкистские наработки? К чести лигачева надо признать, что держался он как настоящий коммунист – вывернулся!..

В своих мемуарах «Кремлевская хроника» Андрей Грачев вспоминает:

Многостраничный документ, перепечатанный 'надежной' машинисткой (...), мы вручили Александру Яковлеву в день его возвращения из Монголии прямо на аэродроме. Остальное зависело уже не от нас. На следующей неделе вернувшийся из Белграда Горбачев созвал Политбюро и потребовал от каждого его члена дать оценку статье. Перед его яростным напором Лигачев и уже готовое поддержать его большинство дрогнули и отступили. Сам Егор Кузьмич сказал, что увидел статью уже напечатанной, расценил ее как проявление 'политического плюрализма' и, не давая никому никаких директив, лишь высказал 'может быть, слишком поспешно свое личное мнение''.

Владимир Тольц: В своей статье Нина Андреева дала «источник» обсуждаемой цитаты: речь, произнесенную Черчиллем в палате лордов и ее «косвенную» датировку - 23 декабря 1959 г. Но российские блоггеры оказались куда дотошнее марксистских знатоков из Идеологического отдела ЦК. Они доказали, во-первых, что 23 декабря 1959 года палата лордов не заседала (последнее перед Рождеством заседание состоялось 17 декабря); во-вторых, что даже если б такое заседание было, Черчилль уже по болезни не мог там выступать – у него был поражен центр речи; кроме того, блоггеры показали, как из реальных сочинений Черчилля «выкраивались» последующие «уточнения» приведенной Андреевой «псевдоцитаты»; и сколь нелепы отдельные ее фрагменты (вроде «держали руки по швам» - это потом в худлит перекочевало - тоже показали (блоггеры просчитали се высказывания Черчилля о Сталине: «отрицательных» оказалось больше; представить, что этот человек держал при Сталине руки по швам трудно; и уж совсем невозможно представить в этом положении третьего участника конференции – Рузвельта – он ведь в инвалидном кресле передвигался…

Попутно энтузиасты Интернета разобрались и с используемым сталинистами для конструирования приведенного Андреевой пассажа фрагментом речи Черчилля от 8 сентября 1942 года. Перевод оказался неточным, гораздо более комплиментарным по отношению к Сталину, нежели оригинал. Для сравнения лишь один абзац: «Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь» - Это с сайта stalinism . ru . А вот как в действительности:

России очень повезло, что когда она агонизировала, во главе ее оказался такой жесткий военный вождь. Это выдающаяся личность, подходящая для суровых времен.

Владимир Тольц: И, наконец, они отыскали первую публикацию некролога Сталину, написанного Дейчером для «Манчестер Гардиан» и позднее перепечатанного в его сборнике эссе …

Ну, и что? – А ничего! В 55 годовщину смерти Иосифа Виссарионовича я говорил по телефону с Парижем. Там недавно вышла по-французски видного ныне в России (особенно по ТВ) историка. А в ней снова про «соху» да «бомбу»!…

Андрей Грачев говорит:

Андрей Грачев: Мифологическая фигура уже не поддается ни критическому осмыслению, ни разбору именно в силу того, что она стала уже мифом, а значит практически не имеет связи с реальностью, которая его породила.

Владимир Тольц: Так что же, Андрей Серафимович, разве сам сталинский миф и восприятие его героя в общественном сознании и у каждого отдельного человека со временем не меняется? Вот вы, к примеру, лично, разве у вас это отношение осталось неизменным?

Андрей Грачев: Что касается моего восприятия Сталина, я думаю, что здесь с течением времени и с учетом того времени, что мне еще осталось, думаю, теперь вряд ли принципиально изменится. Все-таки мое восприятие Сталина формировалось поначалу как у большей части нашего населения под влиянием сталинской официальной пропаганды, с этим имел удовольствием родиться в самом начале войны. Потом, когда я начал воспринимать мир более осмысленно, пришел 20 съезд и хрущевские разоблачения. Потом развязались языки. Потом пришла оттепель. Потом пришла литература, потом пришли источники. В том, о чем вы меня спрашиваете, нового, может быть добавился взгляд человека, который перечитал массу политической литературы, нашей и не нашей, и которая позволяет воспринимать Сталина не только по фактам совершенных преступлений и дел, поступков, но и как феномен, как фактор влияния на развитие государства, на определенный период нашей политической истории. Что здесь нового? Я думаю вот что, что народилось за это время, и слава богу, поколение в России людей, которые в отличие от меня, не жили в ту эпоху, у которых если и были в семьях люди, оказавшиеся жертвами этого режима, их тоже уже нет, их воспоминания и рассказы тем более стерлись. И вот то поколение, которое не знало сталинизма, не чувствовало его на себе и в повседневной жизни, для него Сталин превращается в чисто мифологическую фигуру. А в мифологии, как известно, все можно соорудить.

Владимир Тольц: В общем, и через 55 лет после своей кончины «Сталин с нами»…

• 

  Владимир Тольц

  На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге.

  tolz.dates@gmail.com