Оригинал материала
Митинги, путинги и американский футбол
Десятилетняя Е., глядя в Интернете видео с питерского шествия оппозиции, где на переднем плане красовался рукописный лозунг "Вова, ты дурак?", ну а далее еще всякие слова и словечки, задала вопрос: "а за что Путина все так не любят?" Я попробовал ответить в духе известного высказывания Линкольна - мол, Путин слишком долго всех пытался обманывать, и в конце концов людям это надоело. Но, положа руку на сердце, должен сказать, что такой ответ не совсем точный. Во-первых, Путина "все так не любят" не только за это. А, во-вторых, сознательным обманом сограждан Путин занимался далеко не всегда. По сравнению с тем же Медведевым он даже может считаться образцом вполне себе искреннего политика (правда, в последнее время искренность как-то выходит ему боком: чего стоят те же высказывания о "бандерлогах" или белых ленточках - презервативах). А как на этот вопрос ответили бы Вы?
Пользовательница sotnikova_nat предложила такой вариант:
Путина "все так не любят" за то, что он выдает себя не за того, кем является. Он выборный публичный политик, который не умеет договариваться, он демонстрирует силу, чтобы скрыть свой страх. Дразнится как ребенок, не способный выслушать критику в свой адрес. То есть ведет себя либо как авторитарный родитель, у которого один аргумент на все вопросы: "потому что я так сказал", либо как обиженный ребенок: "вы все презики и бандерлоги". А взрослой позиции - рационально-взвешенной, переговорной, способности признать другие мнения, свое несовершенство, возможность других быть другими и "не слушаться", как Ходорковский - у него нет.
Смысл путингов объяснить оказалось куда сложнее. Колумнист портала Openspace.ru Евгения Пищикова обнаружила в словах их организаторов некоторое противоречие:
За день-другой до митинга г-н Кургинян говорил: "Митинг "Нам есть что терять" против развала России. Против превращения борьбы за честные выборы в антиконституционный мятеж. Против управляемости из-за рубежа нашими политическими структурами и за то, чтобы перемены шли в интересах народа, не в интересах норковых шуб, а в интересах очень просто одетых людей". Таким образом, получается, что людям, заработавшим в золотые годы стабильности на шубу, терять совершенно нечего, и они теперь стоят на Болотной. В то время как тем, кто на шубу не заработал, – есть что терять.
Юзер alxsinelnikov ставит более принципиальный вопрос:
Говорить о том, что власть "ответила митингу путингом" можно в очень специфическом смысле. Не в том нормальном смысле, что произошел обмен смыслами - такого не было. Вместо того чтобы принять содержание наших требований как очевидные и обязывающие и начать обсуждать детали, система по всей стране произвела только количественное усилие: сто тридцать тысяч на ваши сто тысяч, пятьдесят автобусов на ваши пятьдесят плакатов. Наши джоули на ваши ньютоны. По факту мы не были услышаны. На всепоклонном путинге ни разу не было сказано о том, что заботит нас: бесчестные выборы ведут к нравственной и как следствие технологической деградации общества и являются абсолютно недопустимыми с точки зрения государственных интересов. За что митинговали "поклонщики" - неужели против честных выборов"? Нет, конечно. К последней лохушке подойдешь и предложишь "постоять против честных выборов за 500 рублей" - это будет очень напряжно. Почему именно этот - самый главный для нас вопрос - замалчивался на путингах по всей стране?
***
В американской блогосфере обсуждают вчерашний Супер Боул – игру за звание чемпиона Национальной футбольной лиги США, давно ставшую в стране национальным праздником. Супер-Боул – самое популярное телевизионное событие года, одна секунда рекламы в перерывах стоит в этот день больше ста тысяч долларов. Стивен Марчи на сайте Esquire называет парад специально созданных для этого дня рекламных роликов истинной панорамой современности:
Супер Боул позволяет выстроить новые отношения с рекламой, отличные от той игры в прятки, в которую мы обыкновенно с ней играем. В это воскресенье реклама не пытается стать незаметной – она стоит в самом центре событий и открыто вопрошает: какие ролики и продукты хорошие, а какие – плохие? В этом смысле, Супер Боул выполняет сегодня ту же функцию, что выполняли в Средние века ремесленные фестивали, а в начале XX века – всемирные ярмарки: этот день дает рынку шанс помечтать о возможностях индустрии. Но и это еще не все: в этот день мы получаем шанс увидеть самих себя такими, какие мы есть, взглянуть в лицо собственным устремлениям и привычкам. Во имя пива и сладостей каждый февраль мы получаем поистине босховскую панораму современной жизни: Дартов Вейдеров, ниндзей, бесконечные гонки на машинах, каких-то восьмидесятилетних знаменитостей, рэперов, раздумывающих о судьбах постиндустриальной Америки, готов, у которых брови танцуют под музычку тридцатилетней давности, младенцев, рассуждающих о волатильности рынка. Где найти более точный портрет внутренней жизни Соединенных Штатов образца 2012 года?
Философ Джастин Смит, напротив, пишет о сплине, который охватывает его всякий раз в преддверии Супер Боула:
Стоит мне услышать или увидеть нечто, хотя бы отдаленно относящееся к Национальной футбольной лиге, у меня инстинктивно появляется глубокое безотчетное чувство, что это не мой мир. Подозреваю, что примерно так же определяется сексуальная ориентация. Спорт, быть может, не такое важное для организации общества явление, как структуры родства, однако и он довольно важен. В обоих случаях, человек, не способный участвовать в утвердившихся в данном обществе спортивных структурах или структурах родства, рискует оказаться маргиналом. Я абсолютно серьезен, когда говорю, что в дни этого общенационального спортивного празднества я с особой интенсивностью переживаю собственную маргинальность. И, как и в случае с сексуальной ориентацией, когда меня начинают с выражением блаженной радости на лице убеждать, что я должен взбодриться и обязательно поучаствовать, мне хочется ответить: "Не могу. Во мне этого просто нет".
Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы".