Александр Башлачев: Человек честный

В название спектакля вынесена цитата из интервью Александра Башлачева: "Как я себя величаю? Я – человек поющий". "Человек поющий" – так назван и сайт, сделанный молодым петербургским ученым и драматургом Львом Наумовым и посвященный Башлачеву.

В программке спектакля дано краткое жизнеописание: "Башлачев – русский поэт, автор и исполнитель песен, ярчайший представитель русского рока. Родился в 1960-м году в Череповце,... погиб 17 февраля 1988 года, шагнув из окна восьмого этажа". Главная деталь сценического убранства – окна, закрашенные черной краской, по ней процарапаны строки стихов.

Одна из них: "Я хочу дожить, хочу увидеть время, когда мои песни станут не нужны". Судя по скоплению молодежи на спектакле Большого театра кукол, время это наступит совсем не скоро. Да и заняты в постановке совсем молодые актеры, недавние выпускники курса Руслана Кудашова ( СПГАТи). На вопрос, когда сам режиссер познакомился с творчеством Башлачева, он отвечает:

– В тот год, когда он погиб. Я был "волосатым" человеком, в нашей компании музыка крутилась, вертелась. С того времени и до сегодняшнего дня Башлачев влияет на меня. Сначала было хорошо от мысли, что мои студенты попробуют окунуться в это, а получится спектакль или нет казалось делом десятым. Потом, когда стал появляться спектакль, цель изменилась. Хотя он не имеет формы обычного спектакля, но это и не концерт. Не хотелось бы, чтобы его воспринимали, как концерт...

Руслан Кудашов был хиппи, молодые актеры на "волосатых" не похожи. На это замечание режиссер реагирует так:

- Они такие же нищие, как хипари, потому что зарплаты получают нищенские. И потом они настоящие бессребреники, им действительно "ближе к телу сума". Они практически такие же, как тот народ был...

"Новые бессребреники" в течение двух часов исполняют 27 композиций на стихи Башлачева: от самых ранних, трогательных и смешных, до поздних, трагических. Лучше всего удаются те, в которых есть признаки жанровых зарисовок: "Королева бутербродов", "Музыкант", "Песенка на лесенке", "Галактика", "Трагикомический роман".

Сложные поэтические притчи и баллады Башлачева в спектакле кажутся сентиментальными, патетичными, исключительно христианскими (сантименты и патетика Башлачеву были чужды, пропорции христианской и языческой образности в его творчестве – иные). Но с самой мучительной балладой – "Ванюшей" – Сергей Беспалов совладал.

Гитара – вечный спутник СашБаша – в спектакле появляется не так уж часто, большая часть песен переложена для рояля (концертмейстер Регина Черткова), изредка вступает балалайка. Башлачев на гитаре играл плохо, скорее, бил по струнам, при этом, обнажая ритмическую природу песни. В спектакле очевидней природа мелодическая. Это уводит Башлачева от рок-культуры к городскому романсу, плачу или колыбельной.

Актеры немного читают стихи без музыкального сопровождения, иногда звучит речитатив, чаще поют – есть и хор, и дуэты, и трио, и соло. В некоторых сценах один исполнитель говорит разными голосами за нескольких персонажей, в других – песни разложены на несколько голосов, и актеры вступают друг с другом в партнерские отношения. Некоторые композиции отданы женщинам, тогда, например, вместо "я повис на телефонном шнуре", поют: " я повисла". Правда, стихотворение "Поезд номер 193" заканчивается словами, которые женщине решительно не подходят: "Это я, это твой неизвестный солдат". Иногда песни немного сокращены, иногда, напротив, актерами от себя добавлены необязательные, прозаические слова.

Актеры выбирали тексты по собственному усмотрению, режиссеры (Руслан Кудашов и Павел Григорьев), видимо, с этими предпочтениями (в основном) соглашались, и правильно делали, потому что – говорит Дмитрий Чупахин – "играть" песни Башлачева не получается:

– Вот Денис Казачук точно сказал, что Башлачев был честный поэт, по отношению к самому себе честный. Это заставляет и нас быть честными, не только на сцене. Его песни можно только прожить (как он сам написал). Поэтому, когда выходишь на сцену и начинаешь играть (хотя ты – актер, это твоя профессия), слышишь фальшь. Приходится "отключать" в себе актера и принимать эти стихи очень близко к себе. Выходишь каждый раз на сцену и пытаешься их прожить. Потом уходишь со сцены, мы – слабые люди, так или иначе, начинаешь в жизни врать. И, благодаря Башлачеву, себя на этом вранье ловишь, – говорит Дмитрий Чупахин.

Поэзия Башлачева, возможно, подвластна театру кукол или анимации, но драматическому театру она пока не поддается. Лестница чувств выстроена в каждом из его стихотворений и не нуждается в сценическом усилении. Однако намерения авторов благородны, а результат человечески важен.