Нации и дразнилки

Дело, как будто, благое. Такого рода брань миру и согласию в стране не способствует. Только помогут ли тут штрафы? В этом сомневается заместитель директора Института русского языка имени Виноградова Леонид Крысин:

– Я не знаю точно, во что выльется эта инициатива. Потому что никакого списка уничижительных слов, обращенных к представителю другой национальности, я так понимаю, не дано. Слов, за употребление которых будут наказывать.

– Так я боюсь, что и быть дано не может, потому что есть какие-то общеизвестные обидные наименования, но есть ведь и редкие, а все равно обидные. Другой вариант: человек может на ходу придумать слово, унижающее человека по национальному признаку, и употребление этого слова вообще окажется единичным. В какие списки, в какие специальные словари оно может попасть. На обзывательства язык бывает так изобретателен!

– Конечно. В связи с этим хотел бы сказать, что эта проблема намного сложнее, чем она представляется депутатам. На стыке лингвистики и этнографии существует такая проблема – этностереотипы. Это такие стереотипные представления одной нации о другой нации, одного народа о другом народе, одного этноса о другом этносе – естественно, не в целом, а о представителях. Например, "все немцы точны", "все англичане холодны и высокопарны" и т. д. в таком духе. Причем, такие стереотипы даже не всегда осмысляются. Если человек говорит: "Маша вышла замуж. Муж ее еврей, но человек хороший". Это "но" как раз и является проявлением такого стереотипа, когда в мозгу человека, который так говорит, все распределены – русский, еврей, представители других национальностей.

– Причем распределены определенным образом – по ценностным категориям.

Один человек назовет другого собакой – это будет оскорбление, а есть ситуации, когда любимого человека называют собакой: "Ты моя любимая собака"

– Именно! В таком случае похвала произносится вопреки общей оценке нации, это как бы исключение. Вот он еврей, но человек хороший. Другой пример – хотя он русский, но не пьет.

– Вроде бы очевидно, что приведенные вами примеры – это обидные высказывания, но неужели за такие фразы можно штрафовать?

– Мне кажется – нет. Обычно, когда речь идет о штрафах за какое-то оскорбление, обращаются к экспертам-лингвистам и спрашивают – оскорбление это или нет? Человек кого-то назвал скотиной – это оскорбление или нет? Или назвал просто нечестным человеком – оскорбление или нет? В словарях существуют определенные пометы – бранное, вульгарное, грубое и т. д. Если при соответствующем слове, которое употреблено в рассматриваемом высказывании, будет такая помета "бранное", на это можно опираться. Но это ведь делается вне вопроса о национальностях. Если один человек другого назовет негодяем, то явно это не похвала. Но как штрафовать за это? А может быть у них такой конфликт, что другого слова и не придумаешь? Может быть, этот человек украл у него все, что у него имелось. Конечно, он – негодяй.

– Есть еще одна сфера. Во всем мире, там, где граничат разные народы, как правило, расцветают специфические анекдоты или специфические шутки, когда высмеивается другая нация. Примеры приводить не будем, всем они хорошо известны. Эти анекдоты тоже бывают разные - бывают оскорбительные, злые, а бывают довольно милые, ироничные и даже не обидные. Но кому-то, отдельному человеку, чрезвычайно мнительному, это может показаться оскорблением. И что, судьи, лингвисты должны будут заниматься каждым отдельным таким случаем?

– Тут очень зыбкие основания для того, чтобы счесть что-то оскорбительным и заслуживающим взимания штрафа. А другое слово, допустим, штрафа не заслуживает.

– Кроме того, ведь бывают еще пограничные ситуации, когда одно и то же слово в зависимости не только от контекста, а от интонации даже, может быть обидным или не обидным. Но, как сказал Штирлиц в известном фильме, за интонацию у нас еще не судят.

– Понятно. Один человек назовет другого собакой – это будет оскорбление, а есть ситуации, когда любимого человека называют собакой: "Ты моя любимая собака". Мало ли... Это очень сложная сфера человеческих отношений.

Из разговора с Леонидом Крысиным следует, что административными мерами толерантности в языковом общении не добиться. Видимо, нужны другие средства, более тонкие и хлопотные. А такие понятия, как вкус, такт и приличия законом не регламентируются