Оригинал материала
Ваши письма. 17 Март, 2012
Читаю письмо из этого города: «Уважаемый Анатолий! Четвёртого марта я был наблюдателем от КПРФ на выборах в Нижнем Тагиле. Уверен: такой наглости этой криминальной власти не было нигде в России. Что удивительно, никаких действий КПРФ по моей жалобе не последовало. А прокуратура принять мою жалобу отказалась. Я не боюсь никого и ничего, совестью за тридцать монет, как наши доблестные работяги с УВЗ, не торгую. Ровно в 8 часов у избирательного участка появилась "Газель" от администрации этого завода. В её салоне две молодые дамы, сильно пахнущие алкоголем, активно выдавали лотерейные билеты работникам УВЗ. Всем работающим на УВЗ этот билет был выдан накануне или в день голосования. Каждый, кто проголосовал, обязан сдать корешок этого билета. При этом билет именной. Отказ от голосования и сдачи корешка билета равносилен немедленному увольнению. Как известно, в день голосования запрещается любая форма предвыборной агитации и проведение любых азартных мероприятий, - напоминает автор письма, - а также стимулирующих лотерей на территории избирательных участков и прилегающей территории. Я составил жалобу председателю избирательной комиссии № 2163. Попросил немедленно пресечь данное преступление. Прошло четыре часа, и я снова увидел старых знакомых. Ещё обнаружил большую группу рабочих, машущих флажками с надписью: " Вагонка голосует за своих!" Любая агитация в день выборов запрещена, - снова напоминает автор. - Пришлось просить содействия сотрудников полиции. Прекрасная девушка в звании старшего лейтенанта очень удивилась, что это нарушение закона. Она действительно пыталась помочь. Но начальник РОВД Дзержинского района Нижнего Тагила приказал ей машину не проверять, нарушения не пресекать. Банальная история. Однако, вот вопрос: что бы сделали с тем, кто устроил бы такое, будучи в команде того же Прохорова или Зюганова? История осталась открытой. Аппаратчикам из КПРФ она не нужна. Поэтому буду добиваться непризнания выборов по этому участку сам. Триумф Путина в Нижнем Тагиле я всё равно испорчу! На жалобу пришёл ответ из полиции, что никаких нарушений не было и никаких лотерейных билетов не выдавалось! Это и есть честные выборы? Валентин Дегтерёв».
Не удивлюсь, если и радио «Свобода» вдруг получит письмо не только от властей Нижнего Тагила, но и от лучших рабочих вагонного завода, что в городе не существует машины с номерами, которые указал господин Дегтерёв (он приложил и снимок), не удивлюсь, что и об участке номер двадцать один шестьдесят три напишут, что его не было в природе, и будет столько подписей, сколько жителей в Нижнем Тагиле. Это всё обычные вещи. По-настоящему интересно то, что жалуется нам коммунист. Член партии, которая считает Соединённые Штаты Америки врагом номер один России, жалуется на путинизм в Русскую службу радиостанции «Свобода», которую содержит конгресс этих самых Штатов… Говорю об этом не для того, чтобы поддеть коммуниста Дегтерёва. Раздвоение его сознания – раздвоение, которого он сам не замечает, имеет отношение не только к его биографии, не только к его судьбе. Становится понятнее, почему многие московские коммунисты из молодых, как к себе домой, пошли на демократические митинги. Тут всё-таки, по-моему, не только ленинская хитрость, не только расчёт воспользоваться будущей победой демократии, чтобы её похоронить. По крайней мере, некоторые из этих коммунистов на самом деле уже довольно далеко отошли от коммунизма. Тому же господину Дегтерёву осталось совсем немного, чтобы забыть, как страшный сон, своё пребывание в КПРФ и веру в её программу. Что же это, слушайте, такое: с утра вы кричите, что Штаты со своим госдепом, со своим ЦРУ, со своей радиостанцией «Свобода» развалили великую Россию и пытаются доразвалить её, а вечером шлёте на эту самую «Свободу» жалобу на путинизм и притом с нападками на рабочий класс, который служит ему опорой, - на такой самый передовой отряд рабочего класса, какой находится в Нижнем Тагиле! Пора, видимо, определяться. С этим ощущением, если я не ошибаюсь, живут уже многие члены зюгановской партии и её сторонники. Зюганов чувствует, что может их потерять, а потерять очень не хочется, - вот и решился на бунт, не поздравил Путина с возвращением в Кремль. Боюсь, что свою политическую жизнь ему придётся завершить в стариковском одиночестве. Я говорю в данном случае о Зюганове.
«Проголосовала я спокойно, - следующее письмо, пришло из Москвы по электронной почте. - Не скрою, в кабинке немножко подумала: может, испортить бюллетень, поставить отметки во всех окошечках? Но отмела такое намерение, так как взяла верх уверенность, что такой мой бюллетень используют уж как-нибудь во вред всем, кроме Путина. Поставила галочку за Прохорова. Во дворе несколько человек (мужчины средних лет, интеллигентного вида) спорили, что теперь будет. Что Путин победит, не сомневались, но вот что начнет делать: гайки закручивать или откручивать? Мимо проходила тетка лет шестидесяти, слегка навеселе. «Вы за Прохорова голосовали?», - спросила она. Они радостно закивали. Тетка говорит: «И правильно. А я за Путина. Он мне не сильно нравится. Но надо же баланс поддержать. Я бы и за Прохорова проголосовала. Но боялась, что за Путина никто не проголосует». Один ее укорил: «Что ж вы так поступили? Путин сам себе сколько хочешь приплюсует. А у Прохорова власти нету. Он себе ничего приписать не может». Она сразу ощетинилась: «Ну, это еще надо проверить, у кого власть есть, а у кого нету. Прохоров, может, уже всем, кому надо, взятки раздал, чтоб ему приписали. А денег у него больше, чем у Путина. Сами подумайте. У Путина две дочки, жена, собака. А у Прохорова – кто? Никого. Ни жены, ни детей. Одни», - тут она употребила ругательное слово о подругах Прохорова и ушла. А я подумала, что тетка права. Настоящий ужас наступил бы, если бы Прохоров победил… Потом митинг пятого марта. Прошло хорошо. Радостно. Немножко истерично. Публика в большинстве интеллигентная, приятная во всех отношениях. Я смотрела и думала про баланс. По крайней мере, у оппозиции теперь есть некоторое время давить понемножку. А у Путина – достойно балансировать, то есть, уступать. И так поволеньки-поволеньки… А немедленная капитуляция Путина не нужна на самом деле никому. Кроме Лимонова. Но какие же они (путинские чиновнички) дураки! Махинируют, махинируют».
Никогда не встречал такого слова: махинируют. Привычное «мухлюют», по-моему, лучше. Или это потому что привычное? В слове «махинирует» угадывается более широкий охват, организация. Мухлёвка как деятельность, управленческая деятельность: перевозка больших масс людей, изготовление фальшивых списков, бюллетеней, открепительных талонов, распределение их. Это – махинирование. Неприятное слово, что и говорить, но и обозначаются им вещи не самые приятные – даже для самих махинировальщиков и махинировальщиц. Не случайно от некоторых из них, как мы слышали, уже в восемь утра четвёртого марта попахивало…
Следующее письмо: «Вот сейчас некоторые горячие головы говорят - демонстрациями ничего не свергли, не совершили революции, не добились. Подстрекают захватывать и врываться. Но в Московии так дела не делаются. Санкционированное сборище обывателей по определению никого не свергнет резолюциями и плакатами. Однако сторонники режима тщетно себя успокаивают. Даже если их и вправду шестьдесят процентов, то, как минимум, тридцать не приемлют его категорически и бесповоротно. А этого в Московии вполне достаточно, чтобы её лихорадило. Прямо в кремлёвские палаты не ворвутся, так изведут насмешками, обвинениями, попрёками. Чем дольше будет узурпатор цепляться за трон, тем больше будет он постыл своим пособникам и клевретам. Так уже случилось с группой знаменитостей - доверенных лиц. В эти лица уже плюют. И подойдёт пьяная соседка в петербургском дворе к вальяжной цаце Алисе и буквально плюнет ей в доверенное лицо, и скажет: "Это ты убила детей Беслана" или чего-то в таком духе», - здесь в письме точка.
То, как в обществе отнеслись к этому списку, как плюются, презирают или жалеют тех знаменитостей, которые в нём оказались, наглядно показывает, что в России - разновидность советизма. Этот режим не может быть реформирован. Россия накануне огромных перемен, революционных перемен. Никто их не будет преследовать, этих подписантов – разве что какие-то уж совсем нервные люди, да и то при случае. Больше эти несчастные старики путинизму, я думаю, не понадобятся - прославленные, состоятельные, обласканные и тем более несчастные старики. Жертвы террора наказанию не подлежат. Разумеется, это моё личное мнение. Будущая российская свобода с ним может и не посчитаться. Свобода – это серьёзно. Это самая серьёзная из стихий. Жириновский когда-то призывал русских отмахать поход в Индию, усмиряя по пути Кавказ, а, помыв сапоги в Индийском океане, собирался поставить ветродуи на прибалтийской границе и гнать в сторону эстонцев, литовцев, латышей радиоактивный газ, но он знал, что когда соберёт под своё знамя армию помешанных, то подведёт её под скипетр реального правителя, а наедине опустится перед ним на колени и лизнёт его сапог. Он не забывал и пока не забывает, что ему поручено отвлекать отморозков всея Руси в видах общественного спокойствия. Но свобода, о которой идёт речь сегодня, предполагается настоящей, такой, что единоначальника в стране не будет. И Сын Юриста, будьте уверены, не преминёт этим воспользоваться – не он, так другой такой же.
«Не хотелось бы, конечно, касаться темы про выборы, но куда денешься, - следующее письмо. - Слишком много было вложено властью в эти мероприятия сил и ресурсов. Чересчур много. Много раз слышал примерно такие разговоры. Что самое интересное – людей моего возраста, около сорока. Разговор двух женщин во дворе:
- Ты пойдешь на выборы?
- Пойду.
- За кого будешь голосовать?
- Наверное, за Путина.
- Почему?
- А за кого еще? Больше не за кого. На остальных даже смотреть тошно.
- Ну, тогда я тоже за Путина пойду.
Похожий разговор двух мужчин в городском транспорте.
- Ты за кого будешь голосовать?
- Не знаю. А ты?
- Я за Зюганова буду.
- Я, наверное, тоже, у коммунистов в программе хоть есть социалка и национализация.
Анатолий Иванович, после таких разговоров я всерьез начинаю задумываться о том, что способность видеть реальность, мыслить - это удел избранных или дар свыше. На людей не действует принцип, который я услышал во время службы в армии от ротного старшины: "Если не доходит через голову - будет доходить через руки и ноги". Наверное, в русском народе еще очень сильно чувство стадности. Но ведь когда-то надо же начинать жить своим умом, а не смотреть и кивать на соседа. С уважением ваш постоянный слушатель Виктор Максимов. Старый Оскол».
Читая такие письма, трудно сомневаться, что свобода сулит России тяжёлые испытания. Здравые голоса будут плохо слышны сквозь визг «Справедливой России» и рёв КПРФ с их безумными экономическими программами.
Я пропустил некоторые политические высказывания Алексея Навального, грозы российских воров, человека, который назвал «Единую Россию» Партией жуликов и воров. Мне прислали с просьбой как-то откликнуться следующее его высказывание. Читаю: "Православие - главная религия России, и не нужно самих себя обманывать, пытаясь стоять на позициях абсолютного равенства. Особая роль русской православной церкви объяснима и разумна. Понятно, что попытка дать буддистам России столько же внимания, сколько православным, обречена на провал. Если буддисты хотят, то их религия и священнослужители должны играть особую роль в местах компактного и традиционного проживания буддистов – Калмыкии или Бурятии", - конец выдержки. Всё вроде понятно, и в то же время ничего не понятно, и, кажется, меньше всех понимает, что он сказал, сам господин Навальный. О какой попытке дать буддистам России столько же внимания, сколько православным, он говорит? Кто пытается? Что значит «внимание»? И с чьей стороны «внимание»? Что значит, по его мнению, «абсолютное равенство» религий, против которого он выступает? «Узнают коней ретивых по их выжженным таврам…». «Русского духа» хоть отбавляй, а вот духа демократической законности что-то не чувствуется.
Следующее письмо: «Обратил, читая прессу, будь она неладна, внимание на богохульную акцию русских феминисток в Храме Христа Спасителя. Вышли к алтарю и спели гнусную песню. Служители их выгнали, суд отправил в предварительное заключение. Интересно другое. Если бы я был редактором какого-нибудь издания, то сделал бы две вещи. Во-первых, пригласил бы в редакцию феминисток и спросил: "А вот не собираетесь ли вы приехать, например, в Грозный, прийти в мечеть и спеть там песню о том, как злые мусульмане притесняют женщин? А если нет, то почему?" Во-вторых, пригласил бы кого-нибудь из правозащитников и спросил: "Вот если завтра придет в синагогу русский бард-антисемит и споет там песню "Во всем виноваты жиды", будете ли вы его защищать? А если нет, то почему?" Еще вот думаю предложить проинтервьюировать украинских любительниц демонстрировать без лифчиков и задать простой вопрос, который еще никто не задавал: "Девушки, вот вы протестовали в Давосе и Риме, перед Папой Римским. Это замечательно. А вот почему бы вам не съездить в Карачи и не устроить демонстрацию без лифчиков за права пакистанских женщин прямо там, перед входом в мечеть? Боитесь? Если да, то чего стоит ваш протест? Чем вы отличаетесь от обычных, привлекающих к себе внимание, эксгибиционисток?"
Песня, которую автор этого письма называет гнусной, другие – кощунственной, а кто-то, не мудрствуя лукаво, - еретической, представляла собой молитву: «Богородица, прибери Путина!». К тому, кто очень хочет видеть этих девушек в тюрьме, у меня вопрос: а вот если бы они, войдя в Храм Христа Спасителя, обратились к Богородице с просьбой не убрать Путина от руля, а оставить навечно, - как вы думаете, высшие должностные лица Московского патриархата возмутились бы точно так же? И полиция была бы поставлена на ноги, чтобы найти этих озорниц, и суду было бы велено поместить их под стражу и содержать в унизительных условиях?
Автор следующего письма пишет о том, как патриарх Кирилл критикует молодёжь. Слушатель приводит следующее его высказывание: "Выступает какая-то девушка на встрече с президентом на факультете журналистики и с некой гордостью говорит, что "я отличница, но главная моя цель – это отвалить, уехать". А почему уехать? Там выше уровень потребления, там больше денег". Так сказал патриарх. По его мнению, желание решить свои материальные проблемы с помощью эмиграции связано с культом потребления, широко распространенным в современном обществе. "А если это массовым будет – идеал потребления, и массовым будет идеал отваливать туда, где можно больше заработать, мы потеряем Россию". А ведь действительно потеряют - нехватка образованных подорвёт науку и экономику, а отбывающее начальство увезёт с собой госсекреты и попадёт в зависимость вместе со "святой" Русью из-за технологической отсталости и африканской коррупции. Призывая жить в бесправии и бедности на родине, предстоятель немного лукавит, конечно, ведь бегут не столько за высоким уровнем потребления, сколько от коррупции, бандитизма, повальной подлости и тупости, беззакония и подонства сверху и снизу. Уезжают ведь не только образованные выпускники. Эмигрируют и сами члены партии жуликов и воров, держат там семьи и капиталы, сами живут одной ногой, а уж у них уровень потребления и в России не ниже. Кстати, святой, можно сказать, праведник, строитель храмов Лужков тоже томится на чужбине, не внимая церкви».
Читая это письмо, я вспомнил, как советская власть уговаривала сельскую молодёжь не оставлять родные колхозы и совхозы, не разбредаться по городам. Тоже говорилось, что это непатриотично, что это против народной мудрости, которая гласит: где родился, там и пригодился, тоже осуждалась «погоня за длинным рублём», только имелась в виду не заграница – тогда за границу почти никого не выпускали, а те места в стране, где можно было сравнительно неплохо заработать. Не деньги красят человека, только тут вот какая вещь: сегодня большинство молодых людей в России – это беднее молодые люди, очень бедные, унизительно бедные. Не надо ездить по стране, чтобы это знать, - есть статистика. Конечно, это очень уместно, человечно, педагогично – говорить таким людям, что надо думать о Родине, о славе Отечества, о России – как бы её не потерять, а не о шмотках, не о том, на что купить квартиру в виду предстоящего создания семьи.
«Патриарх призвал не участвовать в протестах, - говорится в следующем письме. - "Православные люди не умеют выходить на демонстрации, они стоят к поясу пресвятой Богородицы, и если бы пояс тот был не месяц, а полгода, то не три миллиона, а сорок-пятьдесят миллионов стояли бы в этой очереди. Мы это точно знаем, потому что живем в православной в большинстве своем стране", – сказал он. По его словам, православные "не выходят на демонстрации, их голосов не слышно, они молятся в тиши монастырей, в кельях, домах, но переживают всем сердцем за то, что происходит сегодня с народом нашим". На первый взгляд, патриарх попал впросак - через три дня на митинги вышли не только оппозиционеры, но и сторонники правительства. Что же получается, митинговавшие на Поклонной не православные или грешники? Нет, как ни удивительно. Эти люди не вышли добровольно, их согнали по разнарядкам. Так что души их остались чисты с точки зрения патриарха. Другое дело, угодно ли такое притворство Господу. Глашатай РПЦ Чаплин и согласившийся с ним чудесный блогер Навальный около восьмидесяти процентов граждан причислили к православным. Не то имеет значения, что воцерковленных и пяти процентов может не набраться, а то, что в массе сохранилось царелюбие и равнодушие. Не случайно сейчас идёт опора на самые дремучие слои населения, на тех рабочих, захлёбывающихся от верноподданического ража, которых давно изобразил в юмористической песне Высоцкий, разве что немного переставить слова:
Мы пишем вам с тагильского завода,
У нас в Тагиле на заводе перекур,
Услышьте глас расейского народа,
Любители опасных авантюр...
...
Как нам писал ЦК в своём письме открытом,
Мы одобряем линию его!»
Читаю последнее письмо: «Знал одного мужика, был финансовым директором облэнерго. За три года работы отшил от кормушки всех местных бандюков. Так вот, при нём народ работал легко: рубились в стрелялки, подкалывали один одного в рабочее время, выезжали все вместе на природу. Естественно, после его отъезда поставили одну строгую начальницу наводить порядок. Все на работу приходят ровно в восемь, уходят в семнадцать ноль-ноль. Никаких стрелялок, никакого кофе в рабочее время. В общем, порядок идеальный. Объём выполняемой работы снизился в три раза. И никто ничего не может сделать. Вот так вот», - конец письма. Хороший начальник – большая редкость и величайшая ценность везде и во все времена. Я знаю, почему при этой строгой начальнице у людей пропала охота работать. Вдруг кто-то из них меня слушает (случается ведь всякое) – пусть подтвердит мои слова. На все сто уверен, что подтвердит. Эта женщина думает не о работе, не о дисциплине, не о подчинённых и даже не о своём начальстве – она думает о себе, и только о себе, и так – с детства и так будет до её гробовой доски. Только о себе – о своём авторитете, статусе, чтобы все видели, какая она важная, успешная, совершенство во всех отношениях. Люди это чувствуют, и у них опускаються руки.