Эйн Рэнд, крестоносец капитализма

Anne Heller. Aynd Rand and the World She Made
Анна Хеллер. "Эйн Рэнд и созданный ею мир"

На обложке - фотография Эйн Рэнд с приколотым к платью золотым значком в виде доллара. Значком, который она носила постоянно и демонстративно. Эйн Рэнд (урожденная Алиса Розенбаум), эмигрировавшая из Петербурга молоденькой девушкой в 1926 году, стала одной из самых известных и самых спорных литературных фигур в Америке 30-х, 40-х и даже 50-х годов. Убежавшая от ужасов советского коммунизма и коллективизма, Эйн Рэнд стала страстным проповедником капитализма и индивидуализма – то есть, всего противоположного. Она написала два романа, знаменитые не столько своими художественными достоинствами, сколько социально-философскими идеями: "Источник" и "Атлант расправил плечи". В последнем романе главный герой – изобретатель Джон Галт - возмущенный распространением идей коллективизма и вмешательством правительства в рыночную экономику, организует забастовку капиталистов, которая должна показать Америке, без кого она не может обойтись. Галт говорит народу:

"Мы всегда были не теми, кто брал, а теми, кто давал. Но мы только сейчас это, наконец, осознали. Мы не претендуем на то, чтобы являться вашими представителями... у нас нет никаких требований... мы не стремимся придти ни к каким компромиссам... Вам нечего нам предложить, потому что мы в вас не нуждаемся".

Я представляю, с какой сладостной мстительностью повторяли эту горделивую речь молодые последователи Эйн Рэнд - приверженцы чистого капитализма, поклонники предпринимательского гения, который, творя для себя и обогащая себя, уже одним этим походя обогащает мир. Через полвека режиссер Оливер Стоун (отчасти восхищаясь речью Галта, отчасти пародируя ее) вложил в уста финансиста Гордона Гекко, героя фильма "Уолл Стрит", изречение, ставшее в Америке 90-х годов притчей во язытцах: Greed is good! - "Алчность – это хорошо!".

Эйн Рэнд так боялась малейших элементов социализма и коллективизма, что с водой выплескивала младенца. Поэт и эссеист Алексей Цветков писал о ней, по-моему, совершенно справедливо:

"С ее точки зрения коллективизм отрицателен абсолютно, а эгоизм, который она наряжает в платье англосаксонского индивидуализма – абсолютно положителен. Все "социальные добродетели" - безусловно вредны, желание помочь ближнему - фактически порочно".

В сущности, Эйн Рэнд была идеалисткой. Как интеллектуалы предыдущего поколения идеализировали идеи Маркса, идеи социализма и коммунизма, так Рэнд идеализировала капитализм и беспримесную рыночную экономику. Хеллер пишет:

"По ее теориям, капитаны индустрии должны были быть людьми такими же творческими, талантливыми и неотразимыми, какими бывают хорошие художники или мыслители. Они должны были быть достойными членами того "братства одаренных и успешных", чья забастовка в романе "Атлант расправил плечи" поставила мир на колени. Однако реальные бизнесмены чаще всего совершенно не соответствовали ее идеалу, и она проявляла к ним не больше симпатии и интереса, чем другие интеллектуалы".

В книге Хеллер "Эйн Рэнд и созданный ею мир" самое драматичное и самое интересное – не философия Эйн Рэнд (и тем более не ее литература), а ее личность и судьба. Герои ее романов – ходячие принципы; даже архитектор Говард Рорк, герой "Источника" - хотя в него и пытался вдохнуть жизнь чаровник Гарри Купер в фильме, поставленном по роману. Зато сама Эйн Рэнд – "смелая, энергичная, яркая, дерзкая, жестокая и... саморазрушительная личность":

"В 1949 году 45-летняя Рэнд жила в Калифорнии с мужем, бывшим актером Фрэнком О’Коннором, и царила в кружке своих последователей, когда среди них появился 19-летний Нэйтан Брэндан. Рэнд немедленно и страстно влюбилась, и немедленно и страстно начала руководить жизнью юноши, преданного её идеям, но совершенно сбитого с толку. Она назначила Брэндана своим духовным наследником и своей правой рукой в группе молодежи, которая ее окружала - группе, которая превратилась практически в секту. Когда Нэйтан, получив работу, переехал в Нью-Йорк, Рэнд последовала за ним. Она вмешалась в его любовную жизнь, познакомилась с его подругой, настояла на их женитьбе, а после этого завела с ним уже совершенно не платонический роман. При этом требовала, чтобы оба супруга были в курсе дела. В конце концов Нэйтан Брэндан сбежал от чар проповедницы "разумного эгоизма" и за это был отлучен от ее культа. Когда Рэнд умерла, на ее похоронах были выставлены охранники, задачей которых было не допустить Брэндана".

Рецензент книги Адам Хирш пишет, что эта "психологическая драма, продолжавшаяся несколько десятилетий, похожа на историю Федры - только переписанную Эдвардом Олби".

Секта, созданная Эйн Рэнд, продолжала существовать и после "предательства" Брэндана. (Позже она превратилась в "Институт Эйн Рэнд"). Об этой секте Анна Хеллер пишет:

"Рэнд зачаровала многих юношей и девушек, и они цитировали речь ее героя Джона Галта так истово, словно читали из Матфея, Марка, Луки или Иоанна. Любопытно, что свою группу Рэнд назвала "Коллектив" - саркастически имитируя советский стиль. На деле это должен был быть союз свободных талантов. Но свободные таланты не удерживались в "Коллективе", поскольку не могли слепо следовать идеям своего лидера".

Одним из очарованных Рэнд юношей был Алан Гринспен, будущий гуру американских финансистов и глава Национального Резервного банка. Но его увлечение идеями Рэнд прошло вместе с юностью. Во время недавних финансовых скандалов, связанных с безоглядным стяжательством фирмы "Энрон", именно Гринспен в речи перед выпускниками Нью-Йоркского университета сказал, что если бизнесмены и финансисты будут руководствоваться только законами и не будут следовать элементарным требованиям нравственности, это может повлечь за собой развал экономики. После скандала с "Энроном" лозунг "Алчность – это хорошо!" заметно полинял.

Однако буквально в последние месяцы интерес к идеям Эйн Рэнд снова ожил, продажа ее книг заметно увеличилась, появились сразу две ее новые биографии. Этот интерес явно вызван готовящимися реформами в сфере медицинского обслуживания в Америке и вероятностью введения государственного сектора медицины. В такой момент столкновение идей чистого рынка и идей государственного контроля может быть чрезвычайно плодотворным. Оно поможет соблюсти необходимый баланс и избежать как разорительных растрат и хаоса тотального социализма, так и бесчеловечной жестокости тотального рынка.

По материалам программы Александра Гениса "Поверх барьеров - Американский час".