"Вас не расселят из коммуналок"

6 апреля муниципальный депутат Александра Андреева проводила собрание с жильцами своего района Лефортово. Ее схватила полиция, затолкала в машину, продержала несколько часов в отделении. Теперь ей грозит суд. На встречу она пришла с листовками и текстом законопроекта о реновации Москвы.

По ее словам, за несколько дней до этого ей стали звонить жители поселка Дангауэровка – это конструктивистский поселок около метро "Авиамоторная", объект культурного наследия. Построен в конце 20-х – начале 30-х годов.

– Жильцы стали рассказывать, что им из ГУИС, из управы присылают бумаги и просят собрать подписи по своему дому за реновацию, то есть за переселение в другие места, за выселение и за снос поселка, – рассказывает Андреева. – И одновременно стало известно, что представители "Единой России" и сочувствующие им граждане, в частности представители аппарата совета депутатов Лефортово, ходят по домам и всячески выманивают у жителей подписи за реновацию. При этом они не гнушаются ничем, они не гнушаются даже откровенным обманом. Они иногда прицельно ходят по коммунальным квартирам и рассказывают жителям коммуналок, что их якобы расселят в отдельные квартиры. Они рассказывают тем, кто живет в скученных условиях, что им улучшат жилищные условия. Они рассказывают, что людей переселят в районе Лефортово в новый жилой комплекс, который строится на территории промзоны "Серп и молот", – что, разумеется, не так, потому что это коммерческий жилой комплекс и бесплатно туда никто никого не переселит. И когда стало понятно, что это покушение на малоэтажный квартал, даже не на квартал, а на восемь кварталов рядом с метро "Авиамоторная", с целью их захвата под застройку, я решила провести встречу с жителями, чтобы рассказать, что собственно содержится в законе о реновации и чем им этот закон грозит. На встречу пришло достаточно много народу. Я просто встала на детской площадке, люди столпились вокруг, и я стала им рассказывать. Народ был настроен не агрессивно, конечно, но жители коммуналок были как минимум обеспокоены. Им тут пообещали, что их расселят в отдельные квартиры, а сейчас им излагают какую-то другую информацию. Поэтому для того чтобы народ воспринимал то, что написано в действительности, я просто зачитывала цитаты из закона. Я принесла анализ законопроекта, где были написаны различные пункты, касающиеся этого закона, и отвечала на их вопросы просто цитатами из документа. Например, куда переселят людей? Переселят их в соседний район. Будут ли жителям коммунальных квартир предоставлены отдельные квартиры? Нет, не будут. Сохранится ли у собственников собственность? Нет, не сохранится. Рассказывала, что дома для переселения будут построены без соблюдения санитарных, противопожарных и прочих норм и что это прямо прописано в законе. Что дома для переселения будут строиться без выделения земельных участков, то есть это самострой, и их в любой момент могут снести, а людей могут просто выкинуть на улицу. Я стояла и зачитывала фрагменты из проекта закона. Люди слушали с интересом. Когда группа из примерно сотни человек, настроенных изначально не очень дружелюбно, стоит и слушает молча – это дорогого стоит. Сзади бегали представители "Единой России" и те, кто жаждал прийти от них на предстоящие муниципальные выборы, пытались что-то выкрикивать, но их останавливали сами жители. Прошло, наверное, минут десять, я практически все рассказала, появились сотрудники полиции, поинтересовались, что здесь проходит. Я сказала, что происходит общение с жителями. Они заявили, что это собрание, что оно несанкционированное. Я им сказала, что вообще-то нужно внимательно читать 54-й федеральный закон. Если они заявляют, что это собрание, то собрание не подлежит никакому согласованию. Но они, тем не менее, продолжали кричать, что это незаконное собрание, потребовали прекратить незаконное публичное мероприятие. Я им сказала, что прекратить незаконное публичное мероприятие невозможно, здесь нет никакого незаконного публичного мероприятия, здесь люди стоят и разговаривают. В этом момент я уже собственно закончила излагать жителям то, что я хотела им сказать, достала листовки, достала подписные листы и стала их раздавать жителям. В этот момент меня внезапно схватили сзади двое, как потом выяснилось, людей в полицейской форме и просто поволокли к машине. Одновременно они, как я потом узнала, схватили еще одного молодого человека, который просто стоял рядом и вообще не сказал ни одного слова. Это местный активист Андрей Чивиков. Его очень жестко повалили на землю, надели наручники, наступили коленом на горло. Мне они пытались выкручивать руку. В результате нас просто кинули в полицейскую машину, увезли в полицейский участок. Продержали там часа три с половиной – четыре, оформили протоколы. Это, конечно, феерические были документы. Прямо в протоколе черным по белому написано, что я проводила незаконное собрание, незаконность которого заключалась в том, что оно не было согласовано с префектурой, а также собирала подписи против сноса "пяти-этажных" (так там написано) домов в городе Москве. То есть сбор подписей против сноса "пятиэтажных" домов в городе Москве, с точки зрения УВД Лефортово, является административным правонарушением.

– А на самом деле что гласит закон?

Александра Андреева

– Несколько месяцев назад, в конце 2016 года, были приняты поправки в закон о статусе депутата Мосгордумы и в закон о местном самоуправлении, где написано теперь, что встречи с депутатами, проходящие в формате публичного мероприятия, проводятся в соответствии с 54-м федеральным законом о митингах и шествиях и других публичных мероприятиях. Это сама по себе идиотская норма, конечно, но тем не менее. Так вот 54 федеральный закон гласит, что некоторые публичные мероприятия требуют не столько согласования, сколько уведомления орган исполнительной власти города Москвы, за исключением двух видов публичных мероприятий – это одиночный пикет и собрание. То есть собрание в соответствии с 54 федеральным законом о публичных мероприятиях никакого согласования не требует.

– Какие у вас есть права как у избранного представителя?

– Я бы сказала, что тут речь идет даже не о правах, а об обязанностях. Потому что депутат не просто имеет право встречаться с избирателями, он обязан встречаться с избирателями. Таким образом, полицейские, абсолютно незаконно, разумеется, прервав мою встречу с избирателями, воспрепятствовали исполнению моих депутатских обязанностей, что уже в свою очередь является административным правонарушением. Кроме того, что они нарушили мои права (это, может быть, даже менее важно), в больше степени важно, что они нарушили права граждан получить информацию от депутата. И много десятков граждан не смогли получить интересующую их информацию. Это, конечно, более возмутительная вещь.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Битва за пятиэтажки

– Александра, люди уже знают подробности того, как будет происходить так называемая реновация, хотя на самом деле подробностей не так много, кроме этого проекта закона, принятого еще только в первом чтении. Но уже все всё обсуждают: какие районы, какие дома, вся процедура, куда будут переселять, кто будет строить эти дома, в которые будут переселять. Появляются какие-то отрывочные сведения, например, о том, что эти дома, куда будут переселять, будут строиться в промзонах. Но ведь общего плана пока, по-моему, еще нет?

Если Собянин выбрал какую-то территорию, обвел ее ручкой на карте и сказал, что это зона реновации, то в этой зоне реновации можно строить сколь угодно высокие здания, сколь угодно близко друг к другу, сколько угодно поганого качества

– Естественно, никакого общего плана, общей программы еще нет, потому что закона еще нет. А сам законопроект не просто сырой, он чудовищнейшим образом противоречит всем нормам действующего законодательства, он противоречит конституции, противоречит жилищному кодексу, гражданскому кодексу, противоречит Европейской конвенции о правах человека. То есть этот законопроект пока позволяет Собянину просто по своему желанию взять ручку, обвести на карте Москвы любую территорию, хоть Кремль, и сказать: а это зона реновации. И дальше зона реновации получает фактически статус экстерриториальности, на ней перестают действовать законы Российской Федерации, на ней перестает действовать право собственности. Если дом находится в зоне реновации, то в течение двух месяцев человек обязан выехать из этого дома в то жилье, на которое ему укажут, без права выбора, допустим, между другой квартирой или другим жильем и денежной компенсацией. Причем неважно, собственник, не собственник, наниматель, не наниматель, коммуналка, отдельная квартира… Неважно! Просто как крепостные. Вам отправили письмо о том, что вы должны выехать, и в течение двух месяцев вы должны выехать. Если в течение двух месяцев человек не выехал, его выселяют по суду, причем это решение нельзя оспорить в части факта выселения, а можно оспорить только в той части, какую конуру вам предоставили – побольше или поменьше – взамен вашего жилья. Его нельзя оспорить даже в том случае, если в суде оспаривается сам факт сноса дома, что вообще полнейший бред и абсурд. Собственник при этом лишается своей собственности, потому что по законопроекту о реновации собственник обязан передать свою квартиру специальному фонду содействия реновации, взамен он получает не другую квартиру в собственность, а только обязательство, обещание, что когда-нибудь в будущем ему оформят эту новую квартиру в собственность. Но когда наступит это будущее, в законе не написано, срок вообще не определен. Единственное, что ему обещают, – это то, что новое предоставленное ему жилье будет таким же по количеству комнат, по жилой площади и по общей площади. Все. Вот тут я хочу обратить особое внимание тех, кто рассчитывает на улучшение жилищных условий, в частности, жителей коммуналок, которым рассказывают и которые надеются, что из коммуналок они поедут в отдельные квартиры. Нет, не поедете. Во-первых, этого пункта просто нет в законе, закон вам гарантирует метр в метр, и все. А во-вторых, в прошлую субботу было большое совещание в мэрии, где большой доклад представила заместитель Собянина Анастасия Ракова. Там было много дивных пунктов о том, что госпожа Ракова, например, считает совершенно недопустимым неуправляемые советы депутатов, органы местного самоуправления, под каковыми она подразумевает органы местного самоуправления, в которых есть хотя бы два-три независимых депутата. Она прямо дает управам распоряжение переписать лично и поименно всех избирателей, которые лояльны действующей власти. Но это отдельная история. А нас сейчас больше интересует то, что она сказала по поводу законопроекта о реновации. Так вот, она сказала прямым текстом, что в рамках реновации улучшения жилищных условий не будет – хоть 10 семей в одной квартире живет, хоть больной туберкулезом. И второе, что она сказала, что в рамках реновации не предполагается расселение коммуналок. То есть все, на что могли бы рассчитывать люди, которых действительно мог бы заинтересовать переезд в другое место из их нынешнего жилья, не будет осуществлено. Важнейшим пунктом является, что по законопроекту о реновации новое жилье как для переселенцев можно строить без соблюдения санитарных, противопожарных, экологических, строительных и прочих норм. Я понимаю, что это звучит как бред, но это написано в законе. Вот таков уровень этого, с позволения сказать, федерального нормативного акта. Но там написаны еще две чудовищные вещи. Первая чудовищная вещь – это то, что все строительство и в зонах реновации, и на тех территориях, где будут строить для переселенцев, можно вести без выделения земельных участков. Что это означает? Строительство без выделения земельного участка – это самострой. То есть над людьми, которые живут в доме, построенном без выделения земельного участка, всегда будет висеть дамоклов меч, что в любой момент, через год, через пять лет, через 10, 20 или 30 лет этот дом может быть признан самовольной постройкой, причем это может произойти необязательно в судебном порядке, это может быть даже административное решение, дом будет просто снесен, люди выброшены на улицу без всякой компенсации и без нового жилья. И вторая вещь, которая касается уже всего города: в зонах реновации отменяется не только действие права собственности, там отменяется вообще действие всех градостроительных ограничений. То есть в зонах реновации по этому законопроекту можно строить, не соблюдая требований Генерального плана, правил землепользования и застройки, проектов планировки. Что это значит в переводе на русский язык? Это значит, что если Собянин выбрал какую-то территорию, обвел ее ручкой на карте и сказал, что это зона реновации, то в этой зоне реновации можно строить сколь угодно высокие здания, сколь угодно близко друг к другу, сколько угодно поганого качества. Закон о реновации, кроме того, что он лишит права собственности, как заявлено, более полутора миллиона человек, он превратит малоэтажный, хороший, зеленый, уютный, комфортный для жизни город в бесконечные бетонные джунгли. Население Москвы увеличится на несколько миллионов человек, это приведет к полнейшему инфраструктурному, транспортному, социальному, экологическому коллапсу, то есть это просто уничтожение города. На мой взгляд, речь идет не просто о жадности отдельных строительных компаний, хотя это, конечно, так, если мы говорим о деятельности государственных чиновников, например, Собянина, который всячески это проталкивает, или тех депутатов от "Единой России", которые внесли этот законопроект. На мой взгляд, это просто антигосударственная деятельность, это разрушение основ государственности. Тут вообще следует обращаться, и я знаю, что некоторые граждане уже обратились, в соответствующие силовые структуры, чтобы они занялись проверкой, а что у нас происходит, почему у нас некоторые должностные лица разрушают основу государства.

– Тем не менее, Александра, плана нет, есть только законопроект, но то тут, то там, в тех же социальных сетях, возникают истории о том, что какой-то дом точно подлежит сносу, хотя не должен быть снесен, публикуются фотографии этих домов, рассказывается их история. Это дома не только хрущевской эпохи, это дома и более ранних застроек в Москве.

Разрушать такие дома – это преступление. Это преступление и с точки зрения российского уголовного кодекса, и с точки зрения российской и мировой культуры

– Это еще один момент, очень хорошо, что вы обратили на него внимание. Очень часто в прессе, во многих источниках закон о реновации называют то законом о пятиэтажках, то законом о хрущевках, то законом о ветхом и аварийном жилье и пытаются создать у людей такое впечатление, что этот закон о реновации существует для того, чтобы помочь наконец несчастным жителям ветхих и аварийных домов выехать из своих ветхих и аварийных домов, а чаще всего из хрущевок, и получить, наконец-то, новое комфортное жилье. Так вот надо четко понимать, что это не так. Это не закон о пятиэтажках, это не закон о хрущевках, это не закон о ветхом и аварийном жилье, ни одного из этих слов в законе нет. Закон позволяет снести абсолютно любое здание, независимо ни от чего, от его возраста, от его этажности, от его состояния, от мнения собственников или жителей. В нескольких районах Москвы известно, что представители управы приходили и настойчиво собирали подписи за снос, настойчиво требовали подписи за снос от жителей хороших сталинок, находящихся недалеко от метро или рядом с метро. Это, например, было в районе Южнопортовой и в районе Якиманка. В одном из районов, я знаю, жителей домов просто собрали сотрудники управы и сказали, что либо вы сейчас подписываетесь за снос и тогда останетесь в своем районе, конечно, в бетонной коробке, но в своем районе, либо вы отказываетесь, ваш дом признают аварийным и поедете в Новую Москву. Но самый вопиющий случай, на мой взгляд, произошел у нас в Лефортово, когда с начала апреля представители управы, ГУИСа, местной "Единой России" бегают высунув язык и собирают подписи за снос не где-нибудь, а по конструктивистскому поселку 30-х годов, по поселку Дангауэровка, который является объектом культурного наследия, снос которого является уголовным преступлением. И вот сейчас они пытаются выманить у жителей подписи за реновацию и за снос для того, чтобы под этим соусом снять с Дангауэровки статус объекта культурного наследия и снести. Да, некоторые дома там требуют ремонта, спору нет, собственно говоря, это капитальный ремонт, который стоит в плане, который должен быть выполнен и за который люди уже заплатили. Но в подавляющем большинстве дома великолепного качества, с полуметровыми кирпичными стенами, с отличной планировкой градостроительной, с отличной планировкой квартала, с хорошими квартирами. И разрушать такие дома – это преступление. Это преступление и с точки зрения российского уголовного кодекса, и с точки зрения российской и мировой культуры, – говорит муниципальный депутат.

Александра Андреева – не единственный человек, выступающий против реновационных планов мэра Москвы Собянина, которая подверглась давлению. 19 апреля неизвестные напали на администратора странички в "Фейсбуке" "Москвичи против сноса" Кэри Гугенбергер. 21 апреля депутат Госдумы от КПРФ Сергей Шаргунов в "Фейсбуке" сообщил, что странным образом загорелась его квартира. А 28 апреля было совершено нападение на активистку партии "Яблоко" Наталью Федорову – ей плеснули в лицо химической жидкостью. 20 апреля Федорова вышла с пикетом против реновации Москвы.