Путь далек до Окинавы: Президенту не придется ждать милостей от западных кредиторов

В МИНУВШИЙ понедельник Владимир Путин загодя отправился на саммит «восьмерки», приурочив к нему визиты в Китай и Северную Корею. В Китае Владимира Путина ждали долго. Борис Ельцин еще в конце прошлого года пообещал, будучи в Пекине, что в январе 2000-го подошлет сюда премьер-министра Путина, который обеспечит прорыв на российско-китайском направлении. Но, став президентом, Владимир Путин предпочел сначала продемонстрировать приверженность европейским ценностям. Китайская сторона сделала вид, что этого не заметила. В соответствии с протоколом высокого гостя в Пекине встречали маршем почетного караула, 21 залпом из пушек, обращались к нему «Ваше превосходительство». Но российский президент почему-то выглядел расстроенным, если не сказать мрачным. Сопровождавшие его чиновники списывали настроение патрона на то, что в Пекине «душно, жарко и глаза слепит солнце». Если учесть, что почти все время Владимир Путин проводил в кондиционированных залах Дома народных собраний, а солнце плотно укутали облака, объяснения звучали малоубедительно. Неулыбчивость московского гостя компенсировалась многочисленностью свиты. Шесть федеральных министров, губернаторы, депутаты, сотрудники президентской администрации сопровождали Путина по Пекину кортежем из 37 лимузинов. В поте лица успели обсудить огромный круг вопросов. Министр атомной энергетики Адамов, оценивая результаты своих переговоров с китайскими коллегами, поднял большой палец вверх и заверил, что реактор на быстрых нейтронах, который построят в Пекинском научном институте с помощью России, есть только в Японии и нигде больше. А министр образования Филиппов на все лады рекламировал центр конфуцианства, который вскоре откроется в Москве. «Ничего подобного в Европе нет!» - восклицал министр. Правда, относительно запланированного еще Борисом Ельциным прорыва на российско-китайском направлении даже вежливые китайские наблюдатели к мажорной терминологии не прибегали. Подписанные в Пекине соглашения по газу, нефти и атомной энергетике - всего лишь протоколы о намерениях. А документы, например, по Ковыктинскому месторождению и транспортировке газа из Восточной Сибири в КНР подписывались еще в 1997 году, во время визита Ельцина. И точно так же российская делегация рапортовала тогда о достигнутых успехах. Впрочем, Россия и Китай в один голос осудили американские планы по созданию американцами системы национальной противоракетной обороны. В решающей степени этими планами продиктован и заезд Путина в Пхеньян. В кулуарных разговорах эксперты из российской делегации, сопровождающие Владимира Путина в поездке, дали понять, что других интересов, кроме противодействия американской программе, в Северной Корее у нас нет. Но и эта попытка стоила российскому президенту много нервов. «Найти общий язык с нынешним вождем корейского народа Ким Чен Иром очень трудно. Во-первых, у него совершенно иной менталитет. Например, он ни разу в жизни не общался с иностранными корреспондентами. Для российских журналистов тоже не было сделано исключение. Представителям западных СМИ корейская сторона вообще в аккредитации отказала. Во-вторых, у северных корейцев глубоко укоренившиеся паразитизм и иждивенство в отношении России, будь то продовольственная помощь или бюджетные ассигнования. Но мы не настроены ничего им безвозмездно давать», - сказал обозревателю «ОГ» высокопоставленный чиновник из администрации президента. На Окинаве главы государств индустриально развитых стран попросят Владимира Путина поделиться впечатлениями от Северной Кореи, где никто из них не был и вряд ли скоро окажется.

В МИНУВШИЙ понедельник Владимир Путин загодя отправился на саммит «восьмерки», приурочив к нему визиты в Китай и Северную Корею.

В Китае Владимира Путина ждали долго. Борис Ельцин еще в конце прошлого года пообещал, будучи в Пекине, что в январе 2000-го подошлет сюда премьер-министра Путина, который обеспечит прорыв на российско-китайском направлении. Но, став президентом, Владимир Путин предпочел сначала продемонстрировать приверженность европейским ценностям. Китайская сторона сделала вид, что этого не заметила.

В соответствии с протоколом высокого гостя в Пекине встречали маршем почетного караула, 21 залпом из пушек, обращались к нему «Ваше превосходительство». Но российский президент почему-то выглядел расстроенным, если не сказать мрачным. Сопровождавшие его чиновники списывали настроение патрона на то, что в Пекине «душно, жарко и глаза слепит солнце». Если учесть, что почти все время Владимир Путин проводил в кондиционированных залах Дома народных собраний, а солнце плотно укутали облака, объяснения звучали малоубедительно.

Неулыбчивость московского гостя компенсировалась многочисленностью свиты. Шесть федеральных министров, губернаторы, депутаты, сотрудники президентской администрации сопровождали Путина по Пекину кортежем из 37 лимузинов. В поте лица успели обсудить огромный круг вопросов. Министр атомной энергетики Адамов, оценивая результаты своих переговоров с китайскими коллегами, поднял большой палец вверх и заверил, что реактор на быстрых нейтронах, который построят в Пекинском научном институте с помощью России, есть только в Японии и нигде больше. А министр образования Филиппов на все лады рекламировал центр конфуцианства, который вскоре откроется в Москве. «Ничего подобного в Европе нет!» - восклицал министр.

Правда, относительно запланированного еще Борисом Ельциным прорыва на российско-китайском направлении даже вежливые китайские наблюдатели к мажорной терминологии не прибегали. Подписанные в Пекине соглашения по газу, нефти и атомной энергетике - всего лишь протоколы о намерениях. А документы, например, по Ковыктинскому месторождению и транспортировке газа из Восточной Сибири в КНР подписывались еще в 1997 году, во время визита Ельцина. И точно так же российская делегация рапортовала тогда о достигнутых успехах.

Впрочем, Россия и Китай в один голос осудили американские планы по созданию американцами системы национальной противоракетной обороны. В решающей степени этими планами продиктован и заезд Путина в Пхеньян. В кулуарных разговорах эксперты из российской делегации, сопровождающие Владимира Путина в поездке, дали понять, что других интересов, кроме противодействия американской программе, в Северной Корее у нас нет. Но и эта попытка стоила российскому президенту много нервов. «Найти общий язык с нынешним вождем корейского народа Ким Чен Иром очень трудно. Во-первых, у него совершенно иной менталитет. Например, он ни разу в жизни не общался с иностранными корреспондентами. Для российских журналистов тоже не было сделано исключение. Представителям западных СМИ корейская сторона вообще в аккредитации отказала. Во-вторых, у северных корейцев глубоко укоренившиеся паразитизм и иждивенство в отношении России, будь то продовольственная помощь или бюджетные ассигнования. Но мы не настроены ничего им безвозмездно давать», - сказал обозревателю «ОГ» высокопоставленный чиновник из администрации президента.

На Окинаве главы государств индустриально развитых стран попросят Владимира Путина поделиться впечатлениями от Северной Кореи, где никто из них не был и вряд ли скоро окажется.