Оригинал материала
Пусть неудачник плачет
Во второй части этого выпуска: Отпуск в Болгарии - разговоры о вине, коррупции и счастье. О деревенская жизни рассказывает 80-летняя крестьянка из Курской области.
Пушкин, Чайковский и Пиковая Дама. Передача из цикла "Писатели и музыка". Автор цикла Владимир Абаринов.
Обычно пишут, что до Чайковского на сюжет «Пиковой дамы» сочинили свои произведения два европейских композитора – француз Фроманталь Алеви, которого в России по привычке называют Галеви, и австриец Франц фон Зуппе. Что касается Зуппе, то это недоразумение: его оперетта «Пиковая дама» никакого отношения к Пушкину не имеет, совпадает только название, но мало ли одинаковых названий в мировой музыке. Комическая опера Алеви действительно написана по мотивам пушкинской повести, но мотивам сильно искаженным. Очень хорошо известно, когда и где Проспер Мериме рассказал драматургу Эжену Скрибу, что переводит «Пиковую даму». Скриб, вероятно, этого перевода не читал, просто запомнил сюжет в пересказе Мериме и в своем либретто нагородил всевозможной чепухи.
Чайковский отказался от предложения писать оперу по «Пиковой даме». Говорил, что в ней не хватает драматизма, необходимого опере.
Самое интересное – это жанр, у Алеви и Скриба это комическая опера. Мы привыкли к трагизму и мистицизму «Пиковой» в версии братьев Чайковских, но если внимательно перечитать Пушкина, то окажется, что у него много смешного и иронического. В повести никто не топится и не закалывается, призрак графини можно считать плодом больного воображения Германна ну и сама графиня – типичная комическая старуха. Вообще у Пушкина все как-то обыденно, проза она и есть проза.
Чайковский решительно отказался от предложения директора императорских театров Ивана Всеволожского писать оперу по «Пиковой даме». Говорил, что в ней не хватает драматизма, необходимого опере. Его брат Модест сочинял либретто для другого композитора, сегодня совершенно забытого, Николая Кленовского. И только когда Кленовский по неизвестной причине отказался, Всеволожский и Модест Чайковский уговорили Петра Ильича. Причем Петр Ильич только диву давался: еще не написано ни одной ноты, а театр уже делает декорации, шьет костюмы и распределяет роли.
По настоянию Всеволожского действие было перенесено в екатерининское царствование – ему хотелось эффектного зрелища, пышной сценографии. В результате в опере появились анахронизмы, о которых мы скажем позже. С самого начала в опере нагнетается зловещая атмосфера. Посреди солнечного дня слышатся раскаты грома, приближается гроза. Одним из способов сгустить краски стал костюм Германна. У Пушкина он военный инженер. В премьерном спектакле он превратился в гусара Нежинского полка – исключительно из-за черной формы. Правда, у нежинских гусар были красные рейтузы, а Германну (с одним «н») и рейтузы сделали черные.
Завязка совершенно иная. Лиза – Лизавета Ивановна у Пушкина - не воспитанница графини, а ее внучка. Герман влюблен в нее и по своему скромному положению не может просить ее руки – для этого ему нужно по крайней мере разбогатеть. Вот для чего ему нужен крупный выигрыш в карты.
А князь Елецкий счастлив и доволен – он женится. Герман еще не знает, что его невеста – Лиза. Просто он в совершенно другом настроении, ему неприятно видеть чужую радость. И вот они поют дуэтом. Елецкий поет: «Счастливый день, тебя благословляю!», а Герман: «Несчастный день, тебя я проклинаю!». Ну и заканчивают соответственно. Елецкий:
Все улыбается, все блещет,
Как и на сердце у меня,
Все жизнерадостно трепещет,
К блаженству райскому маня!
Герман:
Все улыбается, все блещет,
Когда на сердце у меня
Досада адская трепещет,
Одни мучения суля!
Напряжение усиливается квинтетом «Мне страшно!», в котором Лиза и графиня боятся Германа, Герман боится графини, князь Елецкий боится предчувствия какой-то беды, а Томский боится за Лизу, потому что видит в глазах Германа «огонь безумной страсти».
Княжна Полина, которую Пушкин отнес к разряду «наглых и холодных невест», у братьев Чайковских превратилась в задушевную подругу Лизы
Различий с повестью множество. У Пушкина Сен-Жермен не добивается у графини рандеву, ее дамская честь не страдает, к ней не является призрак – следовательно, нет запрещения сообщать секрет другим под страхом смерти. Графиня не выдает его просто из вредности, потому что «строга к шалостям молодых людей». И, разумеется, у Пушкина нет никакой влюбленности Германна в Лизу - пушкинскому Германну Лиза нужна только для того, чтобы выведать тайну трех карт, ради этого он готов стать любовником не то что Лизы, но и самой графини.
В опере кардинально поменялись все обстоятельства и мотивировки героев.
Действие второй картины первого акта происходит в будуаре Лизы. Княжна Полина, которую Пушкин отнес к разряду «наглых и холодных невест» и которая в конце повести выходит за Томского, у братьев Чайковских превратилась в задушевную подругу Лизы. Они музицируют в окружении девушек, которые тоже обозначены в либретто как «подруги». Не вполне ясно, кто они такие, но судя по тому, что потом в этой сцене появляется гувернантка, это как раз воспитанницы старой графини. У барышень происходит что-то вроде девичника по случаю помолвки Лизы и Елецкого. Контральто Полина (когда-то эту партию пела в Александринском театре моя прапрабабушка Антонина Ивановна) находит отличный способ поздравить невесту – она поет депрессивный романс от имени покойницы, заканчивающийся троекратным восклицанием «Могила! Могила! Могила!». Это, конечно, пророчество. Стихотворение, положенное на музыку, называется «Надпись на гробе пастушки», его написал Батюшков в 1810 году. Слушаем его в исполнении Ирины Архиповой – могу заверить, блистательном, потому что я прослушал все записи, какие нашел. Эта лучшая, сделана в 1967 году.
Я хотел в этой передаче обойтись без всем известных шлягеров, но когда нашел записи первых исполнителей партий Германа и Лизы, не удержался. Эти певцы не просто нравились Чайковскому – эти партии написаны специально для них. Исполнителей этих зовут Николай Фигнер и Медея Мей, в замужестве Фигнер. О Медее я расскажу как-нибудь отдельно. А Николай Фигнер – брат знаменитой народоволки Веры Фигнер, в молодости морской офицер, совершивший кругосветное плавание на корвете «Аскольд», а затем выдающийся русский тенор.
Третьим браком он был женат на сопрано Ренэ Радиной. Он умер в 1918 году в Киеве, а она уехала за границу и жила в Вене. Умерла в 1944-м, 72 лет от роду. Мне пока не удалось найти сведений об обстоятельствах ее смерти, но поскольку Ренэ Ефимовна была еврейкой, а Австрия – территорией Третьего рейха, трудно предполагать, что обстоятельства эти были спокойными.
Ренэ Радина-Фигнер тоже пела Лизу в «Пиковой». С нее и начнем. Ариозо из второй картины первого акта «Откуда эти слезы, зачем они?» Это Лиза поет ночью, наедине с собой, когда разошлись подруги, перед появлением Германа. Запись сделана в 1907 году.
Появляется Герман, вынимает пистолет и шантажирует Лизу своим самоубийством, а потом на коленях умоляет полюбить его. Николай Фигнер. Запись 1901 года. Делаем поправку на несовершенство звукозаписи того времени.
Графиня в своей спальне. Стоя за ширмами, Герман, как пишет Пушкин, стал «свидетелем отвратительных таинств ее туалета». Графиня вспоминает молодость, как она пела романс в замке Шантийи у принца Конде, и ее слушал король и «сама маркиза Помпадур». Графиня поет романс из оперы Андре Гретри «Ричард Львиное сердце». Маркиза де Помпадур при этом присутствовать никак не могла: премьера «Ричарда» состоялась в 1784 году – маркиза уже 10 с лишним была в могиле.
Герман в своей комнате в казармах с ужасом вспоминает погребение графини, как мертвая старуха подмигнула ему из гроба. А в это время за сценой звучит хор певчих. Это песнопение принято называть заупокойной молитвой, но в православной литургии такой молитвы нет и, если вслушаться, то это молитва о спасении его, Германа.
Господу молюся я, чтобы внял он печали моей,
Ибо зла исполнилась душа моя и страшусь я плененья адова.
О, воззри, Боже, на страдания ты раба своего.
Даждь жизнь ей бесконечную.
«Пиковая дама» - одна из самых популярных опер в мире. Ставят ее сегодня весьма оригинально. В постановке Льва Додина действие происходит в сумасшедшем доме. В спектакле Нидерландской национальной оперы участвует Петр Ильич собственной персоной, причем число Петров Ильичей по ходу действия многократно увеличивается. А в спектакле, показанном в этом году на Зальцбургском фестивале, детей в Летний сад привозят в клетках, вместо Екатерины II выкатывают на сцену громадный скелет, а гвардейские офицеры все с бородами, как Григорий Распутин, и в шубах мехом наружу. А мы еще переживали, что у Германа не тот мундир.
Композитор и музыковед Борис Асафьев написал поразительный анализ «Пиковой дамы». Он считал, что вся эта опера - молитва самого Чайковского, что этой оперой он «пел свою собственную отходную». Вот цитата:
Страшна его музыка, кощунственна и соблазнительна, в особенности для тех, кто верит в идею воскресения, в вечную весну, в победу любви и творческой силы. Колоссальная творческая энергия затрачена Чайковским на постепенное предание себя гробу.
Нам остается прослушать финал «Пиковой» – хор над трупом Германа:
Господь! Прости ему! И упокой
Его мятежную и измученную душу.
Далее в программе:
Отпуск в Болгарии: разговор о вине, коррупции, счастье и бабочках.
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:01:10"Наши современники".
Рассказывает 80-летняя крестьянка из Курской области.