Дело Александра Литвиненко

Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспонденты Радио Свобода: в Москве - Марьяна Торочешникова, и в Лондоне - Наталья Голицына, она беседовала с живущим в Великобритании подполковником ФСБ в отставке Александром Литвиненко.

Андрей Шарый: В Наро-Фоминске гарнизонный военный суд приступил во вторник к рассмотрению уголовного дела, возбужденного Главной военной прокуратурой против подполковника ФСБ в отставке Александра Литвиненко. Ему предъявлены обвинения по четырем статьям Уголовного кодекса Российской Федерации. С подробностями Марьяна Торошечникова:

Марьяна Торошечникова: Александр Литвиненко служил в ФСБ в управлении по разработке и пресечению преступных организаций - УРПО. Литвиненко прославился после того, как 28 марта 1998-го года в компании одного сослуживица выступил на пресс-конференции, где заявил, что в ноябре 1997-го года руководители УРПО отдали Литвиненко и его офицерам приказ о физическом устранении Бориса Березовского. Вскоре после этого управление собственной безопасности ФСБ начало служебное расследование обвинений против Александра Литвиненко. Поводом для начала расследования стали обращения ряда граждан с жалобами на действия подполковника и его коллег. В результате скандала Николай Ковалев, в то время директор ФСБ, ушел в отставку. УРПО расформировано, а Литвиненко попал за решетку по обвинению в превышении служебных полномочий. 26 ноября 1999-го года военный суд оправдал подполковника, но прямо в зале суда он был задержан сотрудниками ФСБ по распоряжению Главной военной прокуратуры, обвинявшей чекиста в совершении новых преступлений. В конце 1999-го года Литвиненко все-таки отпустили под подписку о невыезде, а потом и прекратили дело, как оказалось, незадолго до этого против подполковника было начато новое, уже третье по счету расследование. На это раз Литвиненко инкриминировалось также нарушение служебных полномочий, сопряженное с насилием и повлекшее тяжкие последствия, служебный подлог, а также хищение взрывчатых веществ. Его заподозрили в том, что во время поисков организаторов одного из взрывов он украл из сейфа изъятую взрывчатку и подбросил ее подозреваемому в Костроме. Когда это дело стало близиться к суду, Литвиненко в лучших шпионских традициях сбежал на Запад. 2 ноября 2000-го года он попросил политического убежища у властей Великобритании. Несмотря на то, что Литвиненко нарушил меру пресечения, российские спецслужбы не стали объявлять его в розыск. Вместо этого последовало возбуждение против подполковника четвертого уголовного дела, суть которого сводилась к тому, что в 1997-м году Литвиненко избил жителя Московской области, который знал, где скрывается нужный чекисту мафиози. В рамках этого дела опять была выдана санкция на арест подполковника. При этом представители спецслужб долго скрывали сам факт возбуждения дела. Когда же о нем узнали адвокаты, то сразу опротестовали избранную Литвиненко меру пресечения в качестве ареста. Теперь участь опального чекиста решит наро-фоминский гарнизонный военный суд. Он отклонил ходатайства адвокатов о переносе заседания на более позднее время и приступил к заочному рассмотрению дела.

Андрей Шарый: С Александром Литвиненко, живущим теперь в Лондоне, связалась наш корреспондент в столице Великобритании Наталья Голицына.

Наталья Голицына: Скажите, пожалуйста, в чем вас обвиняют?

Александр Литвиненко: Меня обвиняют в превышении должностных полномочий.

Наталья Голицына: Что это значит?

Александр Литвиненко: Если сказать фактически, то меня обвиняют в том, что пять или шесть лет назад я избил несколько человек при исполнении служебных обязанностей.

Наталья Голицына: А на самом деле как это было?

Александр Литвиненко: На самом деле, я этих людей никогда не бил. Никогда никаких преступлений не совершал. А двоих так называемых потерпевших по последнему эпизоду я даже в глаза не видел никогда.

Наталья Голицына: Если вы считаете себя невиновным, почему вы все же предпочли не являться в суд?

Александр Литвиненко: Во-первых, начнем с того, что там нет никакого суда. Я два раза в суд являлся, суд меня оправдывал, меня опять арестовывали. Я уехал в Англию не от суда, не от следствия. Я в Англию уехал вместе со своей семьей потому, что мне угрожали физической расправой, а также убийством моего сына.

Наталья Голицына: Насколько известно, ваши адвокаты не смогут явиться в суд.

Александр Литвиненко: При разговоре с адвокатом Маровым ситуация немного изменилась. Маров все это время находился в другом процессе, процессе, который по закону непрерывный, и принес в наро-фоминский суд, где меня должны судить, справку о том, что он находится в другом процессе, то есть, без него суд начинать не имели права. Адвокат явился в суд, который ведет, и ему объявили, что этот суд приостановлен. И он должен идти в мой суд, что есть опять нарушение закона. То есть, ФСБ полностью контролирует суды. Опять началась эта практика оперативного сопровождения уголовных дел: они устанавливают личные отношения с судьями, вербуют судей и через них решают вопросы о вынесении тех приговоров, которые необходимы спецслужбам.

Наталья Голицына: Если я вас правильно поняла, на суд явится именно ваш адвокат, а не тот госзащитник, который назначается судом?

Александр Литвиненко: В суд явится один мой адвокат Маров. А другой адвокат явиться не может, потому что он болен и находится в отпуске. По закону, если меня защищали два адвоката в ходе следствия, то и на суде должны быть два адвоката. По закону суд не может начаться без обоих адвокатов. Если завтра они начнут суд, то это будет опять нарушением закона.

Наталья Голицына: А вам не могут назначить так называемого госзащитника?

Александр Литвиненко: Они не имеют права назначить мне госзащитника, потому что я от него отказался... Нет, ну, они могут все, что угодно...

Наталья Голицына: Скажите, пожалуйста, требовала ли Россия когда-нибудь вашей экстрадиции у Великобритании?

Александр Литвиненко: Да. Неоднократно требовали моей экстрадиции у Великобритании. Насколько мне известно от моего лондонского адвоката, неоднократно требовали, но английская сторона меня не выдает, потому что мне предоставлено политическое убежище, то есть, английские власти признали то, что я не уголовник, а я преследовался по политическим мотивам, что в принципе сейчас в России и подтверждается. Вы сами понимаете, что заочные суды могут быть только в исключительных случаях. Никаких исключительных случаев в моем деле нет. Ну и заочные приговоры появились в России в 1922-и году при большевиках, когда цель оправдывала любые средства. Сейчас, как я понимаю, они опять возрождаются

Наталья Голицына: Видимо, и той, и другой стороне известно, что международный закон не признает заочных судов?

Александр Литвиненко: Всем это известно, он... Я хочу еще раз сказать, вы понимаете, была написана книга "ФСБ взрывает Россию". Было прямо указано, кто взорвал дома. И вы понимаете, они же понимают, что они дома взрывали, они же это знают. Для чего им нужен это спектакль? Для чего им тратить деньги налогоплательщиков - ну, уехал я в Англию, жил бы себе спокойно здесь, но они все равно меня давят, они все равно меня запугивают, почему? Потому, что я говорю правду, то есть, меня судят террористы.

Наталья Голицына: Господин Литвиненко, вы, конечно, знаете, что если суд над вами в Наро-Фоминске продлится больше месяца, то любой приговор должен быть отменен, ибо появится новый УПК, вступающий в силу с 1 июля, который не предусматривает заочных судов. Как вы полагаете, утверждение приговора и ваши кассационные жалобы можно рассмотреть в столь рекордно короткие сроки, за один месяц?

Александр Литвиненко: Если по закону, объективно во всем разбираться, то нет, это просто нереально, так же, как нереально, допустим, прыгнуть в высоту 6 метров. Но, я вам говорю, закон там не соблюдается, там нет закона. Это ритуал. Я иногда сравниваю, может быть, немного смешное сравнение, знаете, когда людоеды едят человека, они не сразу его едят, они сначала танцуют вокруг него. Так вот, этот суд - это танец вокруг меня.

Наталья Голицына: Тем не менее, вы будете подавать апелляцию?

Александр Литвиненко: Конечно, я буду подавать апелляцию, буду до конца отстаивать свои права, права гражданина. Я буду подавать апелляцию вплоть до Страсбурга, я добьюсь соблюдения своих законных интересов, интересов гражданина России

Наталья Голицына: Скажите, вот вы не удовлетворены судом, который будет проходить в Наро-Фоминске, а какой бы суд вас удовлетворил?

Александр Литвиненко: В настоящее время в России при этом политическом режиме не может быть справедливого суда. Почему? Вы видите, что происходит с телекомпаниями, которые закрывают под видом спора хозяйствующих субъектов. Еще есть одна веская причина: в моем деле расписались очень многие высшие российские чиновники. Мое преследование в 1998-м году начинал нынешний президент России Владимир Владимирович Путин, будучи директором ФСБ. В моем деле расписался Иванов Виктор Петрович, Смирнов, начальник санкт-петербургского управления сейчас, они все - близкие соратники Владимира Владимировича Путина, Патрушев, и многие, многие другие. Поэтому эти люди прекрасно понимают, я уже не говорю о взрывах домов, они в отношении меня совершили преступление. Они меня четырежды незаконно привлекают к уголовной ответственности. Поэтому они буду делать все, что бы хоть как-то, заочным, закрытым судом, этим приговором хоть как-то прикрыться, извините, как фиговым листком.

Андрей Шарый: Такова точка зрения Александра Литвиненко, политического беженца, живущего в Лондоне. Процесс против Александра Литвиненко открылся во вторник в наро-фоминском гарнизонном суде, у представителей обвинения, как несложно догадаться, совершенно противоположная точка зрения.

• 

  Андрей Шарый

  И.О. Регионального директора Радио Свободная Европа/Радио Свобода по русскоязычному контенту

  Андрей Шарый в FaceBook

  sharya@rferl.org