Святослав Каспэ: "Траектории постсоветских государств расходятся"

Программу ведет Евгения Назарец. Принимает участие политолог Святослав Каспэ.

Евгения Назарец: Подсчет количества российской бронетехники на территории Грузии и беженцев из зоны вооруженного конфликта в последние сутки все больше отдается на откуп информационным выпускам. Политические последствия этих событий все больше выходят на первый план. Так, белорусский президент Александр Лукашенко, как мы слышали, выказал поддержку России в конфликте с Грузией только после откровенной критики российского посла в Белоруссии Александра Сурикова. На Украине раздаются призывы к роспуску СНГ. Собственно, еще раньше Грузия заявила о намерении выйти из Содружества независимых государств. Судя по отсутствию бурной политико-дипломатической реакции, это заявление президента Саакашвили не поразило лидеров стран СНГ. Политолог Святослав Каспэ считает такое положение вещей закономерным.

Святослав Каспэ: Я думаю, что от этого действительно никому ни жарко, ни холодно. Эта угроза давняя. Это один из патронов, приберегавшихся для использования в оптимальных условиях. Видимо, сейчас в ход пошли все патроны. Но я думаю, что никаким реальным переменам ни в самом СНГ, ни относительно Грузии это не приведет. Сейчас можно ожидать практически любых заявлений, потому что президент Грузии явным образом не понимает, что делать дальше. Поэтому тут прогнозировать я не берусь. Все будет зависеть от объемов его и его ближайшего окружения фантазии, естественно. А заявления и действия могут быть сколько угодно резкими, вплоть до разрыва дипломатических отношений, скажем.

Евгения Назарец: Россия попеняла, выразимся так, Белоруссии за недостаточную степень поддержки в этой всей ситуации, в развитии вооруженного конфликта на территории Грузии. Как вы полагаете, с чем была связана столь скромная реакция Белоруссии?

Святослав Каспэ: Война - это, вообще, такая мерзкая штука, из которой все политические игроки так или иначе стремятся извлекать те или иные дивиденды политические. Те, кто их не извлекает, те, кто всегда проигрывают, это те, кого убивают. А все остальные играют на максимилизацию прибыли. И надо сказать, что в полной мере это относится и к осетинскому конфликту, из которого большинство участников определенные выгоды извлекли. Что касается Лукашенко, то он, естественно, выжидал развития событий, выжидал, на чью сторону, как ему свойственно, будет продуктивнее встать. Но мне кажется, что в данном случае чутье ему немножко изменило, он несколько передержал паузу. С точки зрения политической рациональности, подобные заявления надо было делать раньше. Теперь это действительно выглядит, как оправдание. Лукашенко этого, конечно, не забудут, но простят, поскольку для России он все-таки достаточно важен для того, чтобы сохранять дружественные отношения с этим замечательным режимом и дальше.

Евгения Назарец: Украина, конечно, не член СНГ, но все-таки ведущий политический игрок на постсоветском пространстве, и, судя по заявлениям украинского президента Виктора Ющенко, Украина целиком и полностью поддерживает позицию Грузии в этом конфликте. Вместе с тем, судя по той реакции, которая нам известна от нашего корреспондента, реакции премьер-министра Юлии Тимошенко, не вполне едина позиция украинских властей по отношению к этой ситуации. Чем это объясняется, какие политические мотивы в этом для вас заметны?

Святослав Каспэ: Да ровно те же самые мотивы. Но здесь, конечно, немного другая ситуация и немного другой контекст. Должен начать с маленькой поправки: хотя Украина не ратифицировала устав СНГ, Украина при этом остается одним из государств-основателей СНГ и участником СНГ. Что касается украинских политических игроков, то они занимались тем же самым и продолжают заниматься, они пытаются извлечь максимум дивидендов из ситуации и каждый по-своему. Ющенко обозначил свою позицию жестко и однозначно до такой степени, что теперь он с нее свернуть уже не может. Любой отход - его дискредитация в глазах тех, кто эту позицию разделяет. Хотя, видимо, он все равно проигрывает по сравнению с позицией Тимошенко, которая действительно отмалчивается, которая уже давно стремится зарекомендовать себя Москве, как более удобного - по сравнению с Ющенко - партнера. Думаю, что в этом контексте, в контексте потенциально-будущих отношений с Москвой Тимошенко Ющенко переиграла. Хотя все еще может измениться, потому что, если, не дай бог, эскалация конфликта возобновится и конфликт зайдет гораздо дальше, и возобновятся полномасштабные боевые действия, то все еще может измениться.

Евгения Назарец: Можно ли сейчас вообще говорить всерьез о такой политической единице в мире, в мировой политике, как постсоветское пространство или оно окончательно распалось с учетом того, что от СНГ уже практически ничего не остается?

Святослав Каспэ: От СНГ на самом деле кое-что остается, ровно то, чем СНГ оставалось все последние годы, а именно клубом неформального общения лидеров постсоветских государств. Тут, я думаю, мало что изменится. Вот что касается самого термина "постсоветское пространство", то с самого начала было понятно, что "срок его годности" ограничен, потому что приставка "пост" не может быть продлена на бесконечно в будущее. Траектории постсоветских государств расходятся. И в этом смысле я думаю, что уже сейчас пора задумываться об альтернативных терминах, концептуальном аппарате и так далее. Конечно, события вокруг Осетии и Грузии этот процесс стимулируют, хотя к завершению он еще не пришел. Но в принципе да, вы правы, термин "постсоветское пространство" значит все меньше.