Российские власти неоднократно оправдывали войну против Украины, сравнивая ее со Второй мировой войной, а свои действия — с участием СССР в антигитлеровской коалиции. Государство присвоило себе право на прошлое и активно переписывает историю. В ходе государственной войны за войну власти начали активнее эксплуатировать законодательство, которое предполагает ответственность несогласных с официальной интерпретаций событий Второй мировой войны. Тем не менее, к маю 2025 года количество подобных уголовных дел, связанных с оскорблением памяти, согласно нашим данным, существенно ниже числа антивоенных преследований с 2022 года.
Возникновение в России законодательства, предполагающего ответственность за определенные высказывания на исторические темы, и последовавшие за ним преследования из-за высказываний о Великой Отечественной войне могут быть связаны с сакральным значением этих исторических событий для россиян, предполагают правозащитники в разговоре с ОВД-Инфо.
Так, по мнению юристки «Мемориала» Натальи Морозовой, День Победы и его празднование в постсоветской России, как считают исследователи Московской высшей школы социальных и экономических наук, должны были стать той общей идеей, «гражданской религией», которая связывает граждан своими символами и ценностями. Более того, это закрепили в Конституции во время внесения поправок в июле 2020 года (часть 3 статьи 67.1), отмечает Морозова. По ее мнению, у культа празднования Дня Победы быстро возникли собственные «сакральные вещи», как и у любой другой «гражданской религии».
«Так, государство прибрало к рукам акцию „Бессмертный полк“, превратив ее из классической низовой инициативы в обязательный „крестный ход“ с портретами „новых святых“ — ветеранов. Местами культа стали памятники, посвященные победе СССР во Второй мировой войне. „Священным писанием“ — приговор Международного военного трибунала и правдивые „сведения о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, о ветеранах Великой Отечественной войны“, посвященные только Победе, но не деятельности СССР с 1939 по 1941 годы. „Осквернение“ любого из подобных государственных элементов, связанных с Великой Отечественной войной, карается законом», — добавляет юристка «Мемориала».
«Мемориальные законы» — это законы, запрещающие отрицать те или иные исторические события. Термин пришел из Франции, где в 1990 году приняли так называемый закон Гэссо, впервые вводящий уголовное наказание за отрицание Холокоста. Текст закона разработал французский коммунист Жан-Клод Гэссо, который предложил его после дела Робера Фориссона, отрицавшего существование газовых камер.
Впоследствии парламенты Бельгии, Швейцарии и некоторых других европейских стран последовали примеру Франции и приняли аналогичные законы в течение следующих 20 лет, а в 2008 году Европейский союз принял Рамочное решение, обязывающее все страны — члены объединения ввести уголовную ответственность за отрицание Холокоста и других геноцидов. Политики и исследователи продолжают спорить о правомерности этих законов: противники мемориального законодательства считают, что оно посягает на свободу выражения личного мнения.
В первый раз российские власти попытались принять собственный мемориальный закон в мае 2009 года в ответ на законы памяти стран Балтии и Украины, принятые в 2004–2008 годах и утверждающие преступную природу советского режима или приравнивающие нацистскую и советскую оккупации. В первоначальной редакции российского закона уголовная ответственность предусматривалась за «искажение решений Нюрнбергского трибунала или решений национальных судов, вынесенных на основе Нюрнбергского трибунала», «объявление преступными действий государств-членов антигитлеровской коалиции» и «одобрение или отрицание существования нацистских преступлений против мира и безопасности человечества».
Хотя законопроект в таком виде действительно был похож на существующие мемориальные законы в европейских странах, он вызвал критику со стороны правозащитников и историков. Согласно их опасениям, нечеткие формулировки закона могли привести к запрету исторических исследований. Правительство также раскритиковало текст законопроекта и резюмировало, что он «требует существенной доработки». Тогда же президент Медведев создал «комиссию по противодействию фальсификации истории в ущерб интересам России» для того, чтобы регулирования официальной государственной трактовки исторический событий на фоне отсутствующего соответствующего закона. В ответ на это ОБСЕ приняла Вильнюсскую декларацию, которая приравнивала нацистский и сталинский режимы и призывала государства выступить «единым фронтом против всех форм тоталитаризма, независимо от их идеологической основы», продолжив таким образом «войны памяти».
В России принятие закона на некоторое время отложили, однако в конце февраля 2014 года депутат Госдумы Ирина Яровая вернула вопрос мемориального законодательства в повестку. Тогда депутаты отметили, что к этому шагу их подтолкнул конфликт вокруг телеканала «Дождь» в январе того же года. По словам авторов законопроекта, подобный закон уже существовал во многих европейских странах. Впоследствии принятый мемориальный закон закрепил статью о реабилитации нацизма (статья 354.1 УК) и квалифицировал четыре различных преступления:
Согласно докладу «Преступления против истории» Григория Вайпана и Ильи Нузова, с 2015 по 2019 годы российские суды вынесли 25 обвинительных приговоров по статье о реабилитации нацизма. Большинство фигурантов обвиняли в том, что они упоминали международные преступления СССР с 1939 по 1945 годы, сомневались в официальной версии о роли Советского Союза во Второй мировой войне, а также, критикуя действия нынешних российских властей, проводили аналогии между современностью и историческими событиями тех лет. При этом единственный оправдательный приговор был вынесен по делу жителя Перми Романа Юшкова, который отрицал Холокост. Юшков назвал оценку жертв Холокоста в шесть миллионов человек «великим обманом», а сами события — «бесстыдной разводкой для гоев, немецких, русских и всех прочих по списку».
В общей сложности мы обнаружили 212 преследований, инициированных в рамках уголовных дел о реабилитации нацизма, инициированных с 2022 года. В этот перечень попали преследования, фигуранты которых, вероятно, не стремились пропагандировать нацистские ценности, а их действия могли бы быть расценены иначе, если бы в России не действовали мемориальные законы в актуальной формулировке.
Самым распространенным обвинением (как минимум 89 фигурантов уголовных дел за три года) стало осквернение памятников, связанных со Второй мировой войной. Эти дела, в свою очередь, разделяются на две неравные подгруппы — случаи необдуманного осквернения мемориалов Великой Отечественной войны (78 фигурантов), и так называемое семиотическое партизанство (11 фигурантов) — антивоенные акции с использованием символики Великой Отечественной войны.
Самые распространенные обвинения по статье о реабилитации нацизма (354.1 УК) связаны с осквернением памятников Второй мировой войны. Большинству фигурантов вменяют реабилитацию нацизма из-за:
После 2014 года власти начали придавать больше значения неуважительному взаимодействию с Вечным огнем, чем до принятия мемориального законодательства. Кроме того, вместе с этим выросла и значимость их преследования для государства, из-за чего наказание для фигурантов подобных дел также ужесточилось. Вероятно, до принятия мемориальных законов силовики могли расценить непреднамеренное осквернение мемориала как вандализм (статья 214 УК), но теперь в большинстве известных случаев подобные действия влекут за собой дело о реабилитации нацизма.
Важно в очередной раз подчеркнуть, что полнотой информации о таких делах мы не обладаем. В частности, во многих новостях о непреднамеренном осквернении мемориалов Великой Отечественной войны не уточняется, возбудили ли силовики дело. В то же время известно как минимум об одном случае 2021 года, когда жителя Химок (Московская область) обвинили только в вандализме после того, как он выкинул телевизор в Вечный огонь.
Первоначально дело о вандализме также возбудили и против бездомного мужчины в Миассе в Челябинской области, который грелся и сушил свои вещи у мемориала «Скорбящая мать». Тогда он подбрасывал в огонь пластмассовые венки, которые расплавились и испортили звезду мемориала. Дело переквалифицировали на реабилитацию нацизма только после того, как об этом происшествии написали местные СМИ и историей заинтересовался Следственный комитет.
Еще один известный случай произошел в том же году: 19-летнего блогера Матвея Юферова приговорили к четырем годам лишения свободы за то, что он помочился на стенд с портретом ветерана Великой Отечественной войны. Как правило, в материалах таких дел говорится, что фигуранты намеренно пытались оскорбить историческую память, однако суды никак не объясняют, как они пришли к выводу о наличии прямого умысла. Например, в деле жителя Йошкар-Олы Дениса Давыдова, приговоренного к трем годам колонии строгого режима за то, что он выкинул окурок в факел Вечного огня, говорится, что он «встал на квадратный постамент из чёрного гранита, являющийся неотъемлемой частью монумента, двигаясь по нему, подошёл к пятиконечной звезде в центре монумента, ставил на нее ноги в обуви», «желая публично продемонстрировать свое превосходство над окружающими и циничное пренебрежение нормами морали и нравственности». Практически во всех приговорах отмечается, что фигуранты находились в состоянии алкогольного опьянения.
Силовики также вменяют реабилитацию нацизма из-за критики мемориалов или из-за арт-объектов, связанных с Великой Отечественной войной. Так, башкортостанского блогера Расула Ахияретдинова приговорили к году исправительных работ за ролик 2024 года, в котором он, стоя на Мамаевом кургане в Волгограде, обращается к Владимиру Путину с просьбой одеть поскромнее памятник «Родина-мать зовет!». В 2022 году дело об оскорблении символов воинской славы возбудили против акциониста Олега Кулика из-за скульптуры «Большая мать» после того, как на нее пожаловались депутат Госдумы Елена Ямпольская, писатель Захар Прилепин и Александр Хинштейн, который в тот момент занимал пост депутата Госдумы. По их мнению, в произведении Кулик изобразил пародию на все тот же монумент «Родина-мать зовет!». Дальнейшее движение этого дела нам неизвестно.
В некоторых случаях фигурантами таких дел становились люди, которые могли не подозревать о сакральном значении мемориалов Великой Отечественной войны для россиян. Например, трех граждан Турции, которые «вытирали и отряхивали ноги в обуви о поверхность постамента монумента „Вечный огонь“, приговорили к году лишения свободы в колонии-поселении каждого.
В то время как президент России, представители российских официальных ведомств, контролируемые государством СМИ и военкоры последовательно сравнивают боевые действия в Украине с Великой Отечественной войной, несогласные с войной россияне фактически прибегали к таким же параллелям, используя официальные памятники, посвященные Второй мировой войне, чтобы продемонстрировать свой протест. В результате мемориальные законы стали использоваться и для преследования антивоенных активистов.
Нам известно о как минимум 11 случаях преследования семиотических партизан, которые взаимодействовали с символикой Великой Отечественной войны для того, чтобы высказаться против вторжения в Украину. Среди фигурантов подобных дел — жительница Казани Зульфия Ситдикова, осужденная на два года условно из-за плакатов «Нет войне» и «9 wая». Помимо реабилитации нацизма, ее также обвинили в «дискредитации» российской армии (статья 280.3 УК).
Силовики также инициировали уголовные преследования в рамках дел о реабилитации нацизма, косвенно связанных с полномасштабной войной в Украине.
В июне 2023 года силовики возбудили уголовное дело о реабилитации нацизма против доцента Института истории СПбГУ Михаила Белоусова. Его обвинили в отрицании фактов, установленных Нюрнбергским трибуналом, и распространении заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны. По версии следствия, преподаватель «отрицал связи между расовой теорией Гитлера и ходом Великой Отечественной войны» и видел «признаки фальсификации истории в некоторых темах» об этой войне.
За несколько дней до этого Белоусова уволили из вуза. Ранее провоенные активисты обвинили преподавателя в высказываниях о том, что использовать «свошную» символику можно только в рамках постиронии, а «прямое и открытое одобрение рашизма омерзительно». Предположительно, историк написал это в телеграме после того, как в университете установили стихийный мемориал студенту, погибшему на войне в Украине.
Сразу два уголовных дела о реабилитации нацизма возбудили против историка Тамары Эйдельман, которая публично выступила против вторжения в Украину. По версии московской прокуратуры, на ее канале опубликованы видео, в которых она выразила «явное неуважение ко дню воинской славы России и памятной дате России, связанной с защитой Отечества», а также оскорбила память защитников Отечества. О каком именно из около тысячи роликов на канале Эйдельман идет речь, не уточнялось. Что стало причиной для возбуждения второго дела, также неизвестно.
Еще одна распространенная группа дел об оскорблении исторической памяти связана с людьми, которые массово загружали фото нацистов на сайт движения «Бессмертный полк» 2020–2023 годах. Поток таких дел объясняется тем, что из-за пандемии коронавируса и последовавшим за ним карантином акцию «Бессмертный полк» пришлось проводить онлайн, когда россиянам предложили загрузить на сайт мероприятия портрет родственника-ветерана. Накануне акций неизвестные начали массово загружать портреты Адольфа Гитлера, Генриха Гиммлера и других людей, связанных с Третьим рейхом.
По словам руководителя движения «Бессмертный полк», из-за этого модераторы удалили около 20 тысяч анкет. Впоследствии сотрудники Следственного комитета установили IP-адреса людей, опубликовавших фотографии на сайте движения. Нескольких из них оштрафовали, другим назначили обязательные и принудительные работы, однако одиннадцать дел, возбужденных в 2020 году и дошедших до 2022 года, были прекращены в связи с истечением сроков давности. Более суровый исход дела был у жителя Тюмени Дэвида Эйхендорфа, который тоже пытался загрузить портрет Гитлера на сайт «Бессмертного полка». Мужчину, которого также обвинили в распространении фейков о российской армии, приговорили к 6,5 месяцам колонии-поселения.
Насколько известно, ни один из фигурантов дел о реабилитации нацизма, связанных с сайтом «Бессмертного полка», не сопровождал загрузку фотографий высказываниями, одобряющими нацизм или отрицающими нацистские преступления.
После 2022 года еще одним поводом для преследования людей в России стало взаимодействие с георгиевской лентой, получившей статус символа воинской славы. Так, против жителя Брянской области Александра Кошечко возбудили уголовное дело об осквернении символов воинской славы России (часть 3 статьи 354.1 УК) после того, как его обвинили в том, что он сорвал с бушлата военнослужащего георгиевскую ленту, втоптал ее в грязь и «произнес фразы оскорбительного характера» в состоянии алкогольного опьянения. Позже суд вынес оправдательный приговор из-за того, что, на видеозаписи не было видно самой ленты, закрепленной на бушлате.
Преследование Кошечко — одно из 18 известных нам дел, возбужденных из-за осквернения георгиевской ленты. В некоторых случаях фигуранты подобных дел использовали георгиевскую ленту для того, чтобы раскритиковать действия российских властей, использовавших ее в качестве одного из символов войны в Украине. Поводами для возбуждения дела становились:
За время действия мемориального законодательства силовики инициировали как минимум 32 уголовных преследования людей, которые критиковали государственные мероприятия, посвященные Дню Победы. По известным нам данным, большинство из них (18 случаев) приходится на членов движения «Весна», которых в рамках одного коллективного дела обвинили в распространении неуважительных сведений о днях воинской славы.
К распространению «неуважительных сведений о 9 мая» силовики также отнесли пост жителя Рязанской области о том, что праздник «дискредитирован», так как из дня памяти о «национальной катастрофе» и «деградации генофонда» этот день превратился в «страшную оргию, праздник смерти». Мужчину приговорили к году принудительных работ.
Другого фигуранта дела о реабилитации нацизма приговорили к двум годам принудительных работ за репост публикации «Феминистского Антивоенного Сопротивления», в котором активистки раскритиковали культ Победы на фоне российской агрессии в Украине и объявили о проведении альтернативных траурных акций на 9 мая.
В российское мемориальное законодательство также входят две административные статьи:
В отдельных случаях силовики используют эти статьи для преследования россиян, открыто выступивших против властей, однако нам также известно о случаях, когда фигуранты подобных дел искренне высказывали свое мнение о советской политике времен Великой Отечественной войны.
Статью о сравнении СССР и Третьего рейха в ходе Второй мировой войны применяют относительно редко. К маю 2025 года известно об 11 административных делах, заведенных по этой статье. Два из них были инициированы против одного и того же человека.
Власти использовали мемориальное законодательство для давления на политических активистов, также преследуя их в рамках административных дел о пропаганде и демонстрации демонстрации нацистской атрибутики (статья 20.3 КоАП).
В частности, в декабре 2021 года участницу Pussy Riot и бывшую муниципальную депутатку Люсю Штейн признали виновной в демонстрации нацистской символики и арестовали ее на 14 суток из-за публикации скриншота с чужого видео, в котором ей пририсовали нацистскую фуражку.
Через несколько месяцев, в феврале 2022 года, другую участницу Pussy Riot Марию Алехину также арестовали на 15 суток. Ее признали виновной в демонстрации нацистской символики за пост 2015 года в инстаграме c фотографией трех девушек в хиджабах. Алехина подписала публикацию индийскими символами, которые были похожи на изображение свастики.
В общей сложности нам известно как минимум о 176 административных делах, фигурантов которых безосновательно обвинили в демонстрации нацистской символики. В некоторых случаях, как с участницей Pussy Riot, россиян преследовали из-за критики властей. Например, не менее 17 преследований инициировали из-за людей, опубликовавших сатирические изображения Владимира Путина в нацистской символике.
В других случаях преследования из-за демонстрации нацистской символики инициировали по откровенно абсурдным причинам. Так, в апреле 2022 года Ельнинский районный суд Смоленской области оштрафовал местного жителя на тысячу рублей за то, что в 2019 году он опубликовал во «ВКонтакте» отрывок из мультфильма «Том и Джерри», в котором кот был одет в нацистскую форму.
Помимо людей, ненамеренно осквернивших мемориалы Великой Отечественной войны или использовавших ее символику для критики вторжения в Украину, власти также инициировали преследование историков, которые публично высказывались о спорных действиях властей и военных в СССР. Преследование некоторых из специалистов, в частности, связаны с тем, что они исследовали тему сталинских репрессий и косвенно касались событий Великой Отечественной войны.
В марте 2023 года в отношении «неустановленных сотрудников» уже ликвидированного «Международного Мемориала» возбудили уголовное дело о реабилитации нацизма. По этому делу 21 марта у восьми сотрудников прошли обыски. Никому из них до сих пор не предъявили обвинение, однако силовики не прекратили дело.
Фото последствий обыска 21 марта 2023 года в московском офисе «Мемориала»
Поводом для преследования неустановленных сотрудников «Мемориала» стали кейсы трех людей, которых организация включила в базу «Жертвы политического террора в СССР». Один из них, Рудольф Наймиллер, попал в базу данных как «спецпоселенец», перемещенный из Одесской области сразу после войны. Без доступа к архивам невозможно сказать, был ли он перемещен как этнический немец или как коллаборант. Дело против «Мемориала» может быть связано с тем, что в архиве УФСБ по Архангельской области хранится уголовное дело против Наймиллера, однако оно было полностью засекречено до 2021 года.
Петр Двойных и Петр Долженков попали в базу «Мемориала», потому что их имена фигурируют в четвертом томе «Книги памяти жертв политических и административных репрессий Татарстана». Оба умерли в казанских колониях во второй половине 1940-х, однако доступа к их делам у историков нет до сих пор.
Помимо профессиональных историков и исследователей, силовики подвергли преследованию более десятка человек, которые сравнивали роли Иосифа Сталина и Адольфа Гитлера во Второй мировой войне.
Помимо прямого преследования историки также сталкиваются с другим видом государственного давления, например, присвоением негативных статусов. Власти присваивали негативные статусы историкам не так активно, как другим профессиональным группам, регулярно сталкивавшимся с государственным давлением, например, журналистам.
С февраля 2022 года Минюст включил в реестр «иностранных агентов» девять профессиональных историков и исследователей, специализирующихся на российской истории, пять из которых были аффилированы с «Мемориалом»:
Все историки, получившие статус «иноагента», так или иначе освещали государственные преступления СССР, в частности сталинские репрессии. Вероятно, включение историков в реестр «Минюста» напрямую не связано с высказываниями о Великой Отечественной войной, так как все девять «иноагентов» так или иначе освещали государственные преступления СССР, в частности, сталинские репрессии. В то же время невозможно точно сказать, что именно стало причиной присвоения этого статуса, учитывая широкую трактовку закона и антивоенные высказывания некоторых из исследователей.
Из-за широких формулировок современных российских мемориальных законов силовики начали обвинять в уголовно наказуемой реабилитации нацизма людей, которые вероятно не пытались пропагандировать ценности Третьего рейха. Фигурантами подобных дел становились люди, ненамеренно осквернившие памятники Великой Отечественной войне: бездомные, россияне, отдыхающие у мемориальных объектов, вандалы или случайные туристы.
В будущем число фигурантов дел о реабилитации нацизма, инициированных из-за ненамеренного оскорбления исторической памяти, может вырасти. В июне 2025 года в Госдуме начали обсуждать предложение Генпрокуратуры снизить возраст уголовной ответственности за уничтожение или повреждение памятников воинской славы с 16 до 14 лет. Так, по данным Минюста, за большую часть случаев осквернения памятников с 2022 года были ответственны подростки, однако их точный возраст и обстоятельства повреждения мемориалов неизвестны.
Фигурантами дел о реабилитации нацизма также становились активисты, которые использовали символику Великой Отечественной войны, для критики полномасштабного вторжения в Украину из-за того, что власти и пропагандисты эксплуатировали ее для оправдания боевых действий. На фоне войны в Украине в оскорблении исторической памяти также обвинили и историков, рассказавоваших о событиях Великой Отечественной.
Силовики также эксплуатировали мемориальное законодательство для того, чтобы оказать давление на политических активистов, в то время как суды безосновательно признавали их виновными в демонстрации нацистской символики.
В оставшихся случаях преследования, связанные с оскорблением памяти, нередко были инициированы из-за того, что россияне публично высказывали альтернативные точки зрения о Великой Отечественной войне и праздновании Дня Победы, которые не соответствовали официальной государственной позиции. Кроме того, жертвами давления властей и силовиков становились историки и исследователи, которые косвенно касались темы Великой Отечественной войны в ходе изучения темы репрессий в СССР.
Материал был подготовлен совместно с юристкой ЦЗПЧ «Мемориал» Натальей Морозовой