Юбилей операции "Плутон"

О событиях 50 летней давности говорит знаток политики и истории региона, обозреватель РС Александр Гостев.

– Кто организовал операцию на Плая-Хирон, какими силами, как вообще родилась идея таким способом попытаться свергнуть Фиделя Кастро и его правительство?

– 1 января 1959 года на Кубе победила революция, и к власти пришло правительство во главе с Фиделем Кастро. Его внутренняя и внешняя политика почти сразу вступила в противоречие с интересами Вашингтона, американских торгово-промышленных корпораций и американской мафии, которая на Кубе потеряла колоссальную недвижимость и доходы. Плюс к этому за год-два с Кубы бежала вся прежняя политическая и коммерческая элита времен диктатора Фульхенсио Батисты, многие студенты, интеллектуалы, кубинские бандиты, которые осели в Майами и организовали там нечто вроде "маленькой старой капиталистической Кубы в эмиграции".

Когда было принято решение свергнуть Кастро военными методами, Белый Дом и ЦРУ решили не вмешиваться напрямую, а сделать все руками этих эмигрантов. Были выделены деньги, в том числе мафией, в первую очередь таким известным человеком, как Меир Лански, оружие, корабли, самолеты. В США, Гватемале и Никарагуа были созданы военные базы, где тренировалась сформированная из этих эмигрантов "бригада 2506" – так называли ее, чтобы создать видимость численности, а на самом деле их было примерно 1200-1300 человек.

Вообще подготовка и проведение этой операции состояли из многих этапов и деталей, которые известны всем интересующимся. 15 и 16 апреля американские ВВС пытались уничтожить крошечную кубинскую авиацию на аэродромах, что не удалось, а в ночь на 17 апреля в том самом заливе Свиней был высажен вооруженный десант. За три дня боев, к 20 апреля, он был наголову разгромлен народной, бывшей еще недавно партизанской кубинской армией, которой на месте боев руководили герои революции – Фидель, Че Гевара, Ефигенио Альмейхейрас (легендарная фигура) и другие.

– Почему противникам Фиделя Кастро ничего не удалось сделать, почему операция в заливе Кочинос провалилась, фактически едва начавшись?

Надо сперва сказать, что потом эти события и в советской, и в американском истории, назывались "операция в заливе Свиней", хотя для людей, говорящих по-испански, место, где все случилось, в оригинале зовется комично, а именно: "залив Поросят". По-испански "кочино" – это именно молодой хряк, поросенок! Бог знает, когда это название появилось, и никто же не мог предугадать, что именно там случится в ХХ веке… Понятно, что выиграть или проиграть решающее сражение в таком месте – как-то несерьезно для революционеров "острова Свободы", если брать советский штамп, или совсем позорно для США. Поэтому название в переводе и на английский, и на русский, и на другие языки потом подредактировали.

Операция в заливе Кочинос была обречена на провал с самого начала – коротко говоря, ее спланировали не в том месте, не в то время и не теми силами. Во-первых, общественное мнение – мировое, европейское, латиноамериканское – было не на стороне ЦРУ и кубинских эмигрантов в Майами, а однозначно на стороне "кубинских бородачей", Кастро и его соратников. Во-вторых, очевидно, американскую разведку и информационную войну, пропаганду переиграли КГБ и кастровские спецслужбы. Явно была утечка информации из США. В-третьих, массового восстания против Кастро в разных районах Кубы, на которое рассчитывали в Вашингтоне, не случилось – вообще весь народ тогда выступил против "предателей на службе у янки".

Массового восстания против Кастро в разных районах Кубы, на которое рассчитывали в Вашингтоне, не случилось – вообще весь народ тогда выступил против "предателей на службе у янки"

Эмигранты из Майами, "гусанос", "черви", как их потом стали называть на кастровской Кубе, были разношерстными и плохо дисциплинированными непрофессионалами, в основном или бывшими студентами, или бывшей богемой, или бывшими уголовниками. Все у атакующих шло с глупейшими сбоями, ошибками и опозданиями. Их карты были неточными – некоторые десантные суда сели на рифы. Залив Кочинос даже сейчас находится в весьма отдаленном от цивилизации уголке – скалы, узкие пляжи, за которыми начинаются совершенно непроходимые кустарники, а дальше в 5 километрах от берега – болота с крокодилами, где сейчас национальный парк. Через него внутрь Кубы до сих пор ведет одна дорога. Это райское живописное место для отдыха – и совершенно бесперспективное для стратегической десантной операции.

Так и вышло – они высадились, на три дня кое-как закрепились, не смогли пойти дальше, и на этих же пляжах были разбиты. Кубинцы взяли массу трофеев, танков, орудий и сбили 8 американских самолетов. По разным данным, то ли 82, то ли 115 антикастровских десантников были убиты, и почти 1200 сдались в плен. Их потом Кастро обменял на продукты и медикаменты, фактически Джон Кеннеди их выкупил. Некоторые до сих пор геройски доживают в Майами.

– Вы сами были в этом заливе, на Плая-Хирон? Как сейчас выглядит это место?

– Да, я был там, и место выглядит точно так же, как и 50 лет назад. Там очень большой и красивый музей, перед которым стоит военная техника – трофейная американская и как бы "победившая" советская. Приезжают пионерские делегации и туристы. Именно после тех событий на Кубе появились все военные праздники: 17 апреля – День ВВС, 18 апреля – День танкиста. Одна из высших военных наград на Кубе сегодня – орден "Плая-Хирон".

– Как эти события повлияли на будущее Кубы и других стран?

– Режим Кастро в те годы еще был левым, уже сильно диктаторским, но не коммунистическим и не просоветским. Были возможны разные варианты развития внутренних и внешних кубинских шагов в политике, еще возможны были нейтральные отношения с Вашингтоном. Именно непродуманная агрессия со стороны США и фактически победа над США, во-первых, на десятилетия сделала Кастро героем для всего Восточного блока и "третьего мира", таким "хорошим народным прогрессивным правителем", развязала ему руки. И сегодня на Кубе – до сих пор, тот режим, о преступлениях которого мы знаем.

Во-вторых, Кастро однозначно толкнули, как тогда говорили, "в объятия Кремля" – он искал мощную защиту, союзника. А взамен вынужден был войти в коммунистический блок. И следствие сражения на Плая-Хирон – кубинский ракетный кризис через полтора года, в октябре 1962-го, когда весь мир оказался на грани ядерной войны. А его могло и не быть.

И, в-третьих, преступные ультраправые режимы следующих десятилетий в разных странах Латинской Америки появлялись во многом потому, что Запад и Вашингтон стали ужасно бояться "еще одного Кастро", марксистских революций, с которыми так же могли бы не справиться. И потому они везде выбирали "своих сукиных сынов" – вроде Пиночета, Сомосы, Виделы, Риоса Монтта в Гватемале, Умберто Ромеро в Сальвадоре, Хуана Мария Бордаберри в Уругвае, и им подобных.

Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы"

• 

  Андрей Шароградский

  Международный обозреватель Радио Свобода. Автор и ведущий информационно-аналитического дайджеста, подкаста «Время Свободы»