Оригинал материала
Между Кафкой и Кэрроллом
Коль скоро мы все время киваем на англосаксонское правосудие как на образец, не грех напомнить, что в свое время наследник британского престола принц Уэльский Эдуард, будущий король Эдуард VII, дважды являлся в суд и давал там свидетельские показания. Добровольно, как подчеркивают биографы монарха. Оба случая галантно-галантерейные.
Первый раз это произошло в 1870 году на бракоразводном процессе сэра Чарльза Мордонта и его жены Гарриет. Дело было скандальным и щекотливым. Леди Мордонт состояла в интимных отношениях с несколькими мужчинами, в том числе, как утверждал ее муж, с наследником. Однажды он застал их в своем доме наедине и в бешенстве выгнал принца.
Принц Эдвард подтвердил в суде, что посещал леди Мордонт, в том числе в отсутствие ее законного супруга, но заявил, что никогда не имел с ней ненадлежащих отношений. Допрашивал принца адвокат ответчицы. Перекрестный допрос судом не был дозволен. Дабы спасти репутацию семейства, в котором было еще несколько дочерей на выданье, отец леди Мордонт вел дело к признанию ее невменяемой. В итоге Мордонту было отказано в разводе на том основании, что его жена не в состоянии отвечать за свои поступки. Леди Мордонт поместили в психиатрическую лечебницу.
Натурально, пошли толки, что она стала жертвой заговора, закулисную роль в котором будто бы сыграл премьер-министр Уильям Гладстон. Спустя пять лет Чарльз Мордонт затеял новый процесс, на сей раз сумел доказать факт супружеской измены (не с принцем, а с другим поклонником леди Гарриет) и все-таки получил развод.
Вторая история называется "дело о королевском баккара". В сентябре 1890 года в числе других гостей загородного поместья принц Уэльский сидел за карточным столом. Между прочим, баккара был тогда запрещен в Англии, но у принца это была любимая карточная игра. Он вообще отличался большим жизнелюбием - проводил время за пиршественным столом, на охоте, на скачках и, разумеется, в обществе прекрасных дам. Одним из партнеров принца был в тот вечер баронет сэр Уильям Гордон-Камминг, известный светский лев, задира и ловелас. Игроки уличили баронета в шулерстве. В обмен на молчание с него взяли слово никогда больше не играть в карты. Однако утечка информации все же произошла, причем ее виновницей стала тогдашняя пассия принца (впрочем, и баронета тоже) замужняя дама Дейзи Брук. Возмущенный таким вероломством Гордон-Камминг вчинил партнерам иск о клевете. Принца Уэльского среди ответчиков не значилось, однако он все же счел необходимым явиться в суд в качестве свидетеля. Ответчики убедили судью в правдивости своих слов. Репутация баронета погибла. Он был изгнан из высшего общества.
Можно вспомнить и о том, что единственная дочь Елизаветы II принцесса Анна дважды попадала под суд в качестве обвиняемой. В 2001 году она была оштрафована на 400 фунтов за превышение скорости на своем «бентли». В 2002 ее собака укусила в парке двоих детей. Суд признал принцессу виновной в нарушении закона об опасных собаках. Она заплатила 500 фунтов штрафа и обязалась взять для своей собаки дополнительные уроки поведения.
Закон действует лишь тогда, когда первое лицо государства и другие привилегированные члены общества показывают пример уважения к нему. Было бы недурно увидеть в судебном заседании свидетеля Путина – свидетеля происходящего в Хамовническом суде. Пусть бы полюбовался на этот непристойный балаган, смешение Кафки со Страной чудес, где сторожевой пес – не собака, а спецсредство, истерзанный душевными страданиями свидетель спит, как Соня, а все прочие являют собой смесь Безумного Шляпника с Мартовским Зайцем.