Нацисты – на собрании и на улице

Одновременно с волнениями футбольных фанатов в Москве петербургские футбольные фанаты тоже хотели устроить массовую драку с кавказцами на Сенной площади, затем у Гостиного Двора, но милиция и ОМОН пресекли эти попытки в зародыше. И вот, примерно неделю спустя на сайте организации "Национальная Социалистическая Инициатива" появилось сообщение об открытом собрании в помещении издательства "Златоуст". В программе значится выступление координатора организации Дмитрия Боброва, просмотр документального фильма "НСИ: Первый год сопротивления", ответы на вопросы, общение с руководством в свободном режиме.

Действия Александра Ульянова и мысли Владимира Ульянова концентрируются в одной голове

Национал-социалистическая группировка "Шульц-88" была создана в Петербурге в 2001 году, в день рождения Гитлера, да и 88 – это шифровка нацистского приветствия "Хайль Гитлер!". Участники группировки нападали на выходцев из азиатских республик, Китая, Кореи, Африки, организовывала нелегальные концерты неонацистских музыкальных групп, выпускали свои журналы. В 2003 году глава группировки Дмитрий Бобров был арестован, он отсидел в тюрьме 6 лет. Важное примечание – главным экспертом на процессе по делу "Шульц-88", начавшемуся в марте 2004 года, был ученый-этнолог Николай Гиренко, убитый нацистами в июне того же года.

Около года назад Дмитрий Бобров вышел из тюрьмы и тут же создал новую общественную организацию – ту самую "Национальную Социалистическую Инициативу". Заместитель директора Агентства журналистских расследований Евгений Вышенков знает Дмитрия Боброва лично:

– Примерно два года назад я лично с ним разговаривал в колонии "Металлострой", и он мне сказал: ввосьмером догонять гастарбайтера около станции метро – это все хлам исторический. Надо идти другим путем. Эта история о том, что действия Александра Ульянова и мысли Владимира Ульянова концентрируются в одной голове. Еще до всем известных выступлений фанатов он об этом говорил. И теперь, воспользовавшись этим колоссальным информационным поводом, он идет другим путем. Другое дело, что я не очень верю, что только другим.

Евгений Вышенков не верит, что неонацисты отказались от террора и насилия, но считает, что их легальные выступления даже выгодны обществу, которое может знать, что они говорят публично. Но что же они так осмелели, что же они раньше не устраивали открытых собраний? Может, им придало силы единение родственных им по духу футбольных фанатов, когда на могилу к убитому Егору Свиридову приехал премьер-министр Путин?

Дмитрий Бобров – лидер. Это достаточно упрямый и опасный человек. Он если и цепляется к какому-то выступлению Путина, к какому-то выступлению фанатов, то он иронично очень к этому относится. У него нет ни капли жалости к Свиридову. Для него это просто некая ступенька, на которую он может наступить и идти вперед.

– Кстати, может быть, стоит обратить внимание и на то, с какой легкостью неонацистам удается арендовать залы для своих собраний. Мне удалось дозвониться до издательства "Златоуст", и там ответили – не разрешив, впрочем, записать ответ и не представившись, – что зал они сдали, но не поинтересовались, что это за организация и чем она занимается, – сообщил Евгений Вышенков.

Они очень хорошо почувствовали ту разницу в отношении, которую власть демонстрирует им и демократической оппозиции

Все логично – во время погромов на Манежной власть ясно показала, что относится к националистам как к социально близким, считает публицист, член бюро партии "Яблоко" Борис Вишневский:

– И они очень хорошо почувствовали ту разницу в отношении, которую власть демонстрирует им и демократической оппозиции. Когда собирается мирный конституционный митинг, то, условно говоря, на 100 участников пригоняют тысячу омоновцев, а когда на улицу выходит 5 тысяч фашистов, то милиции почему-то оказывается до обидного мало, и она якобы ничего не может сделать. Ясный сигнал, на мой взгляд, был дан, когда господин Путин поехал прилюдно возлагать венок на могилу убитого спартаковского фаната. Ни одной из жертв преступлений отечественных нацистов господин Путин венки не возлагал, – напоминает Борис Вишневский.

Директор программы "Права человека", сотрудник Смольного института свободных искусств и наук Дмитрий Дубровский тоже обратил на это внимание:

– Ни на могиле Николая Михайловича Гиренко, ни на могиле Тимура Кочаравы что-то я премьер-министра не помню, а вот на могилу Свиридова он пришел. Это показатель. Этим началось соревнование за то, кто продолжит удобоваримый проект, который бы был принят властью, а с другой стороны – играл бы на чувствах ксенофобного, праворадикального электората. Очевидно, здесь попытка легализации такого рода пиара, попытка их привести в юридическое легитимное поре, – полагает Дмитрий Дубровский.

При этом мнения экспертов расходятся. Если Дмитрий Дубровский считает – пусть лучше неонацисты собираются и говорят, никого не избивая, то Борис Вишневский уверен, что свободу слова нельзя путать с пропагандой нацизма, которая достойна одного – последовательного уголовного преследования.