Беглецы и спасители

Голливуд и Сталин: любовь без взаимности (часть 23).

Продолжение серии, начало читайте здесь.

Отмечая некоторые несообразности книги Алексея Брюханова, я вовсе не ставлю под сомнение ее достоверность. Автора могла подвести память, но в целом он, конечно, не искажает события – он их превратно интерпретирует, причем интерпретация эта появилась десятилетие спустя, когда он работал над книгой.

Будучи офицером советской репатриационной миссии, он не мог не знать, что США и Великобритания не считают советскими гражданами жителей Прибалтики, территорий, входивших в состав Польши и отошедших к Советскому Союзу по пакту Риббентропа – Молотова (Западная Украина и Западная Белоруссия), а также Бессарабии и Северной Буковины, которые Румыния, повинуясь ультимативного требованию Москвы, уступила Советскому Союзу в 1940 году. Требование обязательной репатриации в СССР, зафиксированное в ялтинских договоренностях, на уроженцев этих мест не распространялось.

Этим и объясняется упорство, с каким британская сторона отказывалась передавать советским представителям детей, вывезенных нацистами из Риги и Либавы, а также заявление британских представителей о том, что нет такой национальности – «украинец». Под национальностью здесь имеется в виду не этническая принадлежность, а гражданство. Отсюда и спор, является ли трехлетняя Оля Чупина, родившаяся в Германии, украинкой или полькой, является ли родившийся в Либаве Женя Афанасьев русским или латвийцем (в книге Брюханова – «латышом», но по-английски это одно и то же – несомненно, британцы имеют в виду гражданство, а не этнос).

О том, что сотрудники советских репатриационных миссий были прекрасно осведомлены о такой позиции западных союзников, свидетельствуют многочисленные документы Управления уполномоченного Совета министров СССР по делам о репатриации, опубликованные российскими исследователями. Разумеется, Советский Союз с такой позицией согласиться не мог. Офицерам миссий оставалось на заседаниях комиссий произносить гневные филиппики в адрес своих визави, глухих к стонам матерей.

Ни Михалков, ни Брюханов не считают нужным разъяснять эту позицию союзников – зачем лишний раз напоминать о довоенной дружбе с Гитлером, об оккупации балтийских стран? К тому же это испортит главный замысел – показать бесчеловечность, коварство и злобу западных демократий, продолжающих дело онемечивания советских детей.

Но надо же как-то объяснить поведение союзников. В пьесе Михалкова советские офицеры поначалу искренне не понимают их целей и лишь смутно догадываются, что цели эти гнусные.

Сорокин: Почему они все-таки не хотят возвращать нам наших ребятишек? На что они им?
Добрынин: Не хотят они, чтобы наши дети советскими людьми стали. Иную судьбу они им готовят - страшную судьбу людей без роду, без племени...

Алексей Брюханов может только предполагать:

Им были нужны маленькие советские граждане для каких-то недобрых целей...

И только при работе над книгой он окончательно прозрел:

Недавно мне в руки попала книжка американца Скотта «Политическая война». Автор, деловито рассуждающий о пользе шпионажа и диверсий, делает, в частности, следующее замечание: «...Террор требует хорошо обученных, мужественных, тщательно подобранных исполнителей». Не здесь ли частично кроется ответ на интересующий нас вопрос? Таких исполнителей, очевидно, выгоднее всего готовить с малолетнего возраста, постепенно прививая им навыки шпиона и террориста.

Но Михалкову все было ясно уже тогда, в 1948-м:

Эйт (Куку): Зачем нам все-таки эти дети, мистер Кук?
Кук: Не знаю, мисс Эйт! Может быть, затем, чтобы в лесах Канады работал не ваш сын, чтобы в шахтах Бельгии и на плантациях Аргентины работал не ваш сын, чтобы в тыл врага с парашютом прыгал не ваш сын...

А теперь вернемся к фильму «У них есть Родина».

Саша Бутузов бежит из приюта. Его цель – добраться до советской миссии. По дороге он он заворачивает в пивную фрау Вурст. Ира Соколова, воспользовавшись дебошем, который учинили пьяные американцы, бежит вместе с ним. Их преследует надзиратель Упманис.

Беглецы все же попадают в сети, расставленные Упманисом. Вскоре комиссия собирается на свое очередное заседание. В повестке дня – судьба Иры Соколовой. На сей раз у подполковника Добрынина имеется неотразимый аргумент, с помощью которого Иру удается вырвать из цепких лап британской разведки.

Новая попытка побега удается – Саша Бутузов спасен. Настрадавшиеся на чужбине советские дети летят на родину на краснозвездном самолете. На аэродроме им устроена торжественная встреча. Измученные ожиданием родители заключают их в свои объятия.

Вновь обретшая сына мать Саши Бутузова, знатная ткачиха, выступает с высокой трибуны. Она разоблачает гнусные происки империалистов: из наших детей, утверждает она, хотят сделать «рабов, предателей, людей без роду и племени, пушечное мясо». Успокаиваться рано: еще множество маленьких пленников остается в руках врагов мира и справедливости...

Рассказ о репатриации детей в Советский Союз будет неполным, если мы не вспомним еще одну категорию маленьких возвращенцев. Речь идет о детях, родившихся от нелегитимной – по нацистским законам – связи местного населения с остарбайтерами, а также от связи советских солдат с немками и австрийками. Вот рассказ человека, который лично после войны принимал участие в поисках и возвращении таких детей из Австрии в Советский Союз. Их тоже забирали у матерей.

Продолжение читайте здесь.