Право на сецессию

Моя реплика вызвана очень существенным и в основном, я считаю, правильным постом Андрея Илларионова по крымской проблеме – "Точка невозврата", опубликованным на сайте "Эха Москвы". Автор, формулируя правовую позицию о невозможности сецессии (отделения) какой-либо территории без согласия на это государства-метрополии, прошел мимо очень важных для СССР и России случаев.

Когда армянское население Карабахской автономной республики выступило в 1987 году за выход из состава Азербайджана, это стремление к сецессии было морально поддержано рядом народных депутатов СССР и cоветских правозащитников. Когда чеченское население Чеченской автономной республики выступило за выход из состава Российской Федерации, это стремление в период первой российско-чеченской войны было морально поддержано большим числом демократических общественных деятелей России и европейских стран.

Моральное право населения какой-либо территории на сецессию (отделение от метрополии) при определенных условиях безусловно существует и должно признаваться и российским обществом, и международным сообществом. Моральное право на сецессию у населения какой-либо территории, по мнению авторитетного теоретика этого вопроса Аллена Бьюкенена, возникает тогда, когда население ощущает дискриминацию со стороны органов власти государства-метрополии в сфере национальной культуры, языка, этнически обусловленной недоступности "социальных лифтов" и/или в сферах экономики, социальной сфере, дискриминационных ограничениях в самоуправлении на территории проживания, в праве на жизнь (этнические погромы) и так далее.

Моральное право на сецессию при определенных условиях безусловно существует и должно признаваться

Объективно установить и подтвердить факты такого рода дискриминации вполне по силам Международному суду в Гааге. Его вердикт был бы одновременно и юридически-правовым, и нравственным решением вопроса о моральном праве населения какого-то региона на сецессию. Поэтому сформулированная Илларионовым правовая позиция – стремление населения какой-либо территории на ее выход из состава государства-метрополии может быть признано и реализовано только при юридическом согласии на это государства-метрополии – правильна, но не полна.

Для юридической реализации права на сецессию действительно нужно согласие государства-метрополии. В этом Илларионов прав. А вот для признания и общественной поддержки морального права населения какой-либо территории на отделение согласия на сецессию со стороны государства-метрополии не требуется. Моральное право на сецессию у населения какой-либо территории (региона) и наша моральная поддержка его стремления к выходу из состава государства-метрополии обусловлена и рождается в результате установления фактов дискриминации населения этих регионов со стороны властей и населения государства-метрополии.

Что касается Крыма, оснований для моральной поддержки стремления русскоязычного населения Крыма к его выходу из состава Украины (если считать, что такое стремление действительно существует), по-моему, нет. А вот в случаях Карабаха и Чечни фактические основания для моральной поддержки стремления армянского и чеченского населения этих регионов к отделению от Азербайджана и России, соответственно, были и, вероятно, существуют и сегодня.

Юрий Самодуров – российский правозащитник, организатор первой инициативной группы "Мемориал", в 1990–2000-е годы – исполнительный директор Фонда Андрея Сахарова и директор Музея и общественного центра имени Андрея Сахарова