Оригинал материала
Больше ада. Российская пропаганда в войне с Украиной
Телевизионные пропагандисты: вспомним их поимённо. Битва эмоций и социальных сетей. Война мемов и картинок. Фейковые новости, лживое освещение событий. Вбросы "адского" телеграма и твиттера российских "лидеров мнений".
"Херсонская операция", а также Мариуполь, Буча, Харьковская область и другие освобожденные украинские территории. Как описывала события русская пропаганда и что увидели зрители ютьюба и телеграм-каналов?
Воображаемая великая русская история, которую мы "можем повторить" даже в таких формах, как отступление
Какими эмоциями манипулирует пропаганда? Можно ли "зазомбировать" аудиторию, если она сама не готова к зомбированию?
Гости программы: медиааналитик и культуролог Андрей Архангельский, тележурналисты Илья Шепелин (проект "Зомбоящик") и Ольга Лень (телеканал "Еспресо", Украина, проект "Хроники информационной войны").
Ведет программу Елена Фанайлова.
Видеоверсия программы
Елена Фанайлова: Пропаганда уже отреагировала на отвод войск из Херсона. Давайте посмотрим, как освещалась так называемая "Херсонская операция", как русские пропагандисты и военные трактовали события с момента захвата города. Любопытно посмотреть на эту хронику сегодня.
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:06:22Елена Фанайлова: Воображаемая великая русская история, которую мы "можем повторить" даже в таких формах, как отступление. Как реагирует Украина? Михаил Подоляк, советник Офиса президента Украины, предупреждает, что возможно минирование Херсона, возможен подрыв Каховской дамбы, чего опасаются и русские пропагандисты.
Ольга Лень: Подрыв Каховской дамбы – это русская идея, которая возникла, когда где-то в середине июля стало понятно, что Херсон им придется оставлять. Начиная с этого момента они начали искать разные идеи, одна из них – подрыв дамбы. Почему Украина не исключает этот вариант, почему мы не исключаем, что будут заминированы дома в Херсоне? Потому что все это уже было. В 1941 году советские войска, отступая, взорвали Крещатик, и это были жилые дома. Взорвали Успенскую церковь в Киево-Печерской лавре. Отступающая Советская армия взорвала ДнепроГЭС, как минимум сто тысяч людей погибли, потому что никто этого не ждал. Это сделали советские войска, советская власть, те самые советские люди, которые сейчас рассказывают, что кто-то вдруг подорвет дамбу. Мы можем ожидать, что такое повторится снова, потому что это не первый раз.
Подрыв Каховской дамбы – русская идея, возникшая, когда стало понятно, что Херсон им придется оставлять
Елена Фанайлова: Военные руководители Украины говорят, что уход российских войск из Херсона, с правого берега – это не результат доброй воли российских военных, а результат больших усилий ВСУ.
Ольга Лень: Конечно, это результат больших усилий. Русские поняли, что им нужно уходить, приблизительно в середине июля. Более того, назначение Суровикина – это был шаг к тому, чтобы объявить о выходе из Херсона. Это специальный человек, который должен вместо Путина нести ответственность за весь политический класс России за сдачу Херсона.
Елена Фанайлова: Все ожидали от грозного генерала каких-то садистских решений, учитывая его предыдущие "заслуги" в Сирии.
Ольга Лень: Может, мы их еще увидим. Не исключаю артиллерийского шквала по Херсону, как и по Николаеву, Харькову.
Елена Фанайлова: На примере Херсона я вижу: в пропаганде есть так называемые большие нарративы, и нарратив менялся. В нашем сюжете кто-то из военных говорит: "Херсон демилитаризован". Денацификация шла в том же пакете, сейчас риторика меняется. Что меня увлекало в исследовательском смысле – это то, что Пушкин был элементом информационной войны в Херсоне. Установили билборд на въезде в город, вспомнили, как Пушкин туда заезжал и что его дед Иван Ганнибал принимал участие в строительстве фортификаций. Потом – вывоз имперских истуканов, еще до отступления. Выкопали прах Григория Потемкина – это вообще магическое мышление, но и элемент информационной войны. Есть большая ложь, удобная русской пропаганде в освещении войны, и есть такие эмоциональные уколы, вбросы, к которым можно отнести выступления Маргариты Симоньян и Дмитрия Медведева в их телеграм-каналах.
Андрей Архангельский: Нужно отметить важную вещь. Сбылась страстная мечта патриотов: они мечтали о чистке (об этом говорила так называемая "группа Прилепина"), собирались почистить Россию от подрывных, вредящих элементов. В результате огромной спецоперации, выражаясь словами пропаганды, Россия действительно очистилась от "внутренних врагов". Полмиллиона человек уехало, какое-то количество сбежало от очередных безумств власти с мобилизацией. Это же был постоянный аргумент, что вредят внутренние враги, которые проникли во все сферы жизни. Сейчас этих врагов нет, они изгнаны. Те, кто остались, вероятно, затаились.
Сбылась страстная мечта патриотов: они собирались почистить Россию от подрывных элементов
Это образует новую ситуацию для пропаганды: она осталась в ситуации, где все свои, на внутренних врагов уже не спишешь, а поражение, которое продолжает терпеть армия России, продолжается. Все это нужно объяснять в кругу своих, поэтому пропаганда ищет новые универсальные определения. Сложно объяснить психически здоровому человеку, по какой причине огромная Россия напала на Украину, которая не представляла для нее никакой опасности. Сейчас это нужно объяснять с помощью каких-то еще больших универсалий, типа "сатанизации", которую мы слышали от пропагандистов. "Против нас весь Запад, фактически весь мир" – этим, по-видимому, должно объясняться поражение: России противостоит огромный ужасный Запад.
Второе – естественно, знаменитая русская дихотомия: мы с вами все несвободны, добро и зло… Я, например, неоднократно называл путинский режим проявлением абсолютного зла, тут не может быть двойных толкований. Соловьев в своей программе тоже говорит, что "мы противостоим абсолютному злу". Спрашивается, какая разница между мной и Соловьевым, который оперирует понятиями "добро и зло", высшими универсальными категориями? Вероятно, она в том, что им движет исключительно злость, ничего, кроме ненависти, в его картине мира нет. А мы с вами все-таки люди рациональные. При всех тех чувствах, которые мы испытываем по поводу безумия войны, развязанной путинским режимом, мы остаемся людьми здравомыслящими и не даем нашим отрицательным чувствам, которые совершенно естественны, захлестнуть нас, пытаемся опираться на какие-то рационалии.
Елена Фанайлова: По поводу зла. Это эмоциональная педаль, которой пользуются российские пропагандисты, и не только Соловьев. Маргарита Симоньян просто в каждом твите говорит об абсолютном зле. Это подмена. Люди, которые развязали агрессию, не могут рассуждать о добре – это вещи, поставленные с ног на голову, несоблюдение никаких религиозных заповедей. Это ложь в квадрате. Илья, что скажете по поводу этих методик, смены методичек, повесток пропаганды? Чем вы будете заниматься на этой неделе, например?
Люди, которые развязали агрессию, не могут рассуждать о добре – это вещи, поставленные с ног на голову
Илья Шепелин: Тем же, что и все последние восемь месяцев. Сходить с ума от попытки переварить то, что вкидывает телевизор в головы зрителей, с чем я тоже пытаюсь справиться. Вы говорите про смену идеологических парадигм, методичек, а уже на НТВ 15-летней давности и других каналах был такой термин: "адская напиханка". Я не могу сказать, что одна концепция меняет другую или идет корректировка. Каждую неделю, такое ощущение, проходят "брейн-стормы" в фондах при Администрации президента, в самой Администрации, там накидывают новые идеи, они не меняют общую парадигму, а просто суммируют и напихивают туда какие-то мысли, которые им понравились, какие могут зацепить зрителя. Если зрителей пугают геи – то геи, если сатанисты то сатанисты, если НАТО – то НАТО.
Каким-то таким образом, может быть, получится создать свое "кольцо союзников". Было такое выражение до аннексии, присоединения четырех областей Украины к России: "союзные силы". Теперь "союзными силами" должны быть все люди, которые боятся этой пропаганды, они должны объединиться вокруг Кремля, вокруг Останкинской башни, видимо, с вилами пойти на Украину. Это показывает, что один метод не работает, поэтому им в суматохе приходится каким-то образом что-то договаривать.
В Moscow Тime опубликовали любопытную социологию, закрытый опрос, сделанный по серьезной выборке граждан в России: как люди реагируют на негативные новости, связанные с войной, вроде отступления из Харьковской области, или связанные с мобилизацией. Идут резкие скачки, среди людей в возрасте от 18 до 45 лет положительное отношение к войне может провалиться на 15%. Однако в течение двух-трех недель у пропаганды получается выровнять эту картину. Это удивительно! Возможно, это потому, что люди, которые плохо отнеслись к мобилизации в первых опросах, поуезжали.
Я согласен с Андреем: таким образом произошла чистка. Начались репрессии, пусть даже на небольшом уровне по сравнению с тем, что было в Советском Союзе. Но силовые органы не остановятся, они продолжат работать со своими, они будут писать доносы друг на друга. Мы видели, как это произошло с господином Красовским, который и до этого позволял всякие разные высказывания. Но тут уж почему-то его начальство не выдержало. Боюсь, не выдержало исключительно потому, что "доброжелатели" нажаловались на Маргариту Симоньян в один из кабинетов Администрации президента. То же самое недавно произошло с Модестом Колеровым и агентством "Регнум". Какие у него враги еще могли остаться? "Пятая колонна", Наталья Синдеева, или кто на него написал донос? Нет, это все свои же. Разборки будут только увеличиваться.
Любопытна ситуация в телеграм-каналах. Во время отступления из-под Лимана было заметно, что есть Z-блогеры, которые работают на Министерство обороны, есть те, кто работает на Администрацию президента, есть работающие на ЧВК, на Кадырова, и они в каком-то невероятном противостоянии друг с другом. Конечно, они будут есть друг друга, орать друг на друга. Так как ситуация на фронте не улучшается, наблюдать за этим, по крайней мере, людям, которые занимаются насекомыми или другими не очень приятными существами, будет любопытно.
Сейчас на территории Донецкой области тысячи убитых мирных жителей, а за весь 2021 год – 24 или 25 человек
Ольга Лень: Я соглашусь с Ильей: повестка не меняется. У российских пропагандистов с 24 февраля и до сегодняшнего дня не было никакого изменения повестки. Меняется только способ оправдания и объяснения того, кто виноват за очередной провал. Если говорить на уровне эмоций, то русская пропаганда строится на двух эмоциях: обида и унижение. Основной нарратив, начиная с момента, когда они получили по голове от украинской армии и бежали из-под Киева, – продвигается обида: "Как же так?! Запад должен был закрыть глаза, дать нам просто убить украинцев! Как же они, подонки, посмели не сделать этого, а дали им какое-то оружие?" Это же такое оскорбление для русского человека!
Я думаю, все эти рассказы о том, что Бучу придумали, это все постановка, – это способ идентификации по принципу "свой-чужой". Если человек это говорит, он просто рашист, его не интересует, что происходит на самом деле. Сейчас на территории Донецкой области тысячи убитых мирных жителей, а за весь 2021 год – 24 или 25 человек, из которых большая часть подорвались на минах или их случайно подстрелили на блокпосту, причем, что характерно, на блокпосту "ДНР", "ЛНР".
Елена Фанайлова: Правда, которая обнаруживается в Мариуполе, в Буче, на других освобожденных территориях Украины (а это страшная правда – пыточные, братские могилы, военные, превратившиеся в преступников), и та благостная картина, которую нам умудрялись показывать даже из Мариуполя… Это высший пилотаж русской пропаганды.
Я предлагаю посмотреть опрос на улицах Москвы. Мы старались понять: смотрят москвичи телевизор или YouTube, кто их герои среди пропагандистов?
Елена Фанайлова: Можно ли зазомбировать людей, если они сами не готовы зомбироваться? Можем ли мы говорить, что все русскоязычное население, которое потребляет продукцию пропаганды, в определенном смысле зомбируется?
Была создана атмосфера вакуума, в который не проникало ничто инородное, поэтому мы видим такое 70-процентное одобрение
Андрей Архангельский: Вспомним процесс над пропагандистами Третьего Рейха. Известны истории издателя Юлиуса Штрейхера и Ганса Фриче, сотрудника Министерства пропаганды нацистской Германии. В обвинительном заключении шла речь о том, что благодаря 25-летним стараниям Штрейхера была создана ситуация, которая не давала возможности услышать альтернативную точку зрения. Одним из пунктов обвинения было именно то, что пропагандисты своими усилиями лишили народ Германии доступа к каким-либо иным источникам информации (конечно, в первую очередь – сам режим, а они этому содействовали).
Отвечая на вопрос, является ли какой-то народ (нация) изначально тоталитарно настроенным или более подверженным пропаганде, чем иные, ответ отрицательный: нет таких народов. Вопрос в том, что нет альтернативной точки зрения. Свобода слова не стала ценностью, доступность альтернативных источников информации при Владимире Путине была искусственно ограничена государством, это началось практически сразу, как он пришел к власти. Формально в России альтернативные точки зрения присутствовали до 24 февраля, существовал даже телеканал "Дождь". Но эти альтернативные точки зрения были ограничены. Главное, была создана атмосфера в данном случае не ненависти, а вакуума, в который не проникало ничто инородное, поэтому мы видим такое 70-процентное одобрение.
Позднесоветский, брежневский опыт показывает нам, что в авторитарном-тоталитарном режиме начинают работать неконтролируемые источники информации. В советской действительности люди слушали зарубежные "голоса", Радио Свобода в том числе. Но на самом деле главным источником альтернативной информации в России с XVI или, а может быть, с XIV века был "сарафан" – слухи. Институт "сарафана" (или институт слухов) в России – вещь очень сильная, можно назвать ее традиционной национальной ценностью. Роль маленьких "сарафанчиков" теперь выполняют блоги, свидетельства, родственники тех, кто оказался на этой чудовищной войне. Это будет иметь не меньшее влияние, чем борьба телеграм-каналов, которые на самом деле работают на одну сторону.
Елена Фанайлова: Предлагаю в продолжение темы рационального и эмоционального посмотреть сюжет: он касается религиозной пропаганды. Религия не остается в стороне от пропаганды как таковой.
Ольга Лень: Вообще-то 20 лет можно рассказывать людям, убеждать их только в том случае, если это соответствует какому-то их внутреннему ощущению, внутреннему запросу. В России сейчас, по сути, сформирована большая тоталитарная секта. Русской пропаганде и русскому государству удалось вычленить два чувства глубинного народа – унижение и страх. Эти чувства они сделали основой этой тоталитарной секты. От этого происходят все остальные нарративы: что Запад нас обижал, что-то нам не дал, что обещал; давайте на кого-то нападем, отберем свое, как они говорят, и нам станет легче, тогда мы не будем чувствовать себя так униженно.
Русской пропаганде удалось вычленить два чувства глубинного народа – унижение и страх
Елена Фанайлова: Илья, ваш проект называется "Зомбоящик", то есть вы каким-то образом имели в виду концепцию нерационального воздействия на аудиторию?
Илья Шепелин: "Зомбоящик" – это такое старое русское слово, из 90-х годов, наверное. Родители так шутили про детей, которые засиживались у телевизора: чего ты там зомбируешься? В конце 90-х – начале нулевых мы даже и подумать не могли, что зомбирование будет связано не с развлекательным контентом, а с политическим, идеологическим, который будет разжигать ненависть к соседним странам.
Как это воздействует на сознание человека? Я знаю истории про знакомых, которые подключили своим родителям канал "Дождь" в 2011 году, когда его еще можно было поймать в эфире кабельных телесетей. В 2014 году, накануне первой войны с Украиной и аннексии Крыма государство отключило "Дождь" от кабельных сетей. В 2014 году родители понимали, что появление России в Крыму – это аннексия, это незаконно, война в Донбассе – это ужас, который был начат Стрелковым и поддержан гибридно (или не очень гибридно) Министерством обороны РФ. Проходит восемь лет, и для этих родителей, которые не получали другой информации, смотрели обычные телеканалы, все уже вполне однозначно.
Для большинства зрителей все должно быть однозначно. И это не какое-то оружие, которое воздействует по национальному принципу. Люди, живущие под воздействием телеящика, неважно, какой национальности, подвержены его влиянию. Это проблема замыкания в этом пузыре. Скорее всего, если тебя окружают люди, разносящие, как вирус, информацию, которую им погрузили в голову, ты в какой-то момент начнешь молчать, когда тебе неудобно говорить то, что не совпадает с мнением большинства. А потом ты, очень вероятно, начнешь так же и думать. Это было в Германии 30-х годов, где за социалистов голосовало 8-9 миллионов человек до прихода Гитлера к власти, а потом они все куда-то пропали, их стало не видно.
Люди, живущие под воздействием телеящика, неважно, какой национальности, подвержены его влиянию
К сожалению, пропаганда, ее массированность, а главное – безнадежность в вопросах получения альтернативной точки зрения, это вещь, которая работает. Небольшой оптимизм внушает то, как это произошло в Советском Союзе. Не все его жители стремились получать "голоса" от Радио Свобода, Би-Би-Си, "Немецкой волны", но чем сложнее становилась экономическая жизнь, тем больше у них возникала потребность получать сведения, которые как-то бились бы с реальностью. Это стало происходить для большей части населения в конце 80-х и привело к стотысячным митингам в стране. Я думаю, интерес к заблокированным в России сайтам будет расти пропорционально увеличению проблем. Это будет касаться не только отсутствия продуктов в холодильнике, но и появления твоих родственников в рефрижераторе, привозящем их из зоны боевых действий в Украине.