Загадка трагедии в Баренцевом море

Лев Ройтман:

Загадка трагедии в Баренцевом море будет со временем, быть может уже в скором времени разгадана экспертами. Но сама эта трагедия послужила разгадке загадки Владимира Путина и в России, и за границей. “Не должен глава государства кататься на водном мотоцикле по водам Черного моря, когда свыше сотни граждан этого государства задыхаются в металлическом гробу на дне Арктики” - писала “Комсомольская правда”. “Вместе с лодкой на дне оказалась власть” - это газета “Известия”. Я не сомневаюсь, гибель североморских подводников - трагедия для Владимира Путина-человека, но это человек - президент, а это еще одна гиря на чашу народной беды. На российскую власть в эти дни смотрели и со стороны, в дни ужаса. И что увидели: англичане - из Лондона Наталья Голицына; французы - об этом Семен Мирский; немцы - из Бонна Евгений Бовкун; итальянцы - Юрий Мальцев, Милан.

Президент, российская власть, трагедия в северных водах - отклики в Западной Европе.

Семен Мирский:

Я ограничился бы, Лев, просто цитатами, выдержками из двух очень видных и известных парижских газет. Первая газета “Либерасьон”, он пишет: “Драма субмарины “Курск” разыгралась между двумя актерами - между россиянами, с одной стороны, и президентом Путиным, с другой. Путиным, который в течении четырех дней продолжал сидеть на южном курорте, отказываясь принять иностранную помощь. Поведение Путина в этом деле нанесло ущерб его репутации, а заодно и покончило с мифом, согласно которому бывший КГБ является единственным в стране рассадником кадров, способных провести реформы, достойные этого названия”. Но лучше всего о поведении Владимира Путина в этом деле написал специальный корреспондент газеты “Фигаро” в Москве, одно из золотых перьев французской прессы Патрик Де Сент-Экзюпери. Статью внучатого племянника автора “Маленького принца” стоило бы привести здесь полностью, хотя понимаю, что времени нет, и я ограничусь короткими выдержками. Статья называется “Еще одна жертва “Курска” - Владимир Путин”. Итак, Патрик Де Сент-Экзюпери пишет: “Если Чернобыль стал символом экономического крушения обессилевшей империи, то подводный корабль “Курск” вполне может стать символом крушения российской военной машины”. И далее: “Никогда еще со времени избрания Владимира Путина общественное мнение России не было столь мобилизовано, как в эти дни. Граждане России воспринимают сегодня свою власть в лучшем случае как безразличную к тому, что происходит в стране и высокомерную, в худшем же, как власть циничную и грубую”. И вот резюме Патрика Де Сент-Экзюпери: “Путин - манипулятор, выпускник школы КГБ, не учел фактор общественного мнения. В броне, которой облек себя Путин, появились трещины”.

Лев Ройтман:

Спасибо, Семен Мирский. Ну что ж, приведу цитату из австрийской газеты, газеты “Штандарт”, поскольку у нас никто не участвует из Вены. И вот что пишет “Штандарт”: “Одетый по-летнему, загорелый Владимир Путин проводит свой отпуск в Сочи на Черном море, пока в Баренцевом море идет борьба за спасение жизней 118-ти моряков. Естественно, президент не может лично спасать подводников, однако, появляясь перед страной в таком виде, он делает серьезную ошибку. Но Путин не одинок в своей неспособности к нормальному общению со страной и миром”. И мы сейчас перемещаемся в Бонн, к Евгению Бовкуну. Евгений Васильевич, германская пресса всегда была осторожна в отзывах, откликах на действия, на характеры даже, советских, а затем российских правителей. Что в эти дни?

Евгений Бовкун:

На этот раз она значительно менее осторожна. Трагедия в Баренцевом море остается, конечно, главной темой германской печати и телевидения, но характер самих материалов в последние, я подчеркиваю, в последние два дня, даже в последний день решительно изменился. Если прежде преобладала информация о попытках спасти экипаж российской лодки, то сейчас чаще звучит нелицеприятная критика пороков режима, допустившего такую трагедию. “Утонул не только “Курск”, - пишет газета “Дивельт”, - пошла ко дну “Потемкинская деревня Великого рейха”, а точнее сказать, иллюзия медленно, но верно реформируемого государства. Сам режим извлечь из этого уроки не способен, это может сделать население России, оно должно понять, насколько далеки его насущные интересы господам из Кремля”. А газета “Мангемер Морген” подводит печальный итог бессилию кремлевских политиков: “Невероятно, но факт - российские власти не способны даже самостоятельно вытащить и похоронить погибших матросов “Курска”. Это бессилие стало синонимом бесчеловечности. Дилетантским фразерством и дешевой болтовней отдают после этого рассуждения Путина о том, что российский флот должен гордо поднять свой флаг на всех морях”. Наиболее острой критике подвергается сам президент России. “Человек, который так старался произвести впечатление на западных коллег, не способен утвердить в российской политике новое мышление” - утверждает, например, газета “Штугартер Цайтунг”. “Когда Чеченцы хотят стать независимыми, он насылает на них войска, когда независимыми хотят стать регионы, он насылает соглядатаев, желающих сделать карьеру в спецслужбах, а когда идет ко дну гордость российского флота, он сам осторожно ложится на дно вместо того, чтобы мчаться на всех парусах в Мурманск и возглавить спасательные работы”. “Бремер” считает, что никакая зарубежная общественность не сможет так сильно покарать президента Путина за бездушие и некомпетентность, как само население России. “Настоящий президент, подобно Клинтону или Шираку, - говорится в комментарии этой газеты, - немедленно бы устремился к месту катастрофы. Только человек с выучкой шпиона в такой ситуации способен затаиться и ждать изменения обстановки. Король оказался не только голым и тщедушным, но и недееспособным, на него жало смотреть”.

Лев Ройтман:

Спасибо, Бонн. Пожалуй, подобной резкости в немецкой прессе я не встречал за долгие годы, которые прожил в Германии. И эта резкость куда жестче, нежели даже нежели та откровенность и прямота, с которой пишет о Владимире Путине, пишет вполне неожиданно, к несчастью, в итоге этой трагедии, российская печать. Например, заголовок из “Комсомольской правды” - “Как нам врали”, речь о властях, естественно. Издевательский заголовок в газете “Известия”, ведь Путин не только изображал себя перед телекамерами в белой футболке, хорошо загоревший и отдохнувший, но он еще и поехал на бессмысленный саммит СНГ в Ялту, и по этому поводу “Известия” писали: “В галстуке, но в Ялте”. Наталья Голицына, Лондон, Англия протянула руку помощи, но мы видим, к несчастью, что по естественной реакции скорпиона и эту руку пытаются укусить. Ну это, правда, не относится к предмету нашего разговора, к Владимиру Путину. Итак, что пишет британская печать?

Наталья Голицына:

Нет, пожалуй, ни одной британской газеты, которая бы не писала бы о поведении Владимира Путина во время операции по спасению экипажа российской подлодки. Град критики обрушился на главнокомандующего российской армией и флота в Англии, прежде всего за то, что, по мнению англичан, жизни экипажа “Курска” стали заложницами амбиций, как пишет британская пресса, флотского начальства, его сознательной и бессознательной враждебности Западу, ограниченной советской привычке лгать собственному народу, синдрома всеобщей секретности, закрытости армии и флота, от которого российские военные так и не избавились со времен холодной войны. И Путин, как Верховный главнокомандующий и президент, должен был, по общему мнению британских газет, нести за это личную ответственность. Пожалуй, самой резкой критикой в его адрес выступила газета “Санди Таймс”. “Кризис с “Курском” - пишет она, - напомнил всему миру, что России предстоит еще долгий путь, чтобы превратиться в нормальное общество, в котором человеческая жизнь ценится выше, чем государственные амбиции и военное бахвальство”. “Зная правду о случившемся, - отмечает “Санди Таймс”, - Путин позволял своему флотскому начальству систематически лгать и бесконечно тянуть с просьбой о западной помощи. Контраст между водным спортом на залитом солнцем побережье Черного моря, где проводил свой отпуск президент России, и горем родственников погибшего экипажа “Курска” оказался невыносимым даже для обычно угодливого российского общественного мнения”. “Это, - полагает газета, - стало по крайней мере шагом в сторону гражданского общества”. “Если бы не протесты со стороны свободной российской прессы, Путин так и не прервал бы отпуск и не вернулся бы в Москву “ - заключает “Санди Таймс”. Этой статье вторит другая влиятельная газета - британская “Таймс”, которая пишет, что отношение Путина к крупнейшей катастрофе на российском флоте создавало впечатление самодовольства и бессердечия. Другая британская газета, консервативная “Дейли Телеграф”, в статье под заголовком “Бездействие Путина превращает катастрофу в кризис”, отмечает неспособность российского президента проявить твердую волю и подлинное лидерство во время трагедии, которая буквально травмировала всю страну. Газета обвиняет Путина в бездушии и безответственности за отказ прибыть в Мурманск сразу же после аварии “Курска”. “Дейли Телеграф” цитирует Бориса Немцова, назвавшего поведение президента России аморальным. В другом своем выпуске газета пишет: “Бывший офицер КГБ господин Путин дал ясно понять, что он не намерен терпеть критику со стороны средств массовой информации. На его совести дела корреспондента Радио Свобода Андрея Бабицкого и главы “Медиа-Мост” Владимира Гусинского”. “Путин пытается совладать с прессой в стиле советского аппаратчика”, - подчеркивает “Дейли телеграф”. Газета обвиняет Путина в том, что он пренебрегает общественны мнением и тешит себя иллюзиями, будто Россия все еще может позволить себе обладать огромной военной мощью.

Лев Ройтман:

Спасибо, Наталья Голицына, Лондон. Здесь вспоминаются строки Анны Ахматовой из ее “Реквиема”: “А я была тогда была с моим народом, где мой народ тогда, к несчастью, был”. К несчастью, президент там не был. И теперь, Юрий Мальцев, Италия, что пишут о российской власти сейчас у вас?

Юрий Мальцев:

Крупнейшая и самая влиятельная итальянская газета “Корьеро де ла сейро” отмечает растерянность и непоследовательность поведения Путина. “Он как и его адмиралы не знают, что делать, - пишет газета. - Мы присутствуем при дезинформации, достойной лучших советских традиций. Вместе с “Курском”, как кажется, пошла ко дну и политика гласности, объявленная в свое время Горбачевым”. “Но есть и большая разница, - отмечает газета. - В сегодняшней России есть общественное мнение, не подавленное репрессиями, как прежде, и способное выразить протест, и оно делает это с такой силой, что она сотрясает Кремль”. О самом Путине газета пишет: “Президент, который еще до вчерашнего дня был символом эффективности и решительности, оказался на скамье подсудимых. Патриотизм, который Владимир Путин так хорошо олицетворял во время своего политического восхождения, теперь обратился против него самого. Путин, который стал популярен благодаря чеченской войне, рискует теперь потерять все, благодаря трагедии с “Курском”. А бывший посол Италии в Москве Серджо Романо пишет в “Корьеро де ла сейро”: “Следственная комиссия, которая будет расследовать катастрофу с “Курском”, в свое время объяснит нам, что произошло, но она не скажет нам ничего такого, чего бы эксперты не знали уже и сегодня и чего бы они не предвидели уже давно. Чтобы понять причины катастрофы, не нужно обследовать корпус затонувший подлодки, расшифровывать последние сообщения командира или реконструировать ход событий”, - пишет Серджо Романо. Он дает длинный список катастроф с российскими и советскими подлодками в последние десятилетия и замечает, что несмотря на все это, продолжают строить новые подводные лодки. “И все это говорит о том, - продолжает Серджо Романо, - что количество важнее качества. Присутствие на мировых океанах важнее самой элементарной заботы о безопасности экипажа” - заключает бывший посол Италии в Москве Серджо Романо.

Лев Ройтман:

Спасибо, Юрий Мальцев, Милан. Семен Мирский, трагедии, катастрофы подводных лодок - ведь и Франция знала эту беду. Как реагировали французские власти на это?

Семен Мирский:

Когда в апреле 68-го года на рейде Тулона затонула французская подводная лодка, не ядерная, классическая, “Минерва”, на место тут прибыл генерал Де Голь, который произнес слова, достойные офицера, достойные генерала, которым он был. Он сказал: “Люди потонули в море, они были добровольцы. Когда они шли в подводный флот, они знали, что идут на риск. Мы чтим их память, народ Франции”. Это было через день после того, как стало ясно, что “Минерва” затонула, опустилась на глубину в 500 метров, спасти никого невозможно. Де Голь был на месте. Лев, если вы позволите еще одно очень краткое замечание, я хотел бы сказать: до сих пор мы ограничивались все, и это неизбежно в такой ситуации, цитатами из основных газет, будь то Италии, Франции, Германии, Англии и так далее, это и есть цвет мировой печати. Я хотел бы указать на один лейтмотив: в России есть, уже родилось, создалось общественное мнение, первой жертвой которого, вероятно, станет новый президент России Владимир Путин. И это делает трагедию подводного корабля “Курск”, я бы сказал, трагедией с оптимистическим подтекстом.

Лев Ройтман:

Кстати, еще один итог этой трагедии видимо в том, что его попытки задавить это общественное мнение, во всяком случае в виде свободы прессы, свободы масс-медиа будут встречены в штыки. Как бы то ни было, теперь вновь прошу вас, Наталья Голицына, я хочу включить вас второй раз в наш разговор, поскольку Англия протянула руку помощи в эти страшные для России дни.

Наталья Голицына:

У Великобритании особые отношения с Россией, у нее репутация своего рода посредницы между Западом и Россией. И этой репутацией Великобритания обязана личным отношениям, которые сложились у британского премьера и российского президента. Но известно, что только в течение последнего года Блэр трижды встречался с Путиным, первый раз еще в Петербурге. И здесь Путина очень хорошо помнят, он сюда приезжал, и помнят его агрессивную защиту своей политики в Чечне, когда в Англии, когда он здесь был, на него просто обрушилась лавина критики за нарушение прав человека в Чечне. Я хотела бы привести еще одну цитату из другой британской газеты “Обзорвер”, которая полагает, что “трагедия с “Курском” могла бы подвигнуть Путина на пересмотр своих государственных приоритетов”. Газета подчеркивает, что “драматические события в Баренцевом море были по сути дела столкновением старой и новой России”. “И, к сожалению, - замечает “Обзорвер”, - Путин оказался олицетворением старой России, морально обанкротившейся системы”. И еще одна британская газета “Индепендент”, она останавливается на действиях Путина в связи с гибелью “Курска”. “В сталинские времена - пишет “Индепендент”, - никто бы не посмел бы потревожить главу государства во время его отпуска в связи с какой-то катастрофой подводой лодки. И хотя Путин все же вернулся в Москву, он так и не появился на месте катастрофы”. “По сути дела, - пишет “Индепендент”, - Путин и руководство российского флота вели себя во время спасательных работ на “Курске” точно так же, как они ведут себя во время военных действий в Чечне”.

Лев Ройтман:

Спасибо, Наталья Голицына. Кстати, сопоставляя Сталина и Путина, “Независимая газета” пишет о том, что в дни народных бед и горестей тиранический диктатор Сталин оказывался ближе к народу, чем оказался демократический Путин. Я хочу заметить в заключении, что Запад пытался понять Путина умом. Россияне, когда голосовали за Путина, хотя он и был человеком без программы и без политического лица, полагали, что они понимают его сердцем. Сейчас оказывается, что действия Владимира Путина нельзя понять ни умом, ни сердцем.