В обмен на мост Немцова в Грозном

От петиции до референдума – в Петербурге протестуют против появления моста имени Ахмата Кадырова

За два дня петиция против присвоения мосту через Дудергофский канал в Петербурге имени бывшего чеченского лидера Ахмата Кадырова набрала почти 50 тысяч подписей. Петиция будет направлена Топонимической комиссии Санкт-Петербурга, депутатам Законодательного собрания и губернатору города. 30 мая Топонимическая комиссия Петербурга поддержала именно такое наименование моста через Дудергофский канал.

В числе подписавших петицию – депутат Законодательного собрания Петербурга от партии "Яблоко" Борис Вишневский. В интервью Радио Свобода Вишневский пояснил, что протест вызван рядом причин:

– Во-первых, конечно, клан Кадыровых – это уже нарицательное название. Без сомнения, на эту ситуацию с мостом проецируются впечатления от нынешней деятельности Рамзана Кадырова и всего, что с ней связано в последние годы. То есть это ощущение полного беззакония, пренебрежения законом, полной безнаказанности и так далее, и тому подобное. Мы все хорошо понимаем, что действие Конституции России и российских законов на территории Чечни достаточно условно, что человеческая жизнь там почти ничем не обеспечена, что защиты особой нет. Если ты, не дай бог, вызвал на себя гнев младшего Кадырова, тебе трудно позавидовать. Тому есть много примеров. И поскольку все это получает огласку, конечно, отношение к деятельности младшего Кадырова проецируется на идею о том, чтобы назвать мост именем Кадырова-старшего. Это первая причина.

У нас не увековечены в географических названиях имена таких людей, как Иосиф Бродский, Сергей Довлатов, Евгений Мравинский

Вторая причина: Ахмат Кадыров никак не был связан с нашим городом, вообще никак! Говорят, что он сюда приезжал один или два раза и даже посадил дерево в Парке 300-летия Петербурга. Я не уверен, что тот факт, что он здесь был и посадил дерево, является основанием для того, чтобы увековечить его имя на карте города. У нас не увековечены в географических названиях имена таких людей, как Иосиф Бродский, Сергей Довлатов, Евгений Мравинский, которые прочнейшим образом были связаны с нашим городом, приносили ему мировую славу. Конечно, это возмущает очень и очень многих.

–​ Вы сказали, что на ситуацию с мостом проецируются действия Кадырова-младшего, но какое отношение отец имеет к действиям сына?

– Формально, конечно, не имеет. Известную фразу – сын за отца не отвечает – мы знаем. Но тем не менее очень трудно лично мне, например, да и не только мне, отделаться от впечатления, что эта внезапно вспыхнувшая симпатия питерских властей к старшему Кадырову, о котором они 12 лет после его убийства не вспоминали, связана в основном с какой-то необходимостью сделать приятное младшему Кадырову. Я думаю, что сигналы идут из Москвы, хотя вице-губернатор Владимир Кириллов на прямой вопрос на заседании Топонимической комиссии ответил отрицательно: дескать, никаких сигналов нет. Впрочем, никто не ожидал, что он признается. Было бы странно, если бы он сказал: да, знаете, нам команда из Москвы поступила, мы должны взять под козырек и выполнять. Конечно, никто вслух и публично это не подтвердит, но ощущение такое есть, что все это связано, конечно, со специфическим положением, которое занимает младший Кадыров в системе российской власти.

–​ Как строилось обсуждение в комиссии?

Мягко говоря, не все ветераны за то, чтобы назвать этот мост именем Ахмата Кадырова

– Обсуждение было достаточно спокойным. Выступил председатель Комитета по культуре Константин Сухенко и долго рассказывал, как важно послать теплый, позитивный сигнал, перебросить мост между народами, что это будет очень хорошо воспринято, что с предложением увековечить память Кадырова обратились Герои Советского Союза, Герои России, в том числе ветераны боевых действий в Чечне. Правда, членам комиссии было роздано письмо от организации "Боевое братство", которая объединяет ветеранов, в том числе и чеченской войны. В письме они сообщают, что провели опрос, и 100 процентов против такого названия. Так что, мягко говоря, не все ветераны за то, чтобы назвать этот мост именем Ахмата Кадырова.

Член комиссии Андрей Рыжков, очень известный краевед, говорил, что, во-первых, не надо принимать политизированных решений, а во-вторых, что Кадыров никакого отношения не имел к нашему городу. Предлагали отложить вопрос, звучали альтернативные предложения. Например, если у нас в городе когда-нибудь будет национально-культурный центр чеченского народа, может быть, его назвать именем Ахмата Кадырова, и это ни у кого не будет вызывать возражений. Но нет, было видно, что возглавляющий комиссию вице-губернатор Кириллов и его первый заместитель Константин Сухенко довольно серьезно настроены на то, чтобы такое решение обязательно было принято.

Это люди, к сожалению, зависимые и вынужденные подчиняться ясно артикулированному мнению начальства

Потом был вообще очень интересный казус, потому что комиссия сперва проголосовала за то, чтобы вопрос отложить, 9 человек из 17 проголосовали за откладывание вопроса. Но потом одна из членов комиссии – Галина Никитенко, сотрудница Музея истории Петербурга, – под ласковым взглядом вице-губернатора Кириллова сказала, что она, пожалуй, ошиблась, на нее оказывалось давление (хотя на нее никто точно не давил, скорее, могли давить в другую сторону), и она теперь считает, что все-таки не надо откладывать, а надо голосовать. Комиссия переголосовала и решила, что решение она примет сейчас. После чего при тайном голосовании 9 – за, 6 – против, 2 – воздержавшихся. Мы примерно понимаем, кто голосовал за, это те члены комиссии, кроме Кириллова и Сухенко, которые работают либо в исполнительной власти, либо в бюджетных учреждениях, которые подведомственны структурам администрации, в разных государственных музеях, то есть это люди, к сожалению, зависимые и вынужденные подчиняться ясно артикулированному мнению начальства.

–​ Какие сейчас легальные инструменты остались для того, чтобы попытаться изменить это решение?

Главное состоит в том, что решение это продавливается вопреки общественному мнению

– Петербургское "Яблоко" будет инициировать городской референдум на эту тему, будем собирать инициативную группу, отрабатывать вопросы. У нас есть большой опыт, и мы пять раз пытались организовать референдум против пресловутого "Охта-Центра". Нам, конечно, провести его так и не дали, но "Охта-Центра" тоже нет. Я думаю, что сейчас многое зависит от степени общественного протеста. Потому что если губернатор увидит, что есть серьезное общественное сопротивление этому предложению, то городское правительство не утвердит решение топонимической комиссии, не согласится с ним. Решение комиссии же только рекомендательное.

Но если губернатор и правительство города увидят, что только небольшая кучка людей против этого протестует, они могут спокойно это решение утвердить. Здесь, на мой взгляд, главное состоит в том, что решение это продавливается вопреки общественному мнению. Любые опросы, где и кто их ни проводил, показывают, что подавляющее большинство против такого названия, но тем не менее власть хочет свое решение реализовать. Конечно, это возмущает людей. Тем более когда речь идет о человеке, никакого отношения к нашему городу не имевшем никогда.

–​ Сопротивление, может быть, есть, есть и протест, но возможности выражать этот протест сейчас в России практически сведены к нулю.

Это не тот вопрос, который может повлечь за собой какие-то угрозы для личной безопасности граждан

– Нет, отнюдь нет! Совершенно с вами не согласен. Во-первых, пока не запретили интернет. Во-вторых, возможны публичные акции. В-третьих, просто элементарное обращение в органы власти. Условно говоря, если получит завтра губернатор 100 тысяч писем от граждан, которые будут требовать не утверждать решение топонимической комиссии, может быть, задумается. Или идея референдума, которую мы выдвигаем. Это все возможности для публичного выражения своей точки зрения. При этом бояться тут абсолютно нечего, это не тот вопрос, который может повлечь за собой какие-то угрозы для личной безопасности граждан. От них не требуется при этом идти на несанкционированный митинг, рискуя быть задержанными.

–​ Какие были альтернативные предложения названия моста?

– Насколько я знаю, один из активистов направил в комиссию предложение о том, чтобы назвать этот мост, например, Севастопольским. Я вряд ли был бы склонен это решение поддерживать по понятным причинам – слишком спорным выглядит присоединение Крыма, как это официально называется российской властью, но я думаю, что любое название, связанное с морской тематикой, закрепление на карте Петербурга имен настоящих героев, чья жизнь была связана с нашим городом, вызвало бы куда большее понимание у комиссии.

Этот вариант – ненаучная фантастика, во всяком случае пока клан Кадырова управляет Чечней

И мне жалко, что я одну мысль не высказал прямо на комиссии, она пришла мне в голову уже после комиссии. Я, может быть, был бы готов обсуждать вопрос о том, чтобы каким-то образом было бы закреплено в Петербурге имя Ахмата Кадырова, но при одном непременном условии – чтобы перед этим в Грозном было бы на карте города закреплено имя Бориса Немцова. Вот когда это случится, тогда поговорим. Но мы с вами прекрасно понимаем, что этот вариант – ненаучная фантастика, во всяком случае пока клан Кадырова управляет Чечней, и пока Владимир Путин является президентом, – сетует Борис Вишневский.

31 мая информационный ресурс "Ирсити.ру" сообщил, что под Иркутском в поселке Маркова появился квартал имени Рамзана Кадырова. Уточняется, что имя выбрано лично застройщиком, который "очень хорошо относится к этому политическому деятелю".

• 

  Ирина Лагунина

  Руководитель специальных проектов Русской службы Радио Свобода

  LaguninaI@rferl.org