Отыгранные партии

Вновь избранный президент Владимир Путин заявил, что покидает пост председателя партии «Единая Россия». Он уступает эту отравленную чашу «хромой утке» Дмитрию Медведеву. Вполне в духе времени. Комментаторы, в основном, пишут, что такого решения Путина можно было ожидать, и что Путин хочет дистанцироваться от непопулярной правящей партии. Так-то оно так, но кто не знает, что «Единая Россия» переживает кризис? Когда в прошлом году Владимир Путин объявил о создании Общероссийского Народного Фронта, стало ясно, что он больше не намерен использовать «Единую Россию» в качестве политического инструмента. Но это не просто факт политической жизни. Случайно или намеренно - а скорее всего и то, и другое - вся партийная система России трещит по швам. Она была имитацией плюрализма, служившей фасадом путинской системы «управляемой демократии». Поглядите на в прошлом прокремлёвскую партию «Справедливая Россия». Она переживает бурные времена. У истоков её создания в 2006 году стоял путинский соратник Сергей Миронов. Её замышляли как ручную левоцентристскую партию, перетягивающую голоса избирателей КПРФ. Её задачей было выполнять приказы Кремля в Думе и не высовываться. Но как только в путинской вертикали власти появились трещины, «Справедливая Россия» вышла из тени. Её лидеры – Геннадий и Дмитрий Гудковы, Илья Пономарёв и Оксана Дмитриева – хотят, чтобы партия стала полноценной оппозицией. Сергей Миронов прилагает титанические усилия, чтобы соответствовать настроениям в партии и одновременно сохранять хотя бы видимость верности Путину.

«Миронов как фактический лидер партии оказался «между двух огней», - пишет политолог Татьяна Становая на сайте Politcom.ru - Оппозиция винит его в политическом конформизме, а Кремль подталкивает к игре по старым правилам “управляемой демократии”, где основные действия системной оппозиции были согласованы и выверены». Эти противоречия во всей полноте выявила голодовка члена партии Олега Шеина, который протестовал против фальсификации выборов в Астрахани, и демонстративный выход из зала парламентской фракции «Справедливой России» во время выступления Путина в Думе.

В настоящее время партия находится на грани раскола, либо ей грозит слияние с зарождающимся Социал-демократическим союзом. Инициатором и вдохновителем этого союза стал Геннадий Гудков, стремящийся к объединению левоцентристских сил. Среди коммунистов – тоже разброд. Растёт напряжённость в отношениях между бесцветным лидерством Геннадия Зюганова и зажигательным Сергеем Удальцовым, звездой левого радикализма.

Хаос в партстроительстве даёт о себе знать даже в партиях, которые только формируются. На днях миллиардер Михаил Прохоров заявил, что откладывает создание уже анонсированной правоцентристской партии и хочет сконцентрироваться на создании «общественного движения» с участием различных слоёв населения. Кризис в партийных структурах симптоматичен и отражает проблемы «управляемой демократии» в России. Эти проблемы напрямую связаны с закатом влияния Владислава Суркова, бывшего заместителя руководителя президентской администрации. Он был главным идеологом режима и хорошо представлял себе, как должна развиваться политическая система. Его идеи далеко не всем были по душе – меньше всего им симпатизировала оппозиция, - но тем не менее он знал, чего хотел. Сменивший его в Кремле Вячеслав Володин , в отличие о своего предшественника, - одарённый тактик, напрочь лишённый стратегического видения. Сурков контролировал и руководил процессом путинской консолидации власти, созданием властной вертикали, имитацией парламентского плюрализма в рамках «управляемой демократии». Но в последние годы, особенно во время президентства Медведева, Сурков понял, что система нуждается в большей открытости. Он подталкивал Медведева к переизбранию на второй срок - при том что Путину по-прежнему предназначалась роль могущественного национального лидера. Сурков также был сторонником прихода в Думу новых политических партий, хотя и далеко не независимых от Кремля. Суркова поддерживало технократическое крыло политической элиты, но его переиграли приближённые Путина. Они опасались потерять свои должности и доступ к «трубе» в случае переизбрания Медведева.

Политтехнолог Глеб Павловский, лишённый должности кремлёвского стратега в апреле 2011 года за открытую поддержку переизбрания Медведева, заявил газете «Гардиан» в минувшем месяце, что Сурков понимал «рамки системы» и был против путинского «рискованного» возвращения в президентское кресло. «Сурков был единственным человеком в Кремле, кто понимал, что может выдержать система и чего не может. Теперь этого никто не понимает».

С тех пор, как в сентябре на съезде «Единой России» было объявлено о возвращении Путина в президентское кресло, Кремль принимает только тактические решения, полностью пренебрегая стратегией. Все володинские проекты – от образования Народного фронта, создания «управляемого хаоса» сотен разрешённых партий, в том числе кремлёвских клонов, регистрации партий и их участия в выборах, вплоть до ставки на разжигание Путиным во время президентской избирательной кампании недовольства экономическим и социальным положением широких масс – все они рассчитаны на выживание в короткий промежуток времени. И в этом отношении в канун инаугурации Путина Вячеслав Володин добился успеха. Но что за этим последует, пока не ясно.