Михаил Румер-Зараев: Причуды истории

У некоторых лидеров современного Израиля есть одна любопытная традиция. Приезжая с государственным визитом в Россию, они посещают тюрьмы, в которых советские времена сидели как сионистские диссиденты. В начале нулевых годов Натан Щаранский, нынешний председатель Еврейского агентства, а тогда вице-премьер правительства Израиля, под радостные ухмылки российских журналистов посетил Лефортово, где в конце 1970-х годов содержался как сионистский агент, американский шпион и изменник Родины. А в конце июня 2017 года в Бутырскую тюрьму в сопровождении членов парламентской делегации, которую он возглавлял, прибыл председатель кнессета Йоэль Эдельштейн, приехавший в Москву по приглашению председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко.

Тридцать три года назад 138-я камера этой знаменитой, старейшей в России тюрьмы, где, кстати, перед казнью содержался Емельян Пугачев, три месяца была домом перед отправкой Эдельштейна в таежный лагерь на лесоповал. Вина нынешнего спикера кнессета, преподавание иврита, считалась по тем временам вполне серьезной. Этот израильский политик – сын православного священника Георгия Эдельштейна, который крестился в 20-летнем возрасте, но был рукоположен после настойчивых просьб только в возрасте 47 лет. По вполне понятным причинам: еще будучи мирянином, Эдельштейн участвовал в диссидентском движении, подписывал письмо протеста против подавления властью прав и свобод верующих. Как пишет его отец, Йоэль (Юлий) был крещен в православной вере, ходил в церковь, но в 1979 году был арестован отец Дмитрий Дудко, к которому он был близок. Не выдержав кагэбэшного нажима, этот священник покаялся по телевидению, что произвело такое ужасное впечатление на Юлия, что он, по словам отца, упал в обморок. После этого обратился в иудаизм, изучил иврит, ходил в синагогу – и вскоре был арестован.

Отмотаем ленту воспоминаний на тридцать лет назад. Нынешний спикер кнессета в ту пору – советский зэк в ватнике и ушанке, катающий бревна в сибирской тайге. Нынешний председатель Совета Федерации (между прочим, третье лицо в российской государственной иерархии) – секретарь одного из ленинградских райкомов партии. Могли ли они встретиться в те времена да еще обмениваться любезностями? У каждого была своя дорога в жизни. У Эдельштейна – алия, отъезд в Израиль, создание вместе с Щаранским партии российских евреев "Исраэль ба-алия", избрание в парламент, министерские посты.

В российской тюрьме Йоэль Эдельштейн увидел настоящие чудеса либерализма

У Матвиенко биография сложилась по-другому: с партийной работы – на дипломатическую, посольство в Греции, в новые времена – вице-премьерство, губернаторство в Петербурге. Теперь Йоэль Эдельштейн преподносит председателю Совета Федерации букет цветов, и Матвиенко принимает подарок с благодарной улыбкой. Рутинное дело, так устроен современный мир: народные избранники разных стран должны общаться между собой. При этом Йоэль Эдельштейн женат на дочери Леонида Невзлина, одного из руководителей ЮКОСа, живущего с 2003 года в Израиле. В России Невзлин, ближайший соратник Михаила Ходорковского, заочно приговорен к пожизненному заключению по обвинению в совершении тяжких преступлений. В ответ на запрос России об экстрадиции Невзлина израильские власти ответили отказом.

Выступление в Совете Федерации Эдельштейн начал на иврите, но потом перешел на русский, что аудитория встретила с оживленным одобрением. В этом был двойной знак: не только указание на то, что иврит – официальный язык государства Израиль, но и многозначительное напоминание: за преподавание этого языка спикер некогда мотал срок в России. Между тем в речи Эдельштейна содержалось много такого, о чем этой аудитории наверняка слышать не хотелось. Он напомнил о злодейской сущности ХАМАС и "Хезболлы", которые Россия террористическими организациями не признает, об опасности, которую несет Тегеран, у которого с Москвой достаточно теплые отношения.

В Бутырской тюрьме израильского спикера ожидали сюрпризы – свежеокрашенная камера, рассчитанная не на сорок, как в его времена, а на двадцать человек. В камере – душ, не то что раньше, когда под скудную струйку воды раз в неделю ненадолго загоняли зэков. Вот какие чудеса либерализма увидел Йоэль Эдельштейн в российской тюрьме. Уверен, знания русского языка и русской истории ему с лихвой хватило для того, чтобы вспомнить значение слов "потемкинская деревня", и понять – к его приезду готовились.

Михаил Румер-Зараев – прозаик и публицист

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции