"Партизаны" на свободе

Двое "приморских партизан" освобождены в зале суда после оправдательного вердикта присяжных

Во Владивостоке, в Приморском краевом суде в среду присяжные вынесли вердикт по одному из эпизодов дела "приморских партизан" – группы молодых людей, ранее признанных виновными в убийствах сотрудников милиции и четырех жителей поселка Кировский. Эпизод с убийством в Кировском широко освещался российской пропагандой и был призван показать, что "партизаны" – вовсе не борцы с "ментовским беспределом", а обычные бандиты. Но именно к этому преступлению, как решили присяжные, ни один из участников группы "приморских партизан" не имеет никакого отношения. Прокуратура Приморского края намерена обжаловать оправдательный приговор (который будет вынесен в ближайшее время) в Верховном суде России.

Поскольку двое из осужденных "партизан" были обвинены исключительно в убийстве в Кировском (собственно, по этой причине их сложно назвать полноправными участниками группы), сегодня они вышли на свободу, проведя под стражей почти 6 лет.

Вадим Ковтун, старший брат "приморского партизана" Александра Ковтуна, пока не решил, будет ли добиваться компенсации за несправедливо отсиженный срок. Первым делом он собирается навестить мать. Второй освобожденный присяжными подсудимый, Алексей Никитин, сегодня впервые увидит свою дочь Алису – она родилась, когда он уже был в тюрьме. Никитин, в одночасье ставший из пожизненно осужденного свободным человеком, рассказал журналистам, что собирается снять фильм о деле "приморских партизан".

Эпизод с убийством четырех жителей Кировского, который был предметом внимания присяжных в среду, рассматривался повторно. В феврале 2014 года собранная с большим трудом (с девятого раза) коллегия (сложности в ее формировании возникли, по одной из версий, из-за откровенных симпатий некоторых кандидатов в присяжные к подсудимым, из-за чего они не являлись в суд) вынесла по нему обвинительный вердикт, но 21 мая 2015-го Верховный суд рассмотрел апелляцию адвокатов на приговор, отменил его и направил дело на новое рассмотрение. Благодаря этому решению двум подсудимым – Александру Ковтуну и Владимиру Илютикову – пожизненные сроки заключения были заменены на 25 и 24 года колонии, такими они останутся и теперь. Если бы присяжные сегодня вынесли обвинительный вердикт, Александр Ковтун и Илютиков рисковали вновь быть приговоренными к высшей мере наказания (формально ей в России является не отмененная до сих пор смертная казнь, однако на нее наложен мораторий).

Убийство в Кировском было первым по хронологии преступлением, которое вменялось в вину "партизанам". И пожалуй, самым важным для следствия и сопутствовавшей ему пропаганды – оно было призвано продемонстрировать обществу, что "приморские партизаны" являются не героическими борцами с милицейщиной, какими пытаются представить себя сами (например, в знаменитом видеообращении, записанном незадолго до задержания и внесенном в России в список "экстремистских" материалов), а обычными уголовниками, не останавливающимися и перед убийством "мирных граждан".

По версии следствия, это убийство было совершено в сентябре 2009 года. Погибшие фигурировали в материалах дела как "охранники полей, где незаконно выращивалась конопля". Следователи утверждали, что "приморские партизаны" забрали у убитых материальные ценности, то есть помимо убийства еще и ограбили их. Интересно, что одним из самых громких скандалов, связанных с делом "приморских партизан", стала пропажа в июле 2012 года нескольких томов дела – в них, как позже выяснилось, были в том числе и показания подсудимых о "крышевании" сотрудниками милиции наркобизнеса в Приморском крае.

Преступления, за которые оставшихся в тюрьме "приморских партизан" осудили 2 года назад, были совершены уже позже, в феврале – мае 2010 года. По словам Алексея Никитина, создать банду для противостояния "ментовскому беспределу" "партизаны" решили именно после того, как узнали о связи милиционеров с наркобизнесом. Основными эпизодами дела стали убийства сотрудников МВД на улице Давыдова во Владивостоке в феврале и в мае – в селе Ракитное Дальнереченского района Приморского края.

По версии следствия, членами группы "приморских партизан" были семь человек. Это застрелившийся при задержании 11 июня 2010 года Андрей Сухорада (предположительно, лидер группы) и последовавший его примеру Александр Сладких; сдавшиеся властям Владимир Илютиков, Максим Кириллов и Александр Ковтун; задержанный днем ранее Роман Савченко (он написал явку с повинной и был приговорен к 25 годам заключения) и Алексей Никитин, задержанный 31 июля. Вадима Ковтуна задержали по подозрению в причастности к убийству в Кировском лишь в декабре 2010 года. Теперь, после того как суд оправдал "приморских партизан" по "кировскому" делу, Роман Савченко и Александр Ковтун продолжат отбывать 25-летний, Владимир Илютиков – 24-летний, а Максим Кириллов – 23-летний срок в колониях строго режима.

О предыстории сегодняшнего суда и о том, что происходило на его заседании в среду, рассказывает корреспондент Радио Свобода Валерия Федоренко:

– В 2010 году "партизан" взяли в квартире в Уссурийске, через некоторое время началось следствие, а потом суд. В 2014 году, в апреле месяце, их осудили на разные сроки, трое из них получили пожизненное, один из них получил просто большой срок, и один – Вадим Ковтун – получил 8 с лишним лет тюрьмы за разные преступления, всего 23 эпизода. Адвокаты подали апелляцию в Верховный суд, и Верховный суд признал "неясным" решение присяжных заседателей по одному из 23 эпизодов – как раз по убийству четырех человек 26 и 27 сентября 2009 года в поселке Кировское, в районе Нового кладбища.

Дело в том, что двое из шести человек обвинялись, собственно, только по этому эпизоду – это Вадим Ковтун и Алексей Никитин. Алексею Никитину за этот эпизод было назначено судом пожизненное заключение, а Вадиму Ковтуну – почти 9 лет лишения свободы, шесть из которых он провел под стражей (и Никитин столько же). После того, как в прошлом году Верховным судом было признано, что нужно пересматривать дело, приговоры именно по этому эпизоду были отменены у всех, кто обвинялся в участии в убийстве в Кировском. Это Максим Кириллов, Александр и Вадим Ковтуны, Владимир Илютиков и Алексей Никитин, то есть всего пять человек. Романа Савченко, это еще один "приморский партизан", по этому эпизоду не судили, поэтому его на скамье подсудимых при пересмотре дела не было.

В феврале этого года начался новый процесс над пятью членами группы "приморских партизан". Процесс снова был с судом присяжных, коллегия из 12 присяжных слушала доводы адвокатов, прокурора и признала, что доводы прокурора были менее убедительными, чем доводы защиты.

– Как происходило сегодняшнее заседание суда?

– Сегодняшнее заседание суда началось для журналистов около половины третьего, потому что присяжные заседатели сначала вышли с вердиктом, отдали его судье, и судья пошла смотреть, все ли правильно заполнено в вердикте. Это процессуальный документ, все должно быть четко и ясно, понятно в том числе для последующих судебных инстанций, чтобы они все понимали в решении присяжных заседателей. Около половины третьего судья вышла и сказала присяжным заседателям, что нужно этот вердикт, который они вынесли, "привести в соответствие". Это значит, что некоторые решения были просто непонятно записаны, это чисто техническая процедура, то есть вердикт был уже на тот момент вынесен. И несколько раз, четыре раза, если я не ошибаюсь, коллегия присяжных выходила, отдавала вердикт судье, судья смотрел, говорил, что "это непонятно", "это неясно", и присяжные все это время четыре раза приводили вердикт "в соответствие". Около половины шестого вечера, когда Приморский краевой суд практически заканчивал уже свою работу, присяжные заседатели справились, наконец, с этим нелегким делом и вынесли вердикт, который был, по мнению судьи, ясным и непротиворечивым.

Доказано ли вообще, что было совершено преступление 26 и 27 сентября в поселке Кировский? Присяжные ответили: нет, не доказано

7 из 12 человек на первый же вопрос ответили отрицательно. Первый вопрос в вердикте – это "доказано ли, что было совершено преступление?". То есть независимо от того, убили эти ребята или кто-то еще, доказано ли вообще, что было совершено преступление 26 и 27 сентября в поселке Кировский? Доказано ли, что были у убитых изъяты вещи, ценности, золотые украшения, машина и так далее? Присяжные ответили: нет, не доказано. И следующие вопросы тоже зачитывались, но последующие вопросы, исходя из отрицательного ответа на первый вопрос, должны были оставаться без ответа. Собственно, они и оставались. Но был еще Алексей Никитин, которому вменялось участие в организованной преступной группировке и незаконное приобретение оружия, – это тоже не было доказано следствием, по мнению присяжных. Единодушия не было, но 7 из 12 человек, то есть большинство, признали, что подсудимые к преступлению не причастны.

– Как выглядел тот момент, когда стало понятно, что на первый вопрос присяжные ответили отрицательно? Как в этот момент вели себя подсудимые?

– Ну, они стали сразу переглядываться. Конечно, самой ярко выраженной была реакция у Вадима Ковтуна. Это тот самый человек, которого осудили почти на 9 лет за то, что он якобы привозил кого-то куда-то и увозил кого-то откуда-то на своей автомашине "Тойота Карина". У него просто буквально глаза на лоб полезли. Он кивал своим знакомым, которые были в зале суда, все улыбались. И адвокаты начали, конечно, сразу перешептываться. Я потом поговорила с адвокатами, уже после того, как заседание закончилось, как поблагодарили присяжных все. Адвокат Владимира Илютикова Юлия Чебунина сказала, что в ее практике (а практика у нее уже гораздо больше 10 лет) это первый случай, когда суд присяжных выносит оправдательный приговор. Адвокат Вадима Ковтуна Елена Быкова говорит, что в ее практике за 15 с лишним лет это второй случай оправдательного приговора судом присяжных. То есть никто, на самом деле, не ожидал этого. И конечно, все друг друга поздравляли после того, как вышли из здания суда.

​– Из здания суда вышли сегодня и сами оправданные – Вадим Ковтун и Алексей Никитин. Они общались с журналистами?

– Да. Вадим Ковтун, например, вообще не понимает, что произошло. Человек шесть лет находился под стражей, был осужден за преступление, которого не совершал. Получается, что у человека шесть лет жизни куда-то пропали. Он говорит, что даже неизвестно еще, будет он подавать на реабилитацию, то есть на какую-то компенсацию, или не будет. Он вообще не очень понимает, что будет делать, но говорит, что сейчас будет искать работу, поедет в Кировский к маме. А вот Алексей Никитин был гораздо более красноречив, сказал, что хочет снять фильм про так называемых "приморских партизан", о том, как шел процесс, как все было, каким образом они с Вадимом Ковтуном были "приплетены", как он сказал, к этому процессу. Алексей Никитин еще сказал, что он не видел свою дочку Алису, дочке шесть лет, она родилась, когда Никитин был уже под стражей, и возможно, даже сегодня ему привезут дочку и он ее увидит, и это самое важное ожидание в его жизни! Алексей Никитин сказал в ответ на вопрос журналистов, что возможно, он будет потом уже принимать участие в судьбе своих друзей, оставшихся в тюрьме, и заниматься правозащитной деятельностью.

– Упоминались ли во время повторного процесса по делу "приморских партизан" их заявления о пытках или эпизод с пропажей томов уголовного дела, в которых якобы были имена и фамилии сотрудников полиции, "крышевавших" наркобизнес в Приморском крае?

– Упоминались, но дело в том, что когда кто-либо из подсудимых, их защитников либо свидетелей начинал говорить о пытках, о том, что их били во время следствия, судья просила присяжных заседателей не принимать это во внимание при вынесении вердикта, потому что в данном конкретном процессе именно действия следствия не обсуждались. А действия следствия были уже раньше рассмотрены, и никаких нарушений во время следственных действий якобы выявлено не было.

"Приморский партизан" Александр Ковтун – об избиениях в милиции:

– Следила ли общественность Приморского края за этим повторным процессом? Какое сейчас отношение к "приморским партизанам"? Их воспринимают как героев или как преступников? Насколько это дело раскололо общество?

– Конечно, когда был первый процесс, рассматривались 23 эпизода, процесс был громким, и за ним следили гораздо больше людей. Сейчас "приморских партизан", честно говоря, уже подзабыли. Да, люди читают материалы в прессе, пресса следит активно, но это уже не тот ажиотаж, который царил два-три года назад вокруг этой группы ребят. Мнения людей разделились. Кто-то говорит – убийцы, присяжные куплены – не говорят только, кем куплены и за какие деньги. Кто-то говорит, что суду присяжных в нашей стране, оказывается, действительно можно доверять.

– Будет ли теперь заново рассмотрено то дело об убийстве, будет ли оно заново расследовано?

– По этому поводу еще нет никаких комментариев. Мы спросим об этом у прокуратуры Приморского края. Да, сейчас нужно понять, откуда взялись трупы в поселке Кировский. Ведь если эти пятеро не убивали, то кто-то же убил тех четверых. И откуда-то еще появилась в этом деле девятая нога. Дело в том, что когда во время следственных действий раскапывали трупы, все тела со всеми конечностями были описаны, все сходилось, но была еще одна нога, чья-то левая ступня. Непонятно чья, женский размер, 38-й, там 24,5 сантиметра, и кому она принадлежала – непонятно, где тело – тоже непонятно. Это тоже очень сильно сыграло на руку адвокатам, конечно, потому что они говорили: "А где же тогда это тело? Почему тогда инкриминируется не убийство пятерых человек?"

– Удалось ли узнать у Вадима Ковтуна и Алексея Никитина, были ли они в курсе истории с присуждением премии Вацлава Гавела Петру Павленскому, которую он пообещал отдать на юридическую защиту "приморских партизан" и которую ему в итоге не выплатили?

По Первому каналу про Петра Павленского не рассказывают, к сожалению

– Алексей Никитин, как осужденный на пожизненный срок, вообще сидел в одиночке. У Вадима Ковтуна было больше доступа к информации, к новостям. Ну, предположим, что они смотрели новости на правительственных телеканалах, какой там Петр Павленский с его премией? Нет, они это не комментировали, потому что слегка другим, конечно, занята их голова сейчас. Не было доступа у них к альтернативным источникам информации, а по Первому каналу про Петра Павленского не рассказывают, к сожалению, – говорит Валерия Федоренко.

Пропажа томов уголовного дела стала не единственным скандальным эпизодом этой истории. "Приморские партизаны" неоднократно жаловались на пытки в полиции и в тюрьме, но этим их заявлениям не был дан ход. Художник Петр Павленский, награжденный премией Вацлава Гавела за свои акции, пообещал направить всю ее сумму на юридическую помощь "приморским партизанам". После этого он был официально лишен премии. Жест Павленского и отказ выплачивать ему деньги вызвали бурные споры в обществе. Продолжились они и сегодня, после оправдательного вердикта – многие комментаторы в интернете сомневаются, что присяжным удалось разобраться в истории с убийством в Кировском и вынести правильный вердикт.

Не пройдёт и года - убьют ещё кого-нибудь. Присяжные не должны быть эмоциональными, они должны быть профессионалами https://t.co/JGselN0sZn

— Павел Пятницкий (@PP_Russia) 20 июля 2016 г.

Сейчас 876 тысяч рублей, составлявших материальную часть премии Гавела, Павленский собирает в интернете. Оправдательный приговор "приморским партизанам" он называет "большой радостью":

– Вы воспринимаете сегодняшний вердикт присяжных как и свою победу тоже?

Присяжные смогли показать и сказать нам, что это был оговор, что это все часть пропаганды, часть идеологической войны

– Свою – нет. Я занимаюсь международным сбором средств на поддержку "приморских партизан", и я не думаю, что присяжные вообще были в курсе того, что я делаю. Скажем так: безусловно, я воспринимаю то, что произошло, как большую радость. И произошло это довольно неожиданно. Потому что освободили действительно невиновных людей. Присяжные смогли показать и сказать нам, что эти люди не занимались бандитизмом, что это был оговор, что это все часть пропаганды, часть идеологической войны против "партизан", когда их пытались обвинить в убийствах четырех человек, в убийстве мирного населения. Я не думаю, что это мое влияние в каком-то роде на присяжных. Я думаю, что нет. Это происходило на процессе влияние того, как защищались сами "партизаны" или Алексей Никитин и Вадим Ковтун, которые даже не были в составе группы в тот момент, то есть люди, которых просто схватили на улице и подтянули к этому делу.

​– Сколько денег вам уже удалось собрать из той суммы, которая эквивалентна не выплаченной вам премии (около 900 тысяч рублей. – РС)?

– Порядка 110 тысяч рублей, пока не так много, но сбор продолжается.

– Вы уже пытались как-то связаться с освобожденными? Они знали о вашем решении – направить премию на юридическую помощь им?

– Я думаю, да, они знали об этой ситуации.

– Вы планируете с ними встретиться? Алексей Никитин говорит, что он будет снимать фильм о "приморских партизанах". Если он вам предложит в нем участвовать, вы согласитесь?

– Если он предложит, да.

– Случай с Алексеем Никитиным вообще беспрецедентный – когда суд присяжных не просто смягчает приговор, а когда в зале суда освобождается человек, осужденный к пожизненному сроку.

Нужно больше доверять людям, которые встают на защиту общества? Или нужно бесконечно доверять телевизионной пропаганде и полицейским структурам?

– Да! Понимаете, эта ситуация в очередной раз показывает очень многое! Она показывает, кому нужно хотя бы попробовать доверять больше. Нужно больше доверять людям, которые встают на защиту общества, что-то говорят, что-то делают? Или нужно бесконечно доверять телевизионной пропаганде и полицейским структурам? Сегодняшний день показал, что им нельзя доверять ни в коем случае, потому что идет идеологическая война и, к сожалению, жертвами этой идеологической войны становятся в том числе такие вот люди, которые по шесть лет находятся под арестом, над ними висят пожизненные сроки, а потом оказывается, что, как они и говорили с самого начала, они обвинены совершенно незаконно!

– Вообще, удивительное дело – либеральная общественность жалуется, что 99 процентов приговоров судов в России обвинительные, а когда случается этот самый 1 оправдательный процент, пусть даже это оправдание исходит от присяжных, сразу начинается недовольство. Один известный журналист пишет: "Бедная Россия, у нас даже вместо Веры Засулич – уголовники". Казалось бы, оправдали невиновных людей, это подтверждено вердиктом присяжных, скоро будет решение суда. Почему так происходит?

– Я не знаю, но это, на самом деле, большая беда. В России, на мой взгляд, большая беда как с самоорганизацией, так и с взаимоподдержкой. Международным сбором, когда он был объявлен, мы как раз и хотели противопоставить что-то власти как институции, корпорациям, фондам каким-то. По большой счету мы хотели противопоставить власти бюрократической диктатуры человеческую взаимоподдержку и самоорганизацию. Потому что, на самом деле, это все, что у людей есть, и все, что людям нужно. А на безразличии и злобе как раз и держатся как полицейские и административные структуры, так и террор. С одной стороны, на страхе, с другой – на безразличии и отсутствии поддержки, – говорит Петр Павленский.

Оправдательные вердикты присяжных в России случаются (например, в нашумевшем деле Ульмана в 2004–2005 годах присяжные выносили его дважды), но случай "приморских партизан" стал первым в российской истории, когда в результате такого вердикта на свободу прямо из зала суда вышел пожизненно осужденный. Бывает, что суды присяжных оправдывают подсудимых лишь по некоторым эпизодам того или иного дела, в результате чего пожизненное заключение заменяется на длительный срок. По закону пожизненно осужденные могут просить об условно-досрочном освобождении после 25 лет отсидки – однако пока в российской истории ни одно такое ходатайство удовлетворено не было.

Вечером в среду прокуратура Приморского края опубликовала на своем сайте официальное заявление, в котором говорится о ее намерении обжаловать оправдательный приговор "приморским партизанам" в Верховном суде России.